Чтение онлайн

– Почему?

– Я однажды видела на картинке, как они сидели вокруг костра и тоже что-то ели, как и мы, у них колбаса прямо на траве лежала.

– А у нас не трава, а скамейка, – ответил Мишель.

– Всё равно очень похоже. Полевые условия. Я так думаю, ситечка у тех туристов тоже не было.

Сразу после импровизированного завтрака ребята пошли гулять, Мишель пообещал показать Полине город. Девочка едва смогла увернуться от дяди Томаса, который не потерял надежды заполучить её в своё распоряжение в качестве натурщицы.

– Полина, дорогая, ты сегодня свободна? –

Прокричал он, когда ребята уже были около двери.

Девочка притворилась глуховатой:

– И Вам тоже! Большое спасибо!

И, очутившись около калитки, где её ждал новоявленный экскурсовод, слегка запыхавшись, она поинтересовалась:

– Этот болезный со всеми так?

Мальчик вздохнул:

– Если бы он не умел рисовать – это полбеды. А то ведь рисует, да ещё как! Когда он меня нарисовал, я вообще подумал, что это фотография. Только картина получилась чуточку лучше, чем я на самом деле.

– Что, правда? – Заинтересовалась Полина. – Тогда я, пожалуй, всё-таки найду время зайти к нему.

– Тогда три-четыре дня из своей жизни можешь смело вычеркнуть. И всё это время тебе придётся просидеть в одной позе с тупым выражением лица.

– Почему обязательно с тупым? – Обиделась девочка.

– Потому что лицо бывает умное, когда оно изменяется. А попробуй сделать умное лицо хотя бы на минуту и потом посмотри на себя в зеркало.

Полина украдкой погримасничала и согласилась:

– Наверное, ты прав.

Вчерашний вид из окна автомобиля её не очень впечатлил и уже заранее девочка настроилась на отрицательные эмоции. Тем удивительнее оказалось, что городок оказался очень даже симпатичный. Узенькие улочки, утопающие в зелени, маленькие, словно игрушечные, домики в два-три этажа с миниатюрными лепными балкончиками, низенькие изгороди, увитые плющом – всё это очень походило на лубочную картинку или на симпатичную декорацию к какому-нибудь простенькому любительскому спектаклю.

Утренние улицы были пустынны. Редкие прохожие были похожи на тараканов – появлялись так же неожиданно, где-то на периферии зрения и исчезали, стоило только повернуться в их сторону. Яркое солнце било прямо в глаза, заставляя щуриться и беспричинно улыбаться.

Городок напоминал земные провинции, где вся жизнь сосредотачивается вокруг двух-трёх магазинов. В Жардэнроз такими торговыми точками были хозяйственный, продуктовый и – почему-то – канцелярских принадлежностей.

– У вас тут писатели, наверное, живут?

Мишель сначала не понял вопроса и, только проследив направление взгляда своей спутницы, сообразил:

– Это только написано, что там канцелярские принадлежности, а на самом деле там всякая мелочь продаётся. Даже мыло. И мороженое. Давай я тебе мороженое куплю?

Полина задумалась. С одной стороны, денег у неё было столько, что можно было купить эти три магазина со всем их содержимым, а Мишеля, судя по всему, эта покупка ввергнет в пучину финансового кризиса. С другой стороны, зачем обижать человека, который собрался немного порыцарствовать? Тем более, отказываться от робких знаков внимания со стороны представителя противоположного пола Полина не собиралась;

любой девочке приятно, когда за ней ухаживают.

– Ладно, покупай своё мороженое, – смилостивилась она, – только, пожалуйста, в продуктовом магазине, ладно? Мне так будет спокойнее.

Мальчик убежал.

Полина устроилась на первой подвернувшейся скамейке, рядом с молодой женщиной, которая дремала, автоматически покачивая стоящую перед ней коляску. Сначала Полина хотела поздороваться и о чём-нибудь поболтать с молодой мамашей, но потом передумала и всё время просидела молча, лишь изредка косясь на соседку.

Вскоре появился Мишель.

– Во, держи! – Протянул он подруге белесый от льда свёрток. Свой он уже распечатал и даже успел надкусить.

– Пойдём?

– Ага!

Только отойдя на десяток метров, девочка кивнула за спину:

– Ей лет двадцать, да?

– Не знаю, не заметил. А что?

– Не понимаю, как в её возрасте можно так безвкусно одеваться? Одна только её косынка чего стоит! Если бы меня заставили вот так, на затылке, завязать платок и выйти на улицу, я бы лучше удавилась!

– Так прямо бы и удавилась? – Не поверил Мишутка.

– Ну, может, не удавилась бы, – тут же сдала позиции Полина. – В любом случае, меня насильно пришлось бы тащить в какое-нибудь людное место.

– А мне, например, всё равно, во что люди одеты, – сообщил мальчик. – Я, например, если сейчас отвернусь, даже не смогу сказать, во что ты одета, хотя мы целое утро вместе ходим.

– Это всего-навсего классическая ненаблюдательность в паталогически тяжёлой форме и ничего кроме, – ответила Полина, однако вид у неё был слегка обескураженный и даже обиженный. Если бы Мишель догадывался, насколько тщательно она выбирала сегодняшний наряд, то более внимательно отнёсся к внешнему виду своей спутницы.

Даже по земным меркам мороженое оказалось немного странноватым: слишком кислое и одновременно слишком сладкое, к тому же вызывающе зелёного цвета. Полина долго разглядывала его, прежде чем решилась попробовать.

– Ну? Как – Озабоченно поинтересовался Мишель.

– Всё в порядке, не переживай.

Угостив свою новую подругу, мальчик, судя по всему, почувствовал себя увереннее.

– А у вас там, на Земле, какие компьютеры? – Спросил он.

– Обычные.

– Как у нас?

– У вас – это не компьютеры, а… даже не знаю, как бы так выразиться помягче, чтобы тебя не обидеть. Вместе со всеми аборигенами. Наши археологи говорят, на Земле такими в средние века пользовались.

– У вас там компьютеры с какой разрядностью процессоров? – Продолжал допытываться мальчик.

– Разрядность процессоров – это нафталин.

Мишель некоторое время хлопал глазами.

– То есть – как?

– Ты мне дикаря напоминаешь, – ответила ему дочка Сенатора и, чтобы он не очень обиделся, поспешила добавить, – которые представляли себе развитие цивилизации в том, что в далёком-далёком будущем по морям будут плавать громадные байдарки с вёслами километровой длины. На большее у них интеллекта не хватало. Думаешь, тараканы не мечтают о прогрессе?