Прикосновение
Шрифт:
– Как ты это сделала?
– донёсся голос, как из колодца.
– Не знаю, честное слово, не знаю, - пожала плечами.
– Однажды мне приснился сон, что я иду к Тагару. Он спал в гроте. Я не позволила ему проснуться, потому что понимала, что совершаю что-то плохое. Но мне очень хотелось быть с ним. А потом родила девочку от земного мужчины. Второй раз было то же самое. Только родила мальчика. В том мире, я и подумать не могла, что со мной, что-то не так. Это же был сон. Только сон. Мало что сниться? Представь себе мой ужас, когда я увидела Тагара, и подумала, что это мой сын, а на фотографии, что стоит на его столе, увидела дочь, как сейчас понимаю, это мое собственное изображение той, какой я была
– И планета приняла их?
– голос еще глуше.
– Не сразу, они долго болели в детстве. Особенно сын. Но потом приняла, - подтвердила я.
– Хотя, знаешь, до сих пор не могу понять, как так получилось? Ведь это невозможно!
– Ты - Милада, тебе дана Сила, и ты воспользовалась ею, не сознавая этого - прохрипела Ведунья, - и если Третья Планета приняла их, значит, она имеет на них какие-то виды...
– Нет, Таира, нет! Они самые обычные люди!
– испуганно перебила ее
– Нам не дано предвидеть, замыслы природы! Не они, так их потомки! Рано или поздно кровь Элиина и Тагара покажет себя!
Я уже кричала: - Таира, милая, на коленях тебя прошу, мои дети не должны нести наказания за грехи своей матери! Какое тебе дело до Третьей планеты? Оставь им жизнь. Если так нужно, я готова принять чашу, только пощади...
Глухие рыдания не дали мне договорить.
– Дети не должны нести наказания за грехи своей матери, - хрипло повторила Вечная, - а второй грех? Не молчи!
Рванула на груди рубашку, казалось, она душит меня:
– В тот день, когда ты так и не нашла меня, я была у Смия. Он рассказал мне, что это он отправил моего настоящего отца на смерть, а потом присутствовал при последних минутах мамы. Это он уговорил Фана удочерить меня, и он пытался манипулировать повелителем Лесного мира, придумывая, все новые и новые пакости. Это он создавал столь невыносимую жизнь мне на Третьей планете, и он услал убийц в другой город, чтобы именно Тагар стал тем, кто вытащит меня, заплатив при этом слишком высокую цену...
– Зачем?
– прервала Таира, она начала чернеть, теперь передо мной клубилось черная бездонная дыра, из которой слышался глухой голос.
– Он считает, что наши миры не совершены. Ему надо было натравить миры один на другой, чтобы сменить правителей, и создать идеальный мир. Его мечта - слава, которую он мог получить у себя в Империи, решив трудную задачу по созданию возвышенной и образцовой цивилизации , которую, по его словам, никто до сих пор так и не решил.
Я помолчала, ожидая очередной вопрос, но он не последовал. Только из черноты несло холодом и ненавистью.
– Я потеряла самообладание. Я наградила его Высшим блаженством. Ты знаешь, что это такое?
– Знаю, но откуда это знаешь ты?
– Там на Третьей планете, в одно из первых своих перевоплощений, я была жрицей, несшей Высшее блаженство, тем кто оскорблял мою повелительницу, богиню... По их понятиям...
– Я знаю, кто такие боги на Третьей планете... Но, почему он выжил? И в чем твоя вина! Ты поступила правильно!
– Я слишком поторопилась. Он видел мое лицо!
Стон из черной вращающейся воронки, прогрохотал как гром.
– Когда я поняла это, я испугалась!
– Тогда как выжила ты? Испуг во время заклятия - смерть!
– Я слишком ненавидела его, чтобы позволить себе умереть, и оставить Смия без наказания. Я влезла к нему в душу, сбросила свои страх, боль, отчаяние в его сердце.
– И оно приняло эту смертельную для него энергию?
– Да!
– Но вместе с этим ты сбросила часть своей души!
– воронка ужаса выталкивала
– И этим ты дала ему силу для того, чтобы выжить. Ты связала свою душу с его душой. И где бы ты теперь не была, он всюду будет преследовать тебя, как хищник, чувствующий след. Он не оставит тебя в покое.
– Ему не достать меня на Третьей планете
– Ему не достать тебя на Третьей планете, - повторила черная дыра.
– И ты все рассказала Тагару?
– Да, - кивнула головой.
– Немудрено, что он чуть не придушил его. Лично я бы удавила гада.
– Смий - избранный, и если его убьют здесь, Накхи уничтожат вас, все три мира.
Черная воронка поплыла куда-то в сторону, спряталась за камень, долго молчала и вдруг запела. Эта была обычная манера Таиры, когда кто-то чем-то расстраивал ее, она уходила и заводила одну и ту же старую балладу. Я не смогу сейчас воспроизвести ее дословно, но звучала она, приблизительно так:
Трое друзей, трое первородных сыновей правителей трех миров отправились в далекое путешествие. Они искали Голубое озеро, которое расположилось у подножия радуги, чтобы найти рыбку Серебристую - имя ей было Истина. Они искали ее, чтобы понять каким путем должны идти их народы, и в чем есть истина. Долго они шли. И нашли озеро. Они связали плот, и приплыли на середину, где под лучами теплого солнца в голубой воде плескалась и танцевала рыбка Серебристая. Первый и второй первородные сыновья бросились в воду и стали ловить ее. В погоне за рыбкой они захлебнулись. Первый пошёл ко дну, а второго выдернул из воды третий. А потом нырнул и вытащил первого.
Первый первородный сын одного из правителей мира лежал на плоту и думал о том, что какой странный и прекрасный мир он увидел под водой. Там было все другое, растение, животные, даже вода, которая окружала его и болью разрывала легкие, была удивительной и прекрасной. И он понял, что истина в том, чтобы изучить невиданные миры. Окружающий мир, перестал для него существовать, потому что он был обыденный, а значит неинтересный.
Второй первородный сын другого правителя мира, лежа на плоту, смотрел в небо и думал, что никому не нужна эта истина. Погоня за ней может обернуться смертью. И разве какая-то истина может сравниться с жизнью, когда можно петь, играть и веселиться, не о чем не думая. Истина - смерть. И лучше всего оставить ее в покое. Пусть она обитает в своем Голубом озере. А они прекрасно проживут и без нее.
А третий первородный сын третьего правителя мира сидел на плоту и смотрел в воду. Его рука, опущенная в голубую прохладу, привлекла внимание рыбки Серебристой, и она ткнулась в нее мордочкой. А потом начала, выводить круги около его ладони. И он понял, что истина в том, что он и рыбка Серебристая, суть одного, что он сам часть истины, часть мира, который окружает его. И познание истины нужно начать с самого себя.
И только рыбка Серебристая плескалась в воде. Что ей переживания трех первородных сыновей трех правителей трех миров? Она просто была, просто плавала, и не чувствовала ни радости, ни горя, ни сомнений, у нее не возникало вопросов. Потому что она сама была - Истина...
Ступая осторожно, появился Фан. Он вывалил мне на колени несколько больших желто-красных плодов. Я взяла один в руки и надкусила. Вкус был странный. Но он что-то напоминал мне, что-то далекое и прекрасное. Может быть, детство? Отец сел рядом, протянул ко мне свою большую ладонь и почесал меня за ухом. Когда последние слова баллады затихли в ночном воздухе, он обнял мои плечи:
– Знаешь, Майдари! А я до сих пор думаю о тебе, как о той рыбке Серебристой! Ты так же неуловима, так же проскальзываешь мимо меня... И порой мне кажется, ты такая же равнодушная ко всем, кто тебя любит! Ну, ладно, я! Но бросить Тагара?