Полночные узы
Шрифт:
— Да, — кивнул Данте, глядя на бледное лицо Тесс. Тревога сжимала его сердце. — Опоздай я на несколько секунд, и все было бы кончено…
— Проклятые кровососы! — прошипел Гидеон, проводя рукой по волосам. — Я приготовлю ей комнату в лазарете.
— Нет! — неожиданно для себя резко выкрикнул Данте, останавливая Гидеона. — Она моя. Она останется со мной.
Глаза Гидеона расширились, но он ничего не сказал, остальные тоже промолчали.
Данте по лабиринту коридоров устремился к своим апартаментам. Он прошел в спальню и осторожно опустил Тесс на кровать. Он не зажигал яркий свет, говорил тихо и нежно, чтобы ничем не потревожить ее.
Мысленным приказом Данте включил воду
При виде страшных следов, оставленных Отверженными на теле Тесс, Данте пожалел, что не обладает даром исцелять с помощью прикосновений. Ему не хотелось, чтобы Тесс, придя в себя, увидела Ужасные раны. Но он не умел творить чудеса. Его кровь излечит ее изнутри, наполнит сверхъестественной жизненной силой, незнакомой ей ранее. А потом, если она согласится принимать кровь своего партнера регулярно, то обретет несвойственную людям способность не стареть и жить вечно. Со временем и шрамы исчезнут. Но не так быстро, как ему хотелось бы. Данте вновь охватила ярость, он жалел, что не смог растерзать обидчиков Тесс жестоко и мучительно.
Ярость жгла его изнутри, как кислота. Данте подавил ее, сейчас все его силы нужны были Тесс. Он осторожно снял с нее жакет, испачканный кровью, ворот и рукав тонкого шерстяного свитера тоже были в крови.
Данте не решился снимать его через голову, чтобы не тревожить рану на шее. Он вынул из ножен кинжал и распорол свитер. Обнажилось бледно-кремовое тело и персикового цвета кружевной лифчик.
При взгляде на женственные формы Тесс Данте почувствовал страстное желание, но усилием воли сумел подавить его.
Сейчас Тесс была в безопасности — большего он не мог желать.
Данте положил кинжал на тумбочку и, за рукава стянув свитер, бросил его на пол у кровати, где лежал жакет. В спальне было тепло, но тело Тесс продолжало оставаться холодным. Данте укрыл ее черным шелковым одеялом и пошел в ванную за влажной губкой и полотенцем, чтобы обтереть Тесс. Когда он выходил из ванной, раздался тихий стук в дверь, слишком тихий для воина.
— Данте? — послышался голос Саванны, еще более тихий, чем стук. Она вошла в комнату с медикаментами в руках. Ее темные глаза были полны сострадания. Следом за ней показалась рыжеволосая подруга Лукана, Габриэлла, она держала мягкий, теплый халат. — Мы узнали, что случилось, и решили принести вещи, которые могут понадобиться.
— Спасибо.
Женщины положили все на кровать, Данте отметил это краем глаза, его внимание было сосредоточено на Тесс. Он смывал засохшую кровь с ее запястья, прикладывая губку с максимальной осторожностью, на которую только способны были его грубые руки, привыкшие к оружию.
— Как она? — спросила стоявшая у него за спиной Габриэлла. — Лукан сказал, что ты напоил ее собственной кровью, чтобы спасти.
Данте кивнул, но героем себя не чувствовал.
— Она возненавидит меня за это, когда узнает, что это значит. Тесс не подозревает, что она Подруга по Крови. Ей неизвестно, кто я.
Данте удивился, почувствовав на своем плече маленькую женскую руку.
— Ты должен все ей рассказать, Данте. Не откладывай. Не бойся довериться ей, она оценит твою искренность, даже если не сразу сможет принять то, что ты ей сообщишь.
— Да, она должна знать правду, — согласился Данте.
Он был благодарен Габриэлле за участие и разумный совет. Она делилась собственным опытом. Всего несколько месяцев назад она сама узнала от Лукана ошеломляющую правду. И хотя сейчас они были неразлучны и оба светились любовью, им пришлось пройти нелегкий путь к счастью. Никто из воинов не знал подробностей, но Данте
мог догадаться, чего это стоило им обоим, учитывая замкнутость Лукана и его тяжелый характер.Саванна подошла ближе и сказала:
— После того как промоешь раны, смажь их вот этой мазью. Вместе с твоей кровью она ускорит заживление, и шрамы будут менее заметны.
— Хорошо. — Данте взял протянутый пузырек мази домашнего приготовления и поставил его на тумбочку у кровати. — Спасибо. Спасибо за участие.
Женщины понимающе улыбнулись ему.
— Не думаю, что ей это пригодится. — Саванна нагнулась, чтобы собрать с пола одежду Тесс. Едва ее пальцы коснулись одежды, как лицо исказилось, Саванна вздрогнула и закрыла глаза. Ее дыхание на мгновение замерло, затем она выдохнула резко и прерывисто. — Господи, бедняжка. Как жестоко. Ты знаешь, что она была на волосок от смерти?
Данте кивнул:
— Знаю.
— Они почти выпили ее, когда ты… — Саванна замолчала. — Ты спас ее, и это — главное, — закончила она, пытаясь скрыть волнение, которое вызвали у нее подробности нападения на Тесс — она только что считала их с одежды. — Данте, если тебе что-нибудь понадобится, скажи нам. Мы с Габриэллой сделаем все, чтобы помочь тебе.
Данте кивнул, продолжая вытирать кровь с тела Тесс. Он слышал, как женщины ушли и оставили его наедине с Подругой по Крови. Он не знал, как долго обмывал ее раны, возможно, несколько часов. Наконец Данте закончил и, устроив ее поудобнее, сам вытянулся рядом. Он лежал и смотрел на Тесс, искренне надеясь, что очень скоро она откроет глаза.
Мысли кружились в голове. Он думал о том, что скажет, когда Тесс придет в себя. Он скажет, что хочет, чтобы она всегда была в безопасности и чувствовала себя счастливой. Чтобы она жила вечно. С ним или без него — это как она сама решит. Он будет заботиться о ней, пока сможет, если… вернее, пока смерть не настигнет его. Но и потом Тесс останется под защитой Рода.
Господи, он что, действительно думает о будущем?
Строит какие-то планы?
Это ошеломило Данте: на протяжении столетий жил одним днем, для него не существовало «завтра», он привык к мысли, что в любую минуту может погибнуть, и потому никогда не думал о будущем. И вдруг одна-единственная женщина все перевернула в его жизни. Нет, конечно, он продолжал верить, что смерть подстерегает его где-то рядом, — видение не обманывало его, как не обманывало и его мать, — но неожиданно у него появилось сомнение.
Тесс пробудила в нем желание жить, каждую минуту проводить с ней. Скоро она придет в себя, и он расскажет ей о своих чувствах, о том, что она значит для него, и о кровных узах, которые связывают их.
Сколько времени нужно для того, чтобы его кровь поступила в каждую клеточку ее тела и начался провес восстановления? И какое количество крови необходимо? По дороге в бункер Тесс проглотила всего несколько капель. Возможно, ей требуется больше.
Данте взял с тумбочки кинжал, сделал надрез на запястье и приложил свежую рану к губам Тесс, но она оставалась безучастной, струйка крови стекала мимо рта на подбородок. Данте громко выругался.
— Ну давай же, ангел, пей. — Он погладил Тесс по холодной щеке, убрал со лба прядь волос. — Пожалуйста, живи, Тесс… пей и живи.
У приоткрытой двери спальни кто-то смущенно кашлянул.
— Прости, дверь… э-э… была открыта.
Чейз. Черт его дери. Меньше всего Данте хотел видеть именно его. Воин был слишком занят Тесс — и своими чувствами, — чтобы отвлекаться на посторонних, тем более если этим посторонним был бывший агент. Данте полагал, что, получив хорошую взбучку от Лукана, этот ублюдок давно уже убрался в Темную Гавань. Или Лукан оставил Данте привилегию вздрючить агента?