Последний потомок
Шрифт:
Все это время Блейз старалась ради меня, она сохранила мою жизнь, пусть даже на тот период я этого и не хотел. Но теперь, стоя под звездным небом, наслаждаясь этим воздухом, этой тишиной, я был благодарен ей. Я должен был ей, и единственное что мог это вернуть ее в привычный мир. Решение пришло само, и я, подавшись порыву, вызвал Айка. Я понимал, что если не сделаю этого сейчас, то потом у меня может не хватить смелости, а подводить Ирис мне не хотелось.
– Мы возвращаемся, – едва он появился, сказал я.
– Ты уверен? – он внимательно смотрел на меня.
– В чем дело, Айк? –
– Хм, – задумчиво протянул он. Его голубые глаза затянуло пленкой, а голос стал тихим и вдумчивым: – Ортега как-то сказал мне, что мы здесь сгнием, теперь ты хочешь уйти. Я не знаю, что заставляет тебя покинуть этот остров, но я рад, что Ортега ошибся.
– А представляешь, как обрадуется он, – с горечью и даже со злостью бросил я.
Хотя чего мне злиться, ведь это было очевидно, что существа не стремятся к спокойной жизни. И, тем не менее, мне казалось, что они не имели никаких прав обвинять меня в трусости, хотя бы потому, что уничтожили мою жизнь. Но слово «совесть» отсутствовало в их лексиконе, что в принципе я знал давно, поэтому мне ничего не оставалось, как подавить свой гнев и твердо произнести:
– Летим обратно.
Айк чуть кивнул, а я развернулся и направился в Ирис. Не знаю, что происходило за моей спиной, но в определенный момент Блейз оставила костер и замерла как истукан, уставившись в одну точку.
– Мик это…, – едва я подошел с придыханием начала она.
– Мы возвращаемся, – перебил я и, предвидя ее дальнейший вопрос, добавил: – Прямо сейчас. Идем, – я протянул руку, и Ирис ухватилась за нее, словно это был спасательный круг.
– Я никогда не летала на существах, – заговорщицки шептала она, пока мы шли к белоснежной птице.
– Значит с почином тебя, – пошутил я.
Ирис возмущенно фыркнула, намекая, что шутки неуместны, однако я не видел ее страха. Блейз была скорее возбуждена от предстоящего приключения, чем напугана. Айк разместился в воде, однако его правое крыло, словно трап, стелилось по земле. Я довольно быстро взобрался ему на спину, а вот Ирис возилась долго, отсутствовала практика, о чем я ей и заявил. Блейз долго ругалась в мой адрес, а после того как забралась, наградила меня парой ударов в бок. Я даже развеселился. Мы смеялись и барахтались окутанные белоснежным покрывалом, пока Айк не поднялся в воздух.
Близость звезд, ночная прохлада воздуха и темная переливающая гладь океана заставили нас замолчать. Ирис смотрела на все это, затаив дыхание, будто боясь, что стоит ей вздохнуть и красота пропадет.
Меня душили противоречивые чувства. Я видел силу существ, видел, как легко они убивали, причиняя горе и разрушение. Они могли нести смерть, и в тоже время красоту и это было странным для меня. Порой я ненавидел их, порой восхищался, порой боялся. Как же я к ним относился на самом деле? Смогу ли я когда-нибудь это понять?
====== Часть 21 ======
Путешествие на спине Айка было довольно приятным, но не долгим. Существа быстро преодолевали значительные расстояния, что весьма огорчило Ирис. Она даже не пыталась скрыть своего недовольства, когда птица приземлилась, и я по крылу скатился на землю. Я развернулся и подставил свои
руки.– Уже все!? – последовал вопрос.
Он был произнесен с такой тяжестью и жалостью, что я невольно усмехнулся. Интересно, кого Ирис пыталась разжалобить: меня или Айка. Меня было легко уломать, но был ли в этом толк?
Возможно, при теперешнем договоре я мог заставить Айка прокатить Блейз над океаном, но промолчал. Во-первых, я не хотел быть ему чем-то обязан, а во-вторых, мне все еще было как-то боязно командовать существами мрака. Ведь, несмотря на то, что я сдержал свое слово, ни хранители, ни Эльба Майер, ни другая часть человечества не стали выглядеть в их глазах лучше. Не знаю, что приводило меня к такому выводу, но я был на сто процентов уверен, что они по-прежнему ненавидят каждого человека в империи, не исключая меня.
Ирис покорно скатилась на землю, видимо поняв, что Айк не проявит милосердия, а от меня помощи ждать бесполезно. Едва Блейз покинула спину птицы, та взмыла в воздух. Айк устремился ввысь, а затем также быстро начал снижаться. Его крылья взбудоражили поверхность воды, оставив на ней несколько белых перьев.
– Чего это он? – нахмурилась Ирис.
Я сам пришел в некоторое замешательство от действий птицы, но, похоже, Айк наслаждался свободой. Видимо им редко удавалось побыть в этом мире, в их первоначальной форме.
– Он развлекается, – сам себе не веря, пробормотал я.
– А это безопасно? – зашептала Блейз. – То есть я хочу сказать, он не сделает ничего такого?
Я осмотрелся. Вокруг был все тот же пустырь, с теми же ямами, вот только трупы отсутствовали. Должно быть, за эти месяцы кто-то расчистил берег, но даже теперь он выглядел как после бомбежки, и от этого становилось грустно.
– Здесь некому причинять вред, да и Айку я доверяю, – отстраненно заметил я, направившись к городу.
– Мик, как ты намерен возвращаться? – следуя за мной, осведомилась Ирис. – Я думаю, тебе не стоит посещать шумные города, где есть хранители и прочие.
– А мне кажется, стоит, – возразил я. – Сейчас все думают, что я покойник, или кое-кто так предполагает. Будем надеяться, это даст мне время вернуться в Катар.
– Ты хочешь вернуться к прошлой жизни!?
В словах Блейз было такое удивление, что я невольно остановился и обернулся. Мне казалось, мы все решили на острове, но похоже Ирис была как всегда другого мнения.
– А ты что предлагаешь? – осторожно спросил я, ведь мне совсем не хотелось этого знать.
– Почему бы не отправиться дальше. Ношлог это ведь не конец, к тому же есть юг и восток. Сам подумай, перед нами открыты все пути.
– А как же вечная борьба и тихое семейное счастье как награда?
– Ну-у-у, это само собой, но зачем торопиться. – Ирис подняла голову к небу и, втянув воздух, блаженно улыбнулась. – Мы молоды и еще многого не видели. Давай кинемся в пучину приключений.
– По мне, так их было более чем достаточно, – буркнул я и продолжил путь. – Ты, конечно, вправе делать все, что тебе заблагорассудиться, но с меня хватит ночевок в лесу, вечной беготни, тюрем, обвинений и прочего.
– Да ладно тебе, не будь занудой, – она схватила меня за руку и буквально повисла на ней.