Polska
Шрифт:
"Няня" была чистой воды "пахмырой", и это выяснилось скоро: или через неделю, а может и менее того, она запросила "оплату долей во владении магазином"! И не меньше! Основания для требований: уход за младенцем на протяжении десяти дней. Вначале мать удивилась:
— Ты чего? Это же всё чужое, какая тебе "доля"!? — взбесилась мать и без задержек выдала "в эфир" полный набор детдомовской лексики! Имел удовольствие присутствовать при разъяснении сути заблуждений пахмыры на владение чужой собственности.
После непродолжительного, впечатляющего словесного разъяснения, мать приступила к "практике": собрала вещи "пахмыры" и выбросила их на улицу. Прошёл полный курс "теории
Глава 29.
Гимн земноводным,
или "слава стрелковому оружию"!
Это были интересные и памятные, только для меня, дни. Магазин, в котором мы поселились, находился на окраине города. Недалеко о от нашего временного жилища протекал ручей. Питался ручей тем, что на его берег в одном месте выходила труба, и из трубы вода текла в ручей. Только сегодня понял, что труба была "дренажная" и в неё собиралась вода с болотистой низины. Собственно труба и давала жизнь тому ручью. Маленькая чистая струя из трубы, но постоянная. В том месте, куда она стекала, в ручье постоянно крутились рыбки, гибкие и быстрые. Моя мечта на то время была простой и древней: поймать хотя бы одну голыми руками. Зачем мне, польская рыбка из ручья? Я хотел есть? Что с неё, какой навар? — на такие вопросы и взрослые рыбаки "подлёдного лова" в отечестве моём ответить не могут. Место, повторяю, было низинное, немного болотистое, но не так, чтобы очень.
В одном месте, где ручей делал изгиб, была непроточная болотина, "пойма", как мы называем такие места на реках, и в этой болотине жила фантастически большая лягушка. Редкостное земноводное, упитанное и не такое зелёное, как лягушки отечества. Особая лягушка, польская… Пожалуй, она была "крулевна" местных лягушек…
Помимо рыбок, мечтал поймать и лягушку. Спросил бы кто-то тогда:
— Зачем тебе лягушка? Она мечтает попасть в твои руки? "Да", "нет"? Спрашивал лягушку? — или просыпался инстинкт охотника-рыболова и был выше польской лягушки?
Отчего и почему многим из нас в детстве хочется поймать лягушку — этого объяснить не берусь, но свои чувства и желания к необыкновенной польской лягушке могу объяснить: после пленения лягушки-красавицы мечты далее тщательного исследования тела крупного земноводного не распространялись. Не знал грамоту, не знал о сказке, где лягушка превращается в красавицу. Далее желаний поймать представительницу польской фауны, подержать в руках и отпустить не уходил.
Как-то прекрасным днём пришёл на берег ручья и увидел там человека в военной форме. Человек сидел на бережку с фуражкой в руке и смотрел на лягушку. На плечах военной рубахи были продолговатые площадочки с красной узкой полоской и маленькими звёздочками, но много. Через грудь на пояс пролегал ремень. Что такие "площадки" на плечах военных людей назвались "погонами" — об этом не знал.
Человек мельком глянул на меня и опять переключил внимание на земноводное. Подруга находилась в воде у берега на глубине не выше колена. Почему знакомая вылезла из родной болотины и перебралась в ручей — этого не знаю, но думаю, что и она радовалась освобождению.
Сидевший
на берегу человек в форме откуда-то, но точное место на его теле прозевал, достал большой чёрный пистолет, произвёл с ним какие-то манипуляции, вытянул руку с оружием в сторону подруги и пальнул!Звук от сожженного патрона в пистолете напряг немного меня, но не лягушку: та никак не отреагировала на агрессию… нет, было: немного шевельнулась, но ни как раненая, или убитая наповал, а нехотя, лениво. Пожалуй, она была в "возрасте".
Военный удивился и через малое время, повторив манипуляцию с чёрным пистолетом, сделал второй выстрел. Подготовка ко второму выстрелу длилась дольше по времени: стрелок целился, "брал на мушку". И второй траченный патрон не дал результатов: лягуха не реагировала!
"Сафари" военный дяденька начал сидя на земле в стандартной позе: согнув колени с упором пятками в землю, а носки блестящих сапог были задраны вверх.
После второго безрезультатно траченного патрона военный смущённо посмотрел в мою сторону и принял позу стрелка, приготовившегося к серьёзным соревнованиям. После принятия позиции для стрельбы, военный человек произвёл третий выстрел с прежним результатом: нехорошая, теперь уже полностью враждебная польская лягушка не собиралась расставаться с жизнью и всплывать кверху брюхом…
Тогдашнее безразличное, полностью спокойное поведение лягушки объяснить не мог, но сегодня думаю, что у "зелёной дамы" думаю, что вариантов спокойствия могло быть не менее трёх:
а) лягуха была ленивой,
б) настолько умной, что поняла:
— У человека на берегу ничего не получится!
в) пользовалась людской уверенностью: "двум смертям не бывать, а в) "двум смертям не бывать, а одной — не миновать" и вот эта:
— "Пожила — и хватит"! — поминают поляки о "двух смертях", или нет — этого не знаю.
Подруга могла получить, пусть и слабый, гидроудар при входе пули в воду. Совсем такой, какой получает всё живое в реках, когда весной рвут лёд на реках при устранении заторов. Но и о гидроударах тогда ничего не знал.
Лягушка, повторяю, была неимоверно крупная, пожалуй, с ладонь офицера, и только сейчас понял стрелка: он, как и я, никогда ранее не видел таких крупных земноводных, а, увидев — захотел её "добыть".
Зачем тебе польская лягуха? Был бы ты французом — понятно, лягуха для галла — деликатес, но что она для славянина? Или пан офицер хотел удивить боевых товарищей её размерами? Лягушки водились и на его родине в избытке, но что бы такие — нет! Не мог спросить дяденьку:
— Пан офицер, а на кой хрен тебе польская лягушка? Ну, шлёпнешь её, а дальше? Что, ты пришёл на берег ручья подтверждать славу лучшего стрелка в боевом соединении? В оккупацию лягушка выжила и даже не пострадала здоровьем, поляки, естественно, её не обижали — своя, поди, а ты с чего это вдруг открыл "сезон охоты" на польских лягушек!? Тратить патроны на польскую лягушку во время, когда заклятые враги твои ещё не сложили оружия!? — мудрыми были тогда девятилетние мальчики и девочки, но и они не знали, в какую копейку обходится траченный патрон. Кто знает, сколько выстрелов в войну было сделано "в молоко"? Если убито тридцать миллионов человеческих тел — уже тридцать миллионов патронов, а, сколько их было выпущено впустую?
А сейчас ты "мажешь"! Три патрона в польскую лягушку на расстоянии трёх метров с нулевым результатом — так за такое и трибунала не жалко! Лягушка не хотела умирать, не поддавалась истреблению: человек с большим пистолетом выпустил в неё и четвёртый заряд, а квакуша медленно, пожалуй, от преклонных лет, поворачивалась и не думала исчезать с облюбованного места. Офицер матюгнулся и спрятал оружие. Я молчал и ликовал без видимых признаков радости!
И до сего времени помню чувства во время того "сафари":