Принцесса Конде
Шрифт:
Герцог резко поклонился и стремительным шагом вышел из комнаты; Анна услышала, как он кричит, чтобы ему подали карету, и без сил опустилась в кресло.
Заглянул взволнованный де Ру, слышавший каждое слово разговора.
– Все
– Да, благодарю вас, Фабьен. – Анна улыбнулась верному слуге, испытывая громадное чувство облегчения. – Теперь все в порядке.
Эпилог
Весна окончательно прогнала зиму: вскрылся лед на реках, сугробы таяли, все реже подмораживало по ночам. Анна и Андре выехали из аббатства прогуляться: герцогиня только что омочила ноги в источнике, и верный Фабьен остался поболтать с Блезом, так как знал, что в обществе аббата его подопечной ничего не грозит.
– Куда поедем? – спросила Анна-Женевьева, когда серые стены аббатства скрылись за холмом.
– Куда тебе угодно. Но я хотел бы поговорить с тобой там, где нас никто не услышит.
– В таком случае давай направимся в ту рощицу. Ту самую, где мы были на нашей первой прогулке.
– К источнику? Хорошо…
Они молча ехали по равнине, наслаждаясь обществом друг друга и легкой беседой, но Анна чувствовала беспокойство Андре. Он был излишне напряжен, и герцогиня гадала, не случилось ли чего.
Снег в рощице почти стаял.
Андре помог Анне спешиться, и они рука об руку прошли к источнику.– Он все еще здесь, – прошептала герцогиня.
– А куда же ему деться? Он был и будет. Анна, послушай… – Аббат развернул ее к себе. – Я так счастлив все последние дни, но меня терзают сомнения…
– Ты меня не любишь? – ужаснулась герцогиня.
– Конечно же, я люблю тебя. Но я… я не уверен, что ты поступаешь правильно, отдавая мне свое сердце. Ведь я священник. Я никогда не смогу жениться на тебе, даже если…
– Даже если мой муж умрет – ты это хочешь сказать? Ах, Андре, все это неважно. – Она нежно провела пальцами по его щеке. – Мне все равно. Мы любим друг друга и мы вместе – чего еще желать?
– Ты говоришь так сейчас. Но через десять лет или больше…
– Мне так приятно, что я присутствую в твоих планах хотя бы на ближайшие десять лет. Чего ты боишься, Андре? Гнева Божьего? Но такая любовь, как наша, не может быть грехом.
– Нет, как раз Бога-то я не боюсь. Я боюсь, что ты поймешь, что ошиблась.
– Если ты любишь меня, я не ошиблась.
– Я люблю…
Герцогиня привстала на цыпочки и прошептала в губы Андре:
– Тогда незачем сомневаться.
Он понял. Глубоко вздохнул. И поцеловал ее.