Последний аккорд
Шрифт:
— Ох, извините, — съязвил Голд. — Мне лучше уйти.
— Но как же… — начала Белль. — Постой!
— Да, не уходи, — остановил его Адам. — Я как-нибудь в другой раз приеду.
— Адам, не уезжай, — попросила Белль.
— Но кто-то же должен.
— Поэтому уйду я, ведь так сложно дышать со мной одним воздухом, — продолжил Голд в том же духе. — Можно же заразиться варварскими идеями, которые мешают делать глупости и загонять самого себя в гроб.
— Румпель! — одернула Белль.
— Тебе это прекрасно удаётся с любыми идеями, — спокойно парировал
— Адам!
— Прости, что пытаюсь тебя защитить, — процедил Голд.
— С тем же успехом я бы мог чувствовать себя в безопасности в эпицентре торнадо, — фыркнул Адам.
— Прекратили оба! — повысила голос Белль, но они её не услышали.
— Когда ты пытаешься защитить своих близких, то используешь все возможные средства.
— А потом за это платишь! — жёстко сказал Адам. — И тебе плевать, как больно будет этим самым близким, если цена окажется неподъёмной.
— Я хотя бы немного думаю о цене, — бросил Голд и развернулся, чтобы уйти. — Всего хорошего!
— Адам! — упрекнула сына Белль и выскочила из кабинета следом за мужем. — Румпель, подожди! Стой!
— Я в порядке. Побудь с ним, — он остановился уже у лифта. — Он всё же с самого Хобокена сюда ехал.
— Мне жаль.
— Тебе не о чем жалеть, — вздохнул Голд, улыбнулся и коротко поцеловал её. — Увидимся вечером. Поеду посмотрю, как Криса гоняют по полю.
— Ладно… — рассеянно произнесла Белль. — Увидимся.
Она смотрела на него с грустью, а он старался улыбаться ей как ни в чём не бывало, пока не закрылись двери лифта.
Отношение Адама уже не так его задевало, но теперь было что-то ещё. Нечто, что ясно давало ему понять, насколько сильно сын желает оттолкнуть его от себя. Адам теперь отчётливо осознавал серьёзность своего положения и не хотел никого тащить за собой, и от этого Румпелю было страшно и тошно.
От Белль он поехал в школу, по дороге заскочив за горячим чаем. Оставив машину на улице, Голд пошёл через территорию школы на стадион, поднялся на трибуны и сел во втором ряду, ожидая, когда тренер выгонит на стадион школьную команду по бегу. На самом деле Крис ненавидел спорт, и, подобно Голду и Альберту, находил его бессмысленной тратой времени. Адам и Коль тоже не были поклонниками и занимались только тем, что их увлекало. Адам плавал, Коль по-прежнему брала уроки фехтования, а Крис выбрал то, что в совокупности отнимало меньше времени. Этим же руководствовались и его товарищи по команде.
Скоро одиночество Голда было нарушено мисс Бауэр, которая по всей видимости пришла на трибуны обедать: в руках у неё был контейнер с бутербродами и термос. Она поздоровалась и с разрешения Голда села рядом, предложила ему к ней присоединиться, но он отказался.
— Пришли понаблюдать? — мисс Бауэр кивнула в сторону поля, куда тренер наконец-то выгнал учеников в сине-жёлтой спортивной форме.
— Да. Стараюсь теперь глаз с него не
спускать, — ухмыльнулся Голд и потёр замёрзшие руки. — А вы следите за учениками?— Не совсем. За дочкой. Эмили Бауэр, — ответила женщина и откусила большой кусок от своего бутерброда, прожевала и продолжила: — Но и за учениками. Тут четверо моих подопечных. Вернее, должно быть четверо.
Она махнула рукой высокой темноволосой девушке на площадке, и та ответила тем же. Голд же не привлекал к себе внимание, а Крис, даже если его и заметил, то не подал виду.
У тренера был по-настоящему громкий голос, и Голд с мисс Бауэр прекрасно слышали каждое его слово.
— Эпплвайт! Аптон! Бауэр! Блинк! Коффи! — выкрикивал он фамилии, и ученики бесшумно отвечали ему. — Фишер! Гайер!
Рядом с дочкой мисс Бауэр вытянулась в струнку та самая девочка Лиора из группы Криса.
— Голд! — тем временем крикнул тренер, да так, что и мистер Голд на трибунах слегка вздрогнул. — Хендрикс! Где Хендрикс?! Голд, где твой приятель?!
Крис что-то угрюмо ему буркнул в ответ и пожал плечами. Вид у него был крайне озабоченный. Тренер огласил ещё три фамилии и заставил ребят делать разминку.
— Пол Хендрикс тоже ваш подопечный? — как бы невзначай поинтересовался Голд.
— Да, тоже, — с тяжким вздохом ответила мисс Бауэр. — И у него дела совсем плохи. Я думала, что это как-то связано, и даже хотела позвать родителей Пола вместе с вами, но они сейчас недоступны.
— Разве?
— Да. А вы поддерживаете с ними связь?
— Нет.
— Очень жаль! С Полом сейчас сложно, — пожаловалась мисс Бауэр. — С подростками работать вообще сложно, особенно с творческими. А вас хочу похвалить!
— Ещё рано хвалить, — отмахнулся Голд.
— И потому поразительно! Прошло меньше недели, а Кристофер сдал часть долгов по латыни и справился с тестом по истории.
— Надеюсь, что к пятнице он сдаст испанский. Тогда сможете похвалить.
— Вот и говорю: поразительно!
Тем временем тренер устроил внизу соревнование, в котором Крис занял третье место, уступив лишь высокому темнокожему Эпплвайту и проворной Эмили Бауэр.
Голд встретил сына, когда тот вышел из школы после тренировки с рюкзаком на одном плече и со спортивной сумкой на другом.
— Привет! — улыбнулся Крис. — Я видел тебя на трибунах. Ты чего так рано?
— Так получилось.
— Ясно. Ты обедал? Я умираю от голода.
— Не обедал. Можем взять в «Колумбе» на вынос, — предложил Голд, — или пообедать там.
— Можно, — согласился Крис, следуя за отцом к машине. — Ты сегодня опять не позволишь мне работать?
— Сдай испанский, и тогда поговорим.
— А если я сдам испанский в пятницу, то вы меня отпустите прогуляться?
— Куда? — Голд открыл водительскую дверь и озадаченно застыл.
— Ещё не знаю, — покраснел Крис. — Главное ведь не место, а компания. Хочу встретиться с Салли.
— Ах, так её зовут Салли! — с притворным удивлением протянул Голд.
— Не притворяйся, что ещё не догадался.