Предчувствие опасности
Шрифт:
Зубастая Ласточка 71-го уровня повержена! Получено опыта: 1.
Все по эльфийской мудрости: «шуму много, листвы мало». От презрительной гримасы ее остановил взгляд в сторону приближающегося Брана Хантриса. В груди Иааиуиэль стало тесно и горячо, ноги чуть дрогнули. Старый Торговец шагал под сенью мега-дерева, прямо посреди монстров, словно и не замечая их. Копье в его руках кололо, ударяло, сбивало прыжки и все это совершалось так лениво, естественно, играючи, словно было детской забавой, а не смертельной схваткой.
Один из монстров ударил вспышкой чего-то зеленого, другой напустил яда, еще один добавил льда. Бран продолжал шагать — лениво и небрежно
— Накал борьбы был так силен, что к нам пришел сегодня он! Торговец старый, но могучий, и на врагов слетел он тучей! — пропел Минт.
Иааиуиэль немного очнулась, вздрогнула и повела плечами, словно стряхивая с себя наваждение и зависть. Да-да, зависть. Она была ловка и проворна, неоднократно скользила между врагов, но здесь было нечто иное, нечто противоположное. Скорость в скупости движений, скорость в отсутствии ошибок. Магию монстров скорее всего отразило ожерелье защитных амулетов, всегда висевшее на шее Брана.
— И хлещет жаркий ливень стрел, а он идет, удал и смел!
Иааиуиэль опять испытала острое желание ткнуть кулачком Минта под дых, чтобы только тот заткнулся. Но она сдержалась, подумав, что юный бард возможно, тоже пал жертвой воздействия Брана. Она послала многозначительный взгляд в сторону Гатара, но тот в ответ показал ей нижнюю часть спины.
— Мастер, — склонился в глубоком поклоне Гатар, соединив кулаки перед грудью, в знак наивысшего почтения.
— Немного опыта и сможешь не хуже, — как всегда скупо ответил Бран.
— Почту за честь взять пару уроков, — ответил Гатар, выпрямляясь.
Монстры не просто бежали на Брана, они еще и подставлялись под стрелы, и те действительно летели, словно дождь. Оставшаяся мелочь разбегалась, и жаркая битва как-то резко, почти внезапно прекратилась. В этом не было заслуги Брана, но подозрения Иааиуиэль вспыхнули с новой силой, мешаясь со вспышкой плотского желания, обожания, ревности и зависти.
А также злости на верного напарника, словно бы предавшего ее.
— Ха-ха-ха-ха! — хохот и свет Минта прокатились по округе. — Я — боевой бард, вот так, выкусите, су…
Смачный шлепок руки Иааиуиэль, заткнувшей рот барду, принес ей некоторое облегчение.
Глава 35
— Чуть-чуть не хватило до сотни! — все еще не отойдя от возбуждения боя, помахивала молотом Марена, словно собиралась стукнуть Гатара. — Но может оно и к лучшему, успею профессию сменить, чтобы Особенность боевую получить!
— А я уже сменил, — вмешался горделиво Минт. — Теперь я боевой бард, ха-ха! Мне сразу новая ветка умений открылась — могу песнями повышать атрибуты! Не зря, не зря я решился на замену!
Ираниэль хотела стукнуть его кулаком в бок, но Минт отскочил, поспешил к Брану.
— Дед, дед, ну ты видел, да? Эх, ничего ты не видел, все пропустил! Как я их! Теперь-то ты веришь в мои способности, поможешь с концертами?
Лицо Минта снова горело предвкушением славы. Но хотя бы не стал орать о том, что надо бы повторить повышение уровней, значит, капелька мозгов в голове имелась. Впрочем, капелька мозгов имелась у любого живого — за счет роста и развития тела к совершеннолетию практически все получали по 10 в атрибутах, помимо набранного за счет уровней.
Бран посмотрел на юного барда и сказал совершенно серьезно:
— Помогу.
— Отлично! Где будет первый концерт? В Таркенте? А, нет, нам туда нельзя, значит, в Абланде, да? Может, оно и правильно, гномы не слишком притязательная публика, а мне еще надо поработать над
репертуаром, отточить некоторые моменты, с другой стороны они любят боевые песни, а я теперь боевой бард, как-никак!Во взглядах Ираниэль и Гатара читалось отчетливое желание стукнуть Минта. Марена смотрела задумчиво, теребила кончик косы, явно сравнивая Минта и Брана — внука и деда — с собой и Платой Укротительницей. Окружающие косились, но мимоходом, потому что у них хватало своих дел. Скорбных и печальных дел.
— Концерт будет здесь, — указал рукой Бран. — Любишь петь про жизнь и любовь?
— А то! Я мастер в этих делах! Теперь еще буду петь про бои и любовь после боев….
— Значит, сумеешь спеть и про смерть, — перебил его Бран.
Он указал головой на суету вокруг. Ираниэль и Гатар и без того видели, что происходит, взирали спокойно, впрочем с их профессией странствующих наемников иначе было и нельзя. Зрелища смерти, стычки и сражения, с живыми и монстрами, пусть не ежедневная рутина, но все же часть профессии. Со временем уходит волнение и сожаление, остается лишь привычка. Невозможно переживать за каждого погибшего — сгоришь, главным тут было не качнуться в другую сторону — не очерстветь окончательно. Не омонстреть до состояния, когда есть только выгода, ради которой — золотого или пары очков опыта — способен зарезать кого угодно.
— Чего мы стоим, надо помочь! — ахнула Марена.
Оттаскивать трупы монстров в сторону, переносить тела погибших живых к стволу, разбирать завалы, помогать с зачисткой — дел вокруг хватало. Две группы местных — одна на грифонах, другая по земле — уже выдвигались к тому месту, где Бран перебил орду. Ираниэль их тоже заметила, но помощь предлагать не стала, она явно недолюбливала своих сородичей-эльфов, по какой-то причине.
Самым ироничным было то, что данное поселение скорее всего основали те, кто тоже недолюбливал сородичей-эльфов. Не настолько, как Ираниэль, чтобы бегать по миру, но достаточно, чтобы покинуть эльфийские леса и жить здесь, с одним не совсем мега-деревом, по соседству с людьми. Скорее всего, тут уже давно все переженились друг с другом, и скорее всего в поселение приходили новые изгои, но сейчас это не имело никакого значения.
— Надо, — согласился Бран, — и мы поможем.
— А я пока сложу вам песню, — заявил Минт.
Все же он был слишком самовлюблен и самодоволен, чтобы переживать из-за происходящего.
— Священных текстов Гароса я не знаю, но можно что-нибудь про смерть в бою, да, любовь к лесам и жизнь отдать, героев нам нельзя забывать.
Бран и Марена подхватили ближайшего к ним убитого — человека, мужчину средних лет — потащили к остальным. Белобрысый, с короткой стрижкой, лицо его было искажено болью и предсмертной мукой. Убитый успел нацепить наручи, в пузырьках на поясе до сих пор булькали какие-то зелья. Стоило бы снять все это — мертвым все равно, чего пропадать снаряжению? — но Бран видел, что местные и так этим занимаются.
Марена, по своей неопытности, конечно, думала об убитом, а не его снаряжении.
Возможно, у него были дома и броня, и оружие, возможно даже дающие плюсы к атрибутам и умениям. Возможно. Снаряжение, дающее плюсы, стоило, конечно, дороже обычного, но не являлось чем-то из ряда вон выходящим. Чем больше плюсов, тем выше стоимость, не говоря уже о том, что для изготовления требовался соответствующий мастер. Впрочем, тут существовал взаимовыгодный симбиоз — высокоуровневым требовалось соответствующее снаряжение, и мастера-артефакторы изготавливали его, повышая при этом уровни своей профессии. Существовало даже снаряжение, наделяющее Способностями, и вот там цены действительно пробивали облака.