Чтение онлайн

– Не стрелять!! Заденете парня!
– скомандовал где-то рядом Стас.

Молчаливая борьба тем временем продолжалась. Затаив дыхание, Анна издали следила за Орионом. Без суеты и паники он медленно заводил мощные лапищи Продукта назад. Бледное лицо сохраняло полное спокойствие. Раздался отчетливый хруст. Анна зажмурилась. Желтые кости урода торчали из плеч, и кровь залила лоснящееся тело. Монстр крутил головой, открывал и закрывал рот, но рева не получалось. Видимо, парализатор подействовал на голосовые связки. Наконец, он рухнул, а победитель немедленно прижал его к усеянному осколками стекла полу.

–

Уничтожить, - проговорил Орион, когда два охранника в бронированной амуниции подскочили на помощь.

Анна, несмотря на испытанное потрясение, отметила, что еще ни разу не видела на базе солдат. "Стас вызвал, - пронеслась догадка.
– Где-то поблизости находится военизированная охрана".

Хлопнул приглушенный выстрел, и голова Продукта брызнула бурой и белой массой. Орион поднялся.

– Кремируйте это, - выговорил он.

Охранник покосился на бадж, приколотый к рубашке Ориона, кивнул, и направленная огненная струя обрушилась на смятое существо.

Филипп задохнулся негодованием.

– Прекратите! Его надо изучать! Орион! Да ты!... Да я тебя!!... Ты сам...

– Вы определили меня своим вторым помощником, Филипп Алексеевич, - отрезал индивид, - и позволили принимать решения. В данной ситуации мое решение было верным. Изучение существа проведете на аналитическом материале.

Орион пошел к выходу. Перед ним расступались, кто-то похлопал по плечу, кто-то норовил пожать руку.

– Молодец, - Стас чуть заметно улыбнулся.

Орион почувствовал, как лоб покрывается испариной. Незаслуженная похвала вызвала лавину горечи и нетелесной боли. Опекун не ведал, в чем кроется причина трагедии. А причиной стало его завышенное самомнение: две недели назад он решил усовершенствовать эксперимент ученых.

"Никогда не лги женщинам и друзьям", - совет старшего товарища прочно засел в голове.
– Доктор Жулавский мне не друг, - успокоил себя индивид.

– Орион, - Анна догнала его в коридоре.
– Спасибо.

Он поспешно опустил взгляд. Присутствие девушки непонятным образом сковывало движения. "Не лги женщинам", - услужливо подсказал рассудок, но второй источник информации выплеснул такой фейерверк сумбурных образов, что даже элементарные слова застряли в горле. К счастью, Анна не заметила на лице молодого человека признаков внутреннего хаоса. Ее внимание было приковано к бурым пятнам на кисти его руки.

– Смотри, он тебя поранил!

На тыльной стороне левой ладони виднелся отчетливый глубокий рубец. Орион мгновенно провернул в памяти картину происшествия. В падении, защищая от травм Анну, он проехал рукой по осколкам стекла. Свернувшаяся кровь белесой скорлупой прилипла к коже, смешавшись с кровью Продукта.

– Нет. Пустяки. Ерунда.

Он пошел, почти побежал прочь.

– Орион, что с тобой?
– раздалось вслед, но он не рискнул оглянуться.

Анна, Анна, Анна...
– он поймал в мыслях бессмысленное повторение ее имени.

Отражение плавало в зеркале. Правильные черты лица, стильная прическа, яркие карие глаза. В художественных романах и поэтических произведениях, которые он перечитал в огромном количестве, когда готовился к "контакту с объектом наблюдения", всегда описывали красивых мужественных умных мужчин. Он предстал

перед девушкой именно таким. И легко завладел ее сердцем. И так же легко она крикнула ему вчера - я тебя ненавижу.

"...сосуд, в котором пустота, или огонь, мерцающий в сосуде?"... Поэт был прав. Не внешность определяет человека, - с тоской подумал Орион.
– Сегодня я спас ее жизнь. Я был ей нужен, и она снова посмотрела на меня, как... определение не находило места ни в одном известном ему слове.

Второй источник сознания распахнулся, и поток путаных суждений устремился в рассудок, минуя механизм аналитического вывода.

Я отдам ей всего себя, - шальная мысль легла на крылья мечты и понеслась в безоблачные дали. Но разум безжалостно обрушился на беспечные грезы и расплющил их о каменную стену лжи.

Усугубляя отвратительное состояние, память развернула перед глазами обезображенный человеческий труп. Орион с ненавистью посмотрел на белое лицо в зеркале.

– Все, к чему я прикасаюсь, рушится и горит!

Зеркало скривило идеальный лик в отчаянный оскал.

– Я не живу!

И Орион саданул кулаком в правдолюбивое стекло. Звон осколков по кафелю совпал с призывным сигналом на терминале внутренней связи. Перелив повторился. Третий раз. Четвертый.

Индивид нехотя подошел к пульту. Он не сомневался, что вызов исходит от доктора Жулавского, поэтому даже не взглянул на системную панель, где светился код абонента.

– Да, Филипп Алексеевич, - в последний момент приглушив тяжелый вздох, произнес индивид в микрофон.

– Орион.

Этот голос способен был перевернуть для него весь мир.

– Анна?
– ни силлогизмов, ни формулировок, ни выводов в голове не осталось.

– Орион, ты можешь мне помочь?
– смущение и надежда трепетали на другом конце провода. Его молчание она расценила по-своему.
– Ты, наверное, отдыхал? Извини, пожалуйста...

– Нет-нет, Анна, я в вашем распоряжении!

– Григорий, мы же давно перешли "на-ты". Ты забыл?
– ее дыхание билось в динамике, будто норовило прикоснуться к собеседнику.

– Зови меня Орион, - с трудом выговорил индивид.
– Где ты?

– Рядом, в холле. Тамара пропала. Я ищу ее уже битый час.

Орион выпрямился над терминалом.

– Она же была в своей комнате, - пробормотал он и вспомнил, что после нечаянной встречи с Анной в оранжерее так и не видел девочку.
– Я иду, подожди минутку. Я мигом.

Он поспешно переодел рубашку, прицепил галстук и, вовремя заметив на руке следы порезов после удара в зеркало, кинулся к умывальнику. Взъерошенный и бледный, индивид предстал перед девушкой спустя пять минут.

Сначала Орион и Анна осмотрели комнату Тамары. Длительного следствия не потребовалось: сразу стало ясно, что со вчерашнего вечера она сюда не заходила. Тщательное "прочесывание" оранжереи также не дало положительных результатов. В лабораториях девочку не видели. Выйдя в коридор после разговора с очередной группой сотрудников, Орион подумал, что даже если Тамара побывала возле них, это осталось незамеченным: люди на базе были заняты либо собой, либо своей работой.

В столовой для персонала кто-то припомнил, что ребенок вроде бы вертелся поблизости.