Полукровка
Шрифт:
Сегодня Володя уже был готов к прибауткам кладбищенских мужиков, но те, видимо, проявляя чувство такта, не хохмили.
Втроем дошли до стены колумбария. Стена была длинная. Большую часть ее украшали разноцветные мраморные квадратики и приложенные или прицепленные цветочки из пластика. Кое-где торчали раздувшиеся от влаги картонные иконки. Другая часть стены напоминала пустые бетонные соты.
Один из могильщиков вставил в пустую ячейку урну и вместе с Володей принялся ждать еле тащившегося собрата. Тот нес тяжелый мраморный квадрат с золотистой гравировкой и фотографией. На фото папа был
Кладбищенские работяги забили в ячейку плиту, закрепили. Молча покурили и ушли. Володя постоял рядом, положил к плите подмерзшие гвоздики.
– Прости, – сказал зачем-то, хоть и знал, что никто его не слышит.
Обратно возвращался окольными путями. Проходить мимо домика и натыкаться на кладбищенских хохмачей не хотелось, и Володя побрел в обход. Молодое кладбище, существовавшее всего-то с конца семидесятых, было голым и продуваемым насквозь. Володя ежился и прятал лицо от ветра в ворот куртки.
Вот и все. Почти все. Осталось только закончить дела с квартирой. На нее уже нашлись покупатели. Еще вчера ему позвонили из агентства. Володя подъехал к ним, отдал ключи и сказал, что сам появится только один раз на подписание договора. В агентстве поскрипели, но согласились. А сегодня был второй звонок – клиент посмотрел и известил, что готов купить. Если Володю все устраивает, то они начнут оформлять документы.
Продавать родную квартиру было невероятно жалко. Словно он собирался продать часть себя. Володя собрал всю свою волю и, отсекая себе пути к отступлению, сказал «да». Теперь осталось только дождаться одного звонка, подписать бумаги, получить сумму на счет и уехать.
Тропинка, струившаяся между заснеженными могилами, кончилась, и он вышел на широкую аллею. Здесь могли не только разойтись два человека, но и разъехаться две машины. И в отличие от вытоптанных тропок тут дорогу худо-бедно чистили.
Володя повернул налево и зашагал по аллее к воротам. Мысли крутились хмурые и вялые. Дойдя до ворот, он поглядел на автобусную остановку. Автобуса не было, но Володя замер. Словно по глазам что-то резануло, отдаваясь в сердце.
Взгляд побежал по пейзажу. Въезд на площадку перед кладбищем от Пятницкого шоссе, лоточники с аляповатыми пластиковыми цветами, будка с охраной и какими-то кладбищенскими бюрократами. Слева мальчик с гвоздиками и черный «Рав 4» с аэрографией на корпусе.
Володя дернулся, но от машины к нему уже шел знакомый крепкий джинна с изменчивыми, как погода, глазами. Сейчас они были ярко-оранжевыми и смотрели на Володю.
«Бежать некуда», – мелькнуло в голове.
Да и незачем. Какой смысл бежать на кладбище, где никого нет, когда можно остаться здесь, где хоть и мало, но есть свидетели. При свидетелях никаких особенно зрелищных заклинаний джинна себе не позволит. Никто не станет хлестать его огненным бичом, как это делала Лейла, не будет рубить «призрачным клинком».
Он нужен им живым.
А против того, что всего лишь обездвиживает, можно попробовать устоять.
Володя, чувствуя, что готов к схватке, отошел от ворот и расслабился. Джинна приблизился, остановился в нескольких шагах. На лице его отразилась легкая растерянность, глаза стали темно-желтыми.
– Чего надо? – спросил
Володя с тихой угрозой.– Поедешь с нами, «коричневый», – безапелляционно заявил джинна.
– А вот твоя хозяйка считает, что я «оранжевый», – Володя решил позлить противника, и это вроде бы удалось.
Глаза лысого налились багрянцем.
– Вне зависимости от цвета, байстрюк, ты сейчас сядешь в машину и будешь паинькой, – процедил джинна.
– Не тебе судить о моей незаконнорожденности, халдей.
– В машину.
Володя отклонился назад и осторожно скрестил пальцы.
– А если нет, тогда что?
Он надеялся еще позлить «оранжевого», но тот оказался более вспыльчивым, чем мог предположить Володя. Вместо ответа он атаковал. Резко и мощно, и все той же «длинной рукой».
Удар был направлен четко в лоб. И если бы «оранжевый» преуспел, ему бы осталось только погрузить бесчувственное тело в машину и отвезти на Рублевку. Володя едва успел выставить щит и зло помянул матушку.
Ну а джинна, не достигнув успеха, внезапно остановился.
– Тебя ищет не она, – быстро сказал он, поняв Володину идиому в буквальном смысле. – Некто более могущественный. Давай решим все полюбовно. Какой смысл в глупой драке? Садись и поехали.
– Мне плевать, кто, – отозвался Володя. – Я не собираюсь даже разговаривать ни с кем из них. Ты хочешь им служить, хвосты заносить – вперед и с песней. Твое право, только от меня отвали.
Володя ударил на последней фразе. Неожиданно, как ему казалось, без перехода. Но лысый успел закрыться от атаки. Два полупрозрачных лезвия столкнулись и рассыпались серыми брызгами.
– У тебя все равно нет выбора, – хрипло ответил джинна и бросил заклинание.
Нечто серое сорвалось с его руки, метнулось к Володе. Он отбил и этот удар, так и не поняв, что это было. Парируя, Володя отметил, что дыхание у противника уже сбито, хотя схватка и не началась всерьез.
Кроме того, лысый оставался один. Не было рядом ни матери, ни кого-то еще. Из чего выходило, что Володю проверяют, держа основные силы в резерве. Либо его преследователи совершали очередной опрометчивый шаг.
Сейчас, в отличие от их первой встречи, Володя понимал, что этот «оранжевый» – маг наверняка более умелый, но не очень сильный из-за малого объема тела Силы. Его хватает на несколько заклинаний, а дальше надо подзаряжаться. Поэтому он не противник и никогда не был противником.
В прошлый раз Сальваторе сумел достать его только потому, что работал в паре. И потому, что Володя не понял еще толком, чего надо бояться, а кого надо смело и открыто встречать кулаком в рыло.
Поэтому он атаковал сам – «длинной рукой», просто чтобы не дать противнику сплести нечто сложное и заодно, чтобы истощить его силы. Метнул заклинание с заходом справа, целя в висок. Джинна защитился. Володя врезал слева. И наносил удары один за другим, заставляя «оранжевого» обороняться.
Лысый пытался выйти из-под атак и перейти в нападение, но не успевал.
Володя продолжал нападать.
В стороне мелькнуло бледное лицо с испуганными глазенками. Мальчишка, что продал ему гвоздики, заметил их стычку. Больше никто не обратил на нее внимания. Только мальчишкам в силу возраста есть до чего-то дело, подумал Володя, и отвлекся, давая лысому возможность вырваться из глубокой защиты.
Джинна схватился за нее и метнул клубок огня, решив, видимо, что противник выдохся.