Последние маги
Шрифт:
«Магия Света, серьга из гранира, — отметил Менфис, — значит, в Аркен-Харе ещё остались артефакты, это отрадно».
Отряд продолжал неслышно двигаться вдоль гладких стен. Тишину нарушало только их дыхание и изредка из-под ног с тихим стуком укатывались мелкие камешки. В пещере было влажно и душно. Какое-то время пахло только мокрым камнем и мхом, но спустя примерно полчаса Менфис учуял шаманские травы вместе с духом баракорской магии. Он сказал спутникам, и они двинулись дальше ещё осторожнее. Тоннель теперь вел без уклона, прямой коридор уходил дальше в гору, лишь изредка поворачивая. Благо в нём не было ответвлений, иначе блуждать
Когда шаманский дух стал для Менфиса настолько густым, что хотелось зажать нос, они увидели отблески огня на влажных стенах. Махуд тут же погасил своего светлячка, все замерли. Судя по эху, за поворотом начиналась пещера, оттуда доносились негромкие песнопения.
Виктория знаками показала, что пойдет посмотреть, Гордон кивнул и пропустил её. Девушка осторожно подошла к повороту и выглянула. Затем пригнулась, шагнула туда и вернулась спустя минуту.
— Там есть площадка перед спуском в пещеру, можно подобраться ползком понаблюдать, — едва слышно проговорила она, приблизившись вплотную к мужчинам.
Гордон только кивнул и подал знак убрать оружие, привычным движением отцепил металлические наколенники, оставив лежать их в тоннеле, потом первым опустился на четвереньки и так скрылся за поворотом. Остальные последовали его примеру.
Проход действительно заканчивался почти плоской полукруглой площадкой, похожей на балкон, даже ограждённой валунами, будто перилами. А сбоку начинался спуск в глубокую пещеру размером не меньше четверти дворца султана. Подобравшись максимально осторожно к краю площадки, отряд увидел внизу огромный костер, на котором впору было жарить целого верблюда. Густой от трав дым достигал сводов, окутывая застывшие тут и там влажные сталактиты.
Пламя давало достаточно освещения, но вдоль стен в нескольких местах горели факелы, выхватывая сидящих на земле баракорцев. Вокруг костра плавными размеренными движениями, напоминающими скорее транс, чем танец, двигались несколько шаманов в набедренных повязках и масках с перьями. Один из них размахивал посохом, на конце которого горел зеленым огнем самоцвет, и напевал какие-то слова на баракорском. Как ни странно, рубленый, гавкающий язык при этом стал даже приятным на слух.
— Смотрите, там и вправду дети! — выдохнула рядом с Менфисом более остроглазая Виктория.
И тут он тоже заметил в дальнем конце пещеры три огромные клетки. Внутри жались друг к другу маленькие фигурки, в бликах пламени лишь изредка блестели их глаза. Двое баракорцев как раз открыли дверь одной из клеток. Фигурки вжались в заднюю стенку, как будто могли отшатнуться от рук воинов в тесном пространстве. Но те схватили какого-то ближайшего малыша, на вид буквально лет пяти и, несмотря на попытки брыкаться и кусаться, потащили к кострищу.
— Зачем дети? — пробормотал Менфис и чуть приподнялся над камнями в попытке рассмотреть зал получше. — Есть? Приносить в жертву? Нужно выручать…
Говорил он негромко, но движение вышло слишком неосторожным, и вниз с обрыва покатились камни. На шум вскинули головы отдыхающие воины, кто-то вскочил и загомонил, указывая рукой наверх.
— Демоны тебя подери, спрячься! — прошипел Махуд и начал творить какое-то заклятие.
«Всеблагая Фреятрон!» — Менфис спрятал голову и распластался на площадке, коря себя за неосторожность.
Гордон тут же вскочил и бросился по узкой тропе вниз. Мечнику нечего было делать наверху и, видимо, он предпочел не
дожидаться, пока баракорцы сами поднимутся на площадку.Виктория прицелилась и выстрелила — и, судя по ещё более громкому крику, попала.
— Проклятье, слишком темно, чтобы нормально целиться!
— В бою могут задеть детей, — обеспокоенно посмотрел на неё Менфис.
Она покачала головой, перезаряжая арбалет:
— Тот мальчик рванул обратно к клетке. Главное, в дальний конец пещеры не стрелять.
Действовала наёмница крайне споро, и вскоре рядом с ухом Менфиса снова щёлкнул механизм, стрела её отправилась искать новую жертву. Затем девушка развернулась, чтобы вставить в желоб новый болт, бросила:
— Человек двадцать ближников, четыре лучника и пять шаманов. Откуда только они все здесь взялись?!
Инквизитор не ответил ей, завершая заклятие. Над его ладонью появились три слабо светящихся алым кинжала. Выкинув руку вперёд, Махуд метнул их куда-то вниз, вызвав новые крики. Кажется, в тот же момент клинок Гордона встретился с вражескими, до ушей отряда донесся лязг металла.
Пока его соседи готовили следующую атаку, Менфис всё-таки рискнул выглянуть из укрытия ещё раз: он не мог сидеть и слушать звуки боя, не оценивая обстановку. В свете факелов его взору открылась наседающая на Гордона толпа. Рыцарь не успел добежать донизу, и сейчас это обстоятельство спасало ему спину. Он стоял выше и мог наносить удары сверху. Менфис подивился мастерству Гордона, наблюдая, как тот рубанул руку одному баракорцу, задел шею второго, ткнул под рёбра третьего — и ближайшие противники повалились кто с обрыва, кто на тропу. Их заменили следующие, шагая прямо по телам. Рыцарь справлялся неплохо. Но баракорцев всё равно было слишком много.
Наблюдая за сражением на боковой тропе, Менфис едва успел бросить взгляд на саму пещеру и вовремя пригнуться, заметив натянутые луки. Трое на балконе присели за валун плечом к плечу, над ними просвистели стрелы.
Прошло ещё несколько минут, похожих одна на другую: Виктория продолжала стрелять, Махуд — метать магические кинжалы.
— Мне нужно спускаться, — мрачно сказал Махуд, присев под очередным залпом стрел. — Я не эффективен на таком расстоянии. Ни одно заклинание не долетит, кроме сраных Жалящих ножей.
— Зато я сняла пару лучников и ближайшего шамана, — удовлетворенно хмыкнула Виктория. — Но потом этот, самый разряженный, выставил какой-то барьер. Его болты не пробивают.
— Как там Гордон? — обеспокоенно уточнил Менфис, переводя взгляд с девушки на инквизитора.
Как раз в этот момент они услышали разъярённый крик рыцаря и дружно выглянули. Воин продолжал отмахиваться от десятка кривых баракорских клинков на узкой тропе, но его ступни будто приросли к камню. Приглядевшись, Менфис понял, что того окутали древесные корни.
— Махуд, прикрой, я за ним! — крикнула Виктория, бросая арбалет. Она вынула из ножен короткий меч и, пригибаясь, помчалась вниз.
— Надо вытаскивать Гордона и уходить, — в руке Махуда из пустоты вырос полуторный клинок, светящийся такой же красноватого цвета магией, как и его ножи. — Жди…
Не успел инквизитор договорить, как прямо над ними пролетело длинное призрачное копьё, вонзившись в стену над проходом в тоннель. Стены и пол вокруг них задрожали, с потолка посыпались булыжники, и когда копьё со вспышкой исчезло, оказалось, что выход наполовину завален. На расчистку теперь требовалось время…