Последние маги
Шрифт:
— Драконы и демоны подери этих шаманов! — выругался Махуд, откашлявшись.
Менфис вытер рукавом слезящиеся от каменной пыли глаза и повернулся к инквизитору:
— Махуд, я могу помочь.
Тот с сомнением уставился на старика, явно прикидывая в голове варианты.
— Мы заодно. Мне не сбежать. Нет смысла.
— Аркен свидетель, не была бы патовой ситуация… — качнул растрепанными темными волосами Махуд. — Но я тебе верю. Нам не справиться одним, а ты, судя по рассказам, опытный маг. Помоги нам или победить, или хотя бы выжить, и я заступлюсь за тебя на суде.
С этими словами он дотронулся до браслета на руке Менфиса, и металлический обруч мгновенно распался на две половинки. Менфис закрыл глаза и глубоко вдохнул, чувствуя приливающую обратно
Когда Менфис открыл глаза, одновременно произнося первые слова магической формулы, Махуда рядом уже не было — он мчался вниз, на выручку к спутникам. Виктория не смогла освободить Гордона от магических пут, и просто помогала тому отбиваться от наседающей толпы, однако их то и дело доставали клинки и стрелы. В какой-то момент девушка вскрикнула и припала на колено, рыцарь попытался её прикрыть.
Шаманы же снова творили какой-то заговор. Менфис понял, что нужно действовать быстрее.
«Так, первое — отвлечь внимание, второе — защита, чтобы выжить, третье — помощь ребятам», — прикинул план Менфис. Создание Водного элементаля не заняло много времени. Посреди пещеры, между баракорскими воинами и их шаманами появилось существо из воды под три метра ростом и заревело на всю пещеру, как тысяча штормов. Гулкое эхо разнеслось по залу, на него обернулись наседавшие на посланников лорда баракорцы, а дети в клетках сжались от страха. Водяной бросился на защитный барьер, который делил пещеру надвое. Светло-зеленая призрачная стена сдержала духа на пару мгновений, а затем просто лопнула, и элементаль кинулся на ближайшего к нему шамана. В него стреляли, но стрелы просто застревали внутри тела-субстанции и оставались болтаться там, не причиняя вреда.
Удовлетворенно кивнув, Менфис переключил внимание на отряд. Отвлекающий манёвр с элементалем помог: Махуд успел добежать до Гордона и освободить его магическим клинком, и теперь первым наседал на баракорцев, заставляя тех спускаться вниз спинами вперед.
Следующим заклинанием Менфис накинул себе на плечи Водный плащ, отражающий стрелы и вражеские заклятия, и как мог быстро, но осторожно направился вниз по узкой каменной тропе, стараясь держаться ближе к стене. К моменту, когда он достиг конца тропы, отряд уже спустился в зал и дружно добивал оставшихся, самых лихих степняков. Менфис окинул взглядом отряд: они явно пострадали. Виктория то и дело хваталась рукой за бедро, с виска её стекала струйка крови. Гордон потерял наручи и часть доспеха на левой руке вкупе с куском рубахи, из плеча будто выдрали кусок мяса. Инквизитор был цел и выглядел самым бодрым. Скорее всего, как маг Крови он мог тянуть жизненные силы из поверженных врагов.
Недолго думая, Менфис направил в сторону спутников Исцеляющую волну, которая разошлась светящимся голубоватым конусом. Раны их тут же затянулись, Виктория издала удивленный возглас, а Махуд, обернувшись, благодарно кивнул старику. Рыцарь и наёмница, подбодрившись, с удвоенной силой кинулись на оставшихся баракорцев, а инквизитор сделал шаг к стоящему спиной шаману и одним движением снёс ему голову. Элементаль тоже не терял времени и успел расправиться со своим, так что шаманов оставалось двое, но один из них — владелец посоха — источал гораздо больше угрозы и магии, чем остальные вместе взятые.
И шаманы, как оказалось, не исчерпали все свои сюрпризы. Откуда ни возьмись, на спину Махуду бросился крупный призрачный зверь, похожий на рысь. А с другой стороны на водного элементаля набросился такой же зеленоватый медведь.
Махуд, заорав от боли, обернулся и наотмашь ударил в полупрозрачного противника. Однако кровавый меч просто прошел сквозь кошку, не причинив ей видимого вреда. А вот спина и плащ Махуда сильно пострадали от длинных и вполне реальных когтей.
Менфис принялся быстро чертить руками в воздухе формулу заклятия Водная темница. В его руках начала разрастаться слабо светящаяся сфера,
наполненная водой и, поймав момент, волшебник метнул её в атакующую Махуда кошку. Пузырь не лопнул, но и не прошел мимо, а будто бы охватил духа и заключил в объятия, подняв на пару метров над землёй. Кошка мотала лапами в водяном шаре, и это выглядело бы потешно, если бы у наблюдателей было время смеяться. Захлебнуться без воздуха она не могла, но хотя бы оставила инквизитора в покое.Менфис обратил взор к оставшимся противникам. Дух-медведь разъярённо рычал и осыпал ударами элементаля, но как его, так и ответные удары были бесполезны. Впрочем, эти двое успешно отвлекали друг друга.
Внимание волшебника вновь привлекли шаманы. Их голоса зазвучали громче и всё нарастали, оба будто вошли в единый транс, движения синхронизировались, и вокруг посоха главного шамана разрасталось ярко-изумрудное сияние. Менфис не знал, что ещё могут выкинуть баракорцы, и лучше было не ждать окончания колдовского ритуала. Он вновь вскинул руки, мгновение помедлил, выбирая заклятие, и начал творить Водный молот. Обрушившись на шаманов, он должен остановить их раз и навсегда. Конечно, хорошо бы допросить их и узнать, кто из них убил Патриса и Элеонору. Понять, зачем они похищали детей и что тут устраивали.
Не думать. Слово, жест, слово, жест, сложить магическую формулу, выпустить силу через руки и голову наружу, воплощая мысленный образ в огромный, метра в три молот из сгустка плотной, слегка светящейся голубоватой жидкости. Воздух едва слышно зазвенел от различной магии, схлестнувшейся в пещере. Голоса шаманов вплетались в этот звон, один высокий, другой низкий и гулкий, смрад баракорской магии боролся с лёгким бризом, что приносила могущественная магия Воды…
Менфис успел раньше.
Но из-за спешки Водный молот, размахнувшись, ударил не по головам шаманов, а по большому костру перед ними. Земля под ногами вздрогнула, где-то посыпались камни. И ударная волна со звуком плеска моря о скалы разошлась вокруг.
Молот исчез, и наступила почти полная темнота. Вместе с ним исчезли и баракорские духи, и элементаль, и костёр, освещавшие пространство вокруг. В свете пары факелов, что остались гореть на стенах около клеток с детьми, Менфис разглядел, что на ногах устоял не только он, но и Виктория с Гордоном. Где-то ближе к потухшему костру разразился тихими проклятиями Махуд — по крайней мере, живой.
Наёмница метнулась к ближайшему факелу, подхватила его с держателя и осторожно двинулась к центру зала. Наступившую тишину нарушали лишь её лёгкие шаги, шорох чьей-то одежды и испуганное дыхание нескольких десятков детей. Свет пламени выхватил инквизитора, который как раз поднимался на ноги и отряхивался. А затем и влажное потухшее кострище, и лежавшего подле него младшего шамана.
— Куда делся ещё один? — донёсся до Менфиса удивлённый шёпот Виктории.
Все трое мужчин подошли ближе, Махуд снова зажёг «светлячка» над головой. Осмотревшись, они поняли, что главный шаман действительно исчез.
— Махуд, давай обыщем пещеру, кажется, там были ещё тоннели, — бросил Гордон, поджигая от факела Виктории ещё один. — Надо выбираться отсюда. Вы, уважаемый, займитесь детьми вместе с Викторией. Надеюсь, они вас послушают.
Менфис кивнул синхронно с наёмницей, и они направились к клеткам. Одна из клеток, откуда вытаскивали мальчугана прямо перед внезапным боем, была открыта, но дети недоверчиво жались внутри, с опаской глядя на своих спасителей. Девушка, передав факел старику, присела на корточки перед дверцей и протянула руку, и с ласковой улыбкой произнесла:
— Привет! Меня зовут Виктория. Мы вместе с друзьями пришли вас спасти. Выходите, не бойтесь!
Дети нерешительно переглядывались, будто ища друг у друга поддержки, чтобы сделать шаг навстречу незнакомцам. Внимание Менфиса привлекла металлическая клетка. Она была сделана из подозрительно знакомого тёмного материала и украшена слабо светящимися рунами. Волшебник протянул руку…
«Антимагическая! — он отдёрнул пальцы одновременно с пронзившей его мыслью и перевёл взгляд на детей: — Неужели они?..»