Чтение онлайн

Я в ней тону все глубже и глубже. Я замерзаю…. Даже кожа словно покрывается инеем, а потом это нежное теплое прикосновение к щеке.

Тук… отзывается застывшее сердце.

— Анна, — слышу я сквозь забытье.

— Анна, — зовет голос, и открыв глаза, я вздрагиваю, наткнувшись взглядом на обнаженный торс короля....

— Очнулась, — выдает он, а я пока еще не в состоянии отреагировать на его легкую, совершенно непривычную улыбку, так как мой взгляд прикован к его торсу.

К обнаженному торсу короля.

Только потом удается сфокусироваться

на его мощных плечах, на распахнутой рубашке. На штанах, которые, слава богам, на месте.

Боги, я, наверное, красная до кончиков ушей. Нельзя так пялиться! Стыд!

Стоп! А чего это я себя ругаю? Это вот эти господа открыли охоту и решили посягать на последнее, что у меня осталось — на мою честь и достоинство. А если… боги!

Тут же оглядываю себя. Ничего же не произошло, пока я была без чувств?

Где мое платье? Почему я в тоненькой ночной сорочке?

Паника бьет по вискам, я начинаю задыхаться от волнения, и тут на плечо опускается крепкая рука. Надо бы вздрогнуть по привычке, а я замираю.

В горле заседает ком. Это... произошло?

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает король, а я понятия не имею, что ему ответить.

Как вообще себя можно чувствовать после того, как все, кому я верила, предали меня? А он… он, возможно….

Дайте мне сковороду, чтобы проучить местного короля, и будь, что будет!

— Анна, — слышу волнение в его бархатном голосе.

Ого! Его Величество чего-то испугался?

Кидаю на него злобный взгляд, а он внимательно смотрит на мою щеку, по которой катится одинокая слеза.

— Сильно испугалась? Все позади. Дарвелл вывел из твоего организма яды от зелья этими благовониями. Но тебе нужно еще восстановиться, — выдает он, кивая головой в сторону пары дымящихся лиловых палочек. — Теперь ты в безопасности. Слышишь?

Не слышу. Пытаюсь прислушаться к собственным ощущениям. Ведь, если что-то произошло, то я должна это почувствовать. Но ничего, кроме тошноты, не ощущаю.

Это же хорошо?

Но… тогда выходит, он меня не тронул? А как же обряд? Все ведь было подготовлено и рассчитано. Король не стал бы отказываться от своего лекарства, которое к тому же пыталось сбежать. Ведь так?

— Почему я в этом? — хочу спросить, но голос проседает, перетекая в шопот.

Король моментом хмурится.

— Платье было… непригодно. К тому же так удобнее. Не находишь?

Ого. Чего это он спрашивает меня, а не приказывает?

Да он даже смотрит иначе.

Разве не должен рвать и метать за то, что я хотела сбежать и лишить его волшебной пилюли? Нет?

Смотрит так, будто нашел несчастного котенка на улице и решил отогреть.

При чем, судя по антуражу в собственной кровати в собственных покоях. Только лепестков роз уже не видно. Сколько я же я сплю?

Об этом и спрашиваю.

— Недолго. Пару часов осталось до рассвета.

Черт! Значит, ночь еще не кончена? Значит, и обряд, если еще не случился, то, по идее, еще может случиться.

Вздрагиваю от этой мысли и кидаю в короля испуганный взгляд.

— Что тебя

мучает Анна? Может скажешь уже? — требует он, а вот я резко забываю, как говорить.

Ну, в самом деле, как озвучить вслух все то, что меня сейчас тревожит? Я даже от мысли воспламеняюсь и в пепел рассыпаюсь от стыда.

— Как вы меня нашли? — решаю зайти с другого угла.

— По артефакту, — выдает король.

Боги, Лайнел велел его выкинуть, а я в последний момент не решилась. Будто почувствовала, что пригодиться может.

Едва вспоминаю “брата”, по телу идет дрожь. Меня даже передергивает. И король опять кладет горячую ладонь на мое плечо.

Ткань сорочки слишком тонкая, чтобы защитить меня от его прикосновения, на которое разом реагирует каждая клеточка тела.

— Твой обидчик в темнице, он будет наказан, не сомневайся, — говорит мне король, и я верю.

Верю огню возмездию в его глазах. Верю играющим желвакам. Этот человек не просит того, кто посягнул на его… если не на его женщину, то на его вещь.

— Ты в безопасности, — вновь говорит мне он, и от этих слов мне хочется плакать. Навзрыд. Мне очень хочется им верить, но не могу. Нельзя. Потому что все не может кончиться так легко и хорошо для меня. Для беглянки.

— Вы накажете меня?

— А нужно? — задает такой вопрос, что я теряюсь. Кто же захочет, чтобы его наказывали?

— Стоило бы, ведь ты чуть не лишила меня кое-чего ценного.

— Чуть? — выхватываю я и моментом вжимаясь в подушку, что лежит за спиной. Он не отказался от своего плана?

Конечно, нет. С чего бы?

— Ну, и о чем ты думаешь сейчас?

— О том, что вы не тронули меня, когда у вас был шанс. Когда я спала, — говорю ему честно.

Все, что у меня сейчас есть, чтобы спастись — это сила слов и моя искренность. Хитростью этого мужчину не проведешь.

— За кого ты меня принимаешь? — усмехается, а в глазах темная печаль.

— За государя, что готов идти на малые жертвы ради великих целей. Я не права?

— Если у государя нет принципов, то какие же из его целей могут быть великими? — ведет он бровью и моментом мрачнеет. А мне кажется, что я где-то уже слышала эти слова. Где?

— Значит, вы не тронете меня? — замираю и не дышу, ожидая его ответа.

Молюсь всем богам, чтобы я оказалась права. Король окидывает меня взглядом, останавливаясь на дрожащих плечах, на волнительно вздымающейся груди, и в глазах его я вижу пламя. То самое пламя, что присуще мужчине, желающему женщину.

— Я не монстр, Анна, каким ты хотела бы меня считать, — выдает король то, чего я точно от него не ожидаю. Вижу печаль в его темных и все еще несколько пугающих меня глазах.

— Пока ты не придешь в себя. Пока не успокоишься, никто не посмеет тебя коснуться. — заверяет он. — А сейчас отдохни.

В самом деле? Он не шутит?

— Здесь? — тихо шепчу я, оглядывая королевские покои.

— Места безопаснее нет во всем дворце. Тебя что-то смущает?

Смущает и еще как!