Чтение онлайн

– Виилес, - обращаюсь я к мастеру-эфелину по окончании церемонии, - готов ли изолирующий контур?

– Вполне, ослепляющая Миштар, - говорит он, несколько пораженный моим перевоплощением.

– Тогда покажи мне его, - для меня такое сильное смещение спектра сомы не осталось бесследным и было необходимо проверить способ устранения дисгармонии.

Часть 31. Испытание.

За ним я иду в свой храм, спускаясь в отдельное крыло, находящееся под землей. Дверь, одинарная, но укрепленная энергетическим клапаном впускает в покои, по восьми углам которых выставленны излучающие сферы. Центр же украшает столб потока энергии, сияющий золотым светом. Я проверяю, поражаясь, как надежно устроено изолирующее поле.

– Знаешь, зачем мне нужно

это?
– обращаюсь я к создателю изолятора - он с почтением высказывает отрицание, - Я слуга своих господ. Более сильных. Более властных. Я их собственность. Но ответственность на мне не меньшая, - подхожу к нему, касаясь середины груди, посылая в тело нужные импульсы. Эфелин вздрагивает, переполняясь энергией - теперь я для него не божество, а объект контакта, - и у меня есть потребности, которые я должен удовлетворять. Зачем мне еще это нужно?
– я начинаю размыкать крепления его одежды, к своему неудовольствию понимая, что эфелин колеблется, - Что бы лучше узнать вас. Чтобы стать вами ненадолго. Подумай сам, - пытаюсь сломить его сомнение поясняя, - это не такая большая плата за подобное.

Верх его тела я уже практически освободил от одеяния. Тогда он поддается, приподнимая ладонями мою голову, касается своими губами моих, склоняясь. Он выше меня на много, пусть и не так, как оросы. Но тем не менее, моя оболочка слишком мала для него.

Правда, для меня это не препятствие.

На сколько мне удалось узнать, все энергоформы в поле действия механизма-заслонки созданы на основе строения демов. Эфелины лишь отличаются высоким ростом и более тонкими формами. Тем не менее, моя оболочка с ними совместима.

С помощью Виилеса я снимаю свое облачение-платье быстрее, чем если я это делал сам. На мне остаются только легкие одеяния на ногах, закрывающие их от ступни и чуть выше колена. Их эфелин не трогает, теперь с моего позволения, руководящего процессом подготовки.

– Миштар, простите мне незнание, - говорит он, становясь на колени и удерживая руками меня за талию, - мне не известны тайны тел людей, я знал только подобных себе...

– Не беспокойтесь, Виилес, - касаюсь губами его лба, - мы все мало отличимы. Но я рад, что смогу расширить ваши познания.

Его ладони ложатся на грудь оболочки, осторожно касаясь ее так, что я чувствую нужное смещение в ауре. Затем, по его просьбе я ложусь, тут же оказываясь сжат в низу туловища, направляемый его рукой развожу колени. Часть его тела, предназначенная для контакта по величине не уступает оросам, но не острая, не снабжена броней. Почти такая же, как у моего Куратора в нейтральном обличии. Он наклоняется надо мной, касаясь своей нежной плотью входа в мое тело. Я радуюсь тому, что в нем не осталось сомнения, но для этого мне пришлось применить на столько сильный импульс эйфории, что он себя едва контролировал. Одним сильным движением он погружается в мою оболочку. Я не ставил блокировку, потому тело резко выгнулось в болевом спазме. Я понимаю, что он вошел в меня до предела, при том сам оказался не погружен полностью. Если тела оросов разрывали мою плоть, позволяя им полностью замкнуть контакт, то здесь этого не происходило. Спустя несколько попыток, я сам предлагаю эфелину другой путь взаимодействия.

О, бедные дети природы созидания. Им оказался знаком лишь продуктивный способ взаимодействия их тел, только предусмотренный природой. Я же не хотел навредить или отвратить эфелина от иного способа контакта, потому усиливаю воздействие на его матрицу, смещая почти к пику эйфории. Дальше даю инстинкту найти выход, предав своей оболочке, подходящее для соответствующего проникновения положение. Он становится на колени, я же опускаюсь перед ним, почти касаясь спиной его торса. Мои колени стоят по обе стороны от его. Руки же эфелина я сомкнул на своей груди.

– Не бойся, - говорю ему, - взаимодействие имеет разные формы, и далеко не только созданные для приумножения рода.

Слегка поддавшись вперед, я сам направляю его тело в свое, ощутив сильное

давление и растяжение тканей. Он проникает в меня так глубоко, как я еще не ощущал. Это заставляет оболочку содрогнуться, судорога проходит и по телу эфелина. Из-за моих воздействий на его матрицу, он почти достиг пика, но я задерживаю его, чтобы и самому получить необходимое.

Он слишком потрясен, слишком дезориентирован таким способом взаимодействия, он пока не готов проявить самостоятельность, потому я сам делаю первые движения. Почти касаясь спиной его живота, я приподнимаюсь и опускаюсь на столько, на сколько это позволяют мне сделать пропорции моей оболочки. Одну руку для верности движений и контроля его состояния я закидываю за шею эфелина. Наконец, он начинает осознавать алгоритм действий - он тот же, но при гораздо более сильных ощущениях. Виилес почти опрокидывает меня вперед, сам же, становясь надо мной теперь входит в меня, с силой погружая свое тело в мое. Добившись правильной позиции он начинает делать это все быстрее. Я понимаю, что достигаю нужного смещения слишком быстро, отпускаю его матрицу, дав ощутить волну экстаза.

Его тело погружается в мое полностью, замирает и начинает дрожать. Я из последних сил удерживаю себя от перераспределения энергии, собираясь прервать контакт прежде, чтобы не навредить эфелину. Но вдруг понимаю, что мой предел переполнен и я не могу больше сдерживать себя. Оболочку выгибает судорога, руки больше не держат, я падаю грудью на каменный пол, тело же эфелина так и осталось во мне, он как-будто сам удерживает контакт сомкнутым.

Волна экстаза сходит, размывая скопившуюся энергию равномерно по всему телу. Я поднимаюсь и оборачиваюсь, ожидая увидеть уничтоженного эфелина, но Виилес все еще жив, все еще со мной. И во мне. Он до сих пор пребывает в состоянии экстаза, замерев, стоя на коленях.

Я отпускаю его показатели, высвобождаясь из его захвата. Я проверяю его состояние, но понимаю, что не навредил и не истощил его. Мы остались нейтральны друг к другу. Хотя и взаимодействовали. В полную силу. Встав на ноги подхожу к так и стоящему на коленях Виилесу. В таком положении он лишь слегка ниже меня, стоящего. Кладу руки ему на плечи и касаюсь губами лба, все еще отходящего от экстаза эфелина.

– Я могу дать вам самые разные знания, Виилес. Главное, чтобы вы хотели принять их. А принявшие их и приумножат.

К своей радости, неприятия в нем я не чувствую. Испытание им пройдено, он готов принять знание. Значит, этого можно добиться и от других.

Часть 32. Суть разрушения.

Энергетическая суть каждого оружия своя.

Секира, боевой топор - суть его сила и траектория движения. Его защитные свойства ограничены маневренностью.

Меч - орудие уже не опирающееся только на силу, а на тактику и скорость. Приемов владения им гораздо больше, но и обучиться им сложнее. Он противоположен секире.

Копье - суть этого орудия маневренность, легкость, быстрота. Оно доступно и в ближнем и в дальнем бою.

Булава или молот - чистая сила, но и скорость, изощренность приемов могут быть применены к этому оружию.

Лук и стрелы, арбалеты - их суть в меткости, годны лишь для дальнего боя.

Боящиеся соприкосновением с энергией распада эфелины предпочитали именно последний вид орудий разрушения.

Я рассказывал о своем искусстве существам, далеким от энергии разрушения, причиняемой оружием, но они должны были освоить мое искусство. Я переходил в функцию созидания, глядя на эти предметы их глазами, зная то, что должен знать исполнитель, я становился двуликим ради них. И они ответили. В их ауре наметился и след энергии разрушения, пусть и слабый, но делающий их энергоформу такой, какая она нужна Уровням - не стабильной, но самовосстановимой. Они учились у меня, сражались так, как позволяла им их форма энергии. Они становились сильными воинами. Но не сильнее оросов. Вот только те, кто смогли крепко вплести энергию разрушения в свою ауру, становились невероятно умелы. Их оружием становилась энергия.