Чтение онлайн

Черный бесформенный фантом обернулся вокруг нее, словно тонкая паутина, и дикий крик вырвался из ее глотки. Хватка была ледяной, тело стало холодеть, руки и ноги онемели. Стужа извивалась, выкручивалась, но движения ее были слишком вялыми. Тварь облепила женщину, как тяжелый дым.

Меч оказался бесполезным. Она сосредоточилась, стараясь найти в себе хоть какое-нибудь заклинание, чтобы противостоять фантому, но, к собственному ужасу, привычная музыка в ней умерла. Все было тщетно, даже ее волшебство оказалось бессильным! Из нее вытягивали жизнь. Цепенящий холод неумолимо подбирался к сердцу.

Слабея, она с надеждой смотрела на Терлика. Он стоял рядом,

беспомощно глядя на нее, чуть не роняя меч из рук. Рот его беззвучно двигался, но она не слышала, что он кричал, видела только, как слезы заливают его лицо. Положение у него безвыходное, оставалось только проклинать все на свете. Тварь, что высасывала из нее жизненные силы, не имела плоти. Если он даже и нанесет удар мечом, то лезвие войдет не в фантом, а в тело Стужи.

Но ей еще рано умирать! Она знала, что это за тварь и как ее победить. Отчаянно, изо всех сил, Стужа заставила заледеневшие губы двигаться, язык и зубы — выговаривать слова. Надо было успеть!

— Серое… серое пятно! — крикнула она слабым голосом, но слова прозвучали не так, как надо, — невнятно, неразборчиво. Она еще раз попыталась, умоляя своих богов сделать так, чтобы ее друг все понял. — На черном теле… серое пятно!

Терлик перестал открывать рот и уставился на нее в замешательстве. Затем он резко занес сверкающий меч над головой, сжимая его обеими руками. Выкрикнул ее имя как победный клич и обрушил меч со всей силой.

Тварь испустила леденящий душу пронзительный визг. Терлик отшатнулся назад, как от удара, схватился за голову и упал. Белая вспышка ослепила Стужу, когда этот звук рваным лезвием проник в ее мозг.

А потом тварь исчезла.

Колени Стужи подогнулись, и она упала в опасной близости от костра, не в силах пошевельнуться, ловя ртом воздух, чтобы наполнить заледеневшие легкие. Ее дыхание попало на тлеющие угольки, и огонь оживился. Но лицо не ощутило жара костра. Все тело стала бить неудержимая дрожь. Голова резко запрокинулась назад, руки и ноги, сведенные судорогой, безумно заколотили по земле.

В эту минуту к ней подбежал Терлик, поднял ее на руки, прижал к груди, стал качать, как ребенка.

— Самидар! — стонал он. — Самидар!

Она хотела ответить, но язык не слушался.

Постепенно дрожь прекратилась. Ночь все тянулась. Терлик не выпускал Стужу из рук, и она начала отогреваться. Он растирал ей руки и ноги, баюкал, раскачивая из стороны в сторону, придвинувшись как можно ближе к огню. В теплых, утешающих руках Терлика, завернутая в два красных плаща, она почувствовала, как страх отпускает ее.

Но ей никогда не забыть хватку той твари, ее всепроникающий, мертвый холод — холод могилы. Стужа всматривалась во мглу и темень, а когда Терлик вернул ей меч — крепко сжала его.

Терлик встал со своего места всего лишь раз — когда увидел свой меч поодаль, куда тот отлетел во время смертельной агонии твари. Он принес его к ней, не веря глазам своим. Меч был воткнут в грязный, пожелтевший от времени череп.

Его глазницы горели отраженным огнем и смотрели на нее с осуждением.

— Шимиер, — повторила она. Яркий дневной свет придавал ей смелости, и теперь было легче объяснять, что за сверхъестественная тварь напала на нее ночью. Стужа ослабила поводья Ашура, позволив ему самому выбирать шаг, пока она

отвечала на вопрос Терлика. — Некоторые называют это шимиер, отсвет, а кое-кто — посланный.

Роларофец кивнул, но она видела — он так ничего и не понял.

— Не забывай, Кел главным образом некромант, — продолжала она. — Если ему попадает в руки череп или любая другая кость человека, умершего насильственной смертью, то он может вызвать дух этого человека и послать его на убийство. Но внутри бестелесной формы находится кость, которую несет этот дух. Кость эта кажется серым или белым пятном. — Её передернуло. Все еще свежа в памяти холодная хватка шимиера. Он держал ее так, что Стужа не могла ничего сделать. — И, только проткнув куском металла это пятно, можно одолеть эту тварь.

Солнце пригревало, но ей все равно было зябко. В поединке с шимиер все ее магические способности оказались ни к чему. Своей жизнью она обязана человеку, который ехал сейчас рядом с ней.

— Это был призрак?

Она улыбнулась тому, как он все упростил.

Но ее спутнику было не до смеха.

— Значит, Кел знает, что мы следуем за ним. И он может напасть на нас в любую минуту, как это было прошлой ночью.

— Не в любую, — поправила она. — Некромантия привязана к ночи. Кел не может ею заниматься в светлое время. По сути, для всех самых сильных заклинаний ему требуется темнота. В этом главный недостаток его дара.

— Как у вампира, — бросил Терлик. — А днем он спит.

Она нахмурилась — как можно быть таким невеждой:

— Не мели чушь. В эту самую минуту он и не думает спать. — Она замолкла и прикрыла на мгновение глаза. — Он уже добрался до места, — объявила она.

Терлик выгнул бровь дугой:

— Ты это чувствуешь? А что насчет Ороладиан? Должно быть, мы уже очень близко.

Да, они близко. Если ехать весь день, к заходу солнца они подъедут к месту, где скрывается Кел. Это тревожило ее: у Кела будет время приготовиться к их встрече, а она совсем не знала, насколько сильны его колдовские чары. Ей надо быть готовой ко всему.

А что если Ороладиан тоже там? И им придется иметь дело с двумя колдунами? Стужа заглянула внутрь себя, прислушиваясь, и услышала режущий ухо диссонанс — это ее сын. Даже если Ороладиан и рядом — Стуже этого не выявить.

Она начала жалеть о том, что позволила Терлику отправиться вместе с ней. Ясно же, что все это совсем не стихия роларотанина. Он ничего не знает о колдовстве или магии, совсем ничего о тех силах, что будут им противостоять. Нечестно и эгоистично с ее стороны втягивать его в эту историю.

Хотя прошлой ночью победу одержал-таки он. Не будь его — шимиер отнял бы у нее жизнь. И все же ее раздирали сомнения. Ашур способен с легкостью обогнать лошадь Терлика. Тогда она оставит его далеко позади. Он, конечно же, припустит вслед за ней, но к тому времени, когда он догонит ее, может, она уже покончит со всеми неприятностями.

А с другой стороны, Кел не только ее сын, но и племянник Терлика. Он уже проделал огромный путь, сражался с ней бок о бок, помогал ей преодолеть такие ужасы, о которых сам даже не имел понятия. Она не имеет права его покидать. Ей ведь прежде доводилось сражаться против магических сил, не имея в руках ничего, кроме меча и собственной храбрости, и она всегда побеждала. А Терлик — воин, ничуть не хуже ее самой. Отвергнуть его помощь сейчас — значит оскорбить. Даже если он ничего не смыслит в колдовстве, он все равно человек. А человек может заставить дрожать даже богов.