Похититель бессмертия
Шрифт:
– Ты проделал такой долгий путь сюда и не знаешь, чем закончился эксперимент с Философским Камнем?
– Что, булыжник оказался не таким уж мудрым? – попытался сострить я.
– В ходе этого эксперимента были созданы Посланники.
21. Сорок замков
Посланники бессмертны. Их можно убить, но сами они не стареют и не умирают.
Посланники гуманоидны. Характерная одежда и движения подчеркивают их отличие от нас. И все же их можно принять за людей, только маленького роста и неопределенного пола.
В истории человечества Посланники появились
– Тысячу лет назад сверхсветовые двигатели еще не изобрели, – сообразил я, размышляя вслух. Огнеглазка молча смотрела на меня. – Путешествие между звездными системами занимало больше времени, чем длится человеческая жизнь. Сократить расстояния наши предки не могли, вот и пытались увеличить продолжительность жизни.
Посланники были лучше приспособлены к межзвездным перелетам, и все их отличия от людей были связаны с этим. Более долгая жизнь, например. Или компактные тела, чтобы было удобнее в тесных космических кораблях. Даже двойная система кровообращения – в этом я сам убедился на примере Индиго. Он пробыл в безвоздушном пространстве гораздо дольше меня, а вернувшись в среду с нормальной температурой и давлением, пришел в себя намного быстрее.
А я-то считал их пришельцами с далекой-далекой планеты. Или карой грозного бога, как учила вера Избранных.
– Они тоже люди, – прошептал я.
Не знаю, правда, что за люди способны на зверства, которые творили Посланники на Кийстроме. Я был там в день его захвата, видел все собственными глазами. Но если они люди, которых модифицировали для жизни в космосе, то у них должна быть человеческая ДНК.
– Люди уже миллионы лет занимаются генной инженерией растений, – заметила Огнеглазка. – Мы довели кукурузу до совершенства, но одно дело – зерно, а другое – люди. В любом магазине можно купить флакон жидкости с человеческими клетками, чтобы заживлять раны, но биопластырь – все-таки не настоящая человеческая кожа. Посланники – монстры, и не важно, из чего они там сделаны. Зачем они ищут данные? Чтобы создать других таких же. Как будто нам этих мало…
– Создать новых? А разве они не способны… – Я замялся.
Огнеглазка вызывающе глянула на меня – мол, давай, договаривай.
Не то чтобы я собирался молчать.
– Разве они не могут делать новых Посланников, ммм… естественным путем?
– Не знаю, – отчеканила Огнеглазка, – не спрашивала.
– Ну, кто бы сомневался.
– По данным разведки – не могут, и, похоже, размножаются только клонированием. Но, по тем же данным, легко клонируют сами себя, поэтому и неясно, зачем им понадобились результаты экспериментов с Философским Камнем. – Лейтенант резко выдохнула. Слишком резко. – Но я знаю Посланников слишком хорошо. Не важно, зачем им понадобились данные по Философскому Камню, для людей это точно обернется бедой. Поэтому я намерена найти Камень первой.
– Найдем, – заверил я ее, уже начиная думать, как спрятать его на себе так, чтобы ни лейтенант, ни ее подкрепление не нашли.
– Как вам вообще удалось обнаружить корабль, если вы даже не знали, что здесь находится? – спросила она.
– Мне очень подфартило, – ответил я, снова пристроив планшет на ладони. Смахнул картинку с
тревожным лицом Мары Чжу и открыл текстовый файл – притвориться, что читаю. – А может, и наоборот, как посмотреть. Я принял сигнал бедствия – ну, ты понимаешь, о чем я?– Этот сигнал было очень сложно поймать. Почти невозможно, если специально не искать что-то именно здесь, в этом районе.
– Ну Посланники-то поймали, – возразил я.
– Они сотни лет разыскивали этот корабль. В целом представляли, где он может быть, вот и прочесывали космос, – пояснила лейтенант. – А ты почему прилетел именно сюда?
– По наитию, как обычно, – ответил я.
– А Кийстром они захватили десять лет назад, да?
Когда до меня дошел смысл вопроса, я аж задохнулся от возмущения.
– Да ты что, думаешь, я их шпион?
– А кто тебя сюда послал? – спросила она, прожигая меня своим огненным взглядом.
Ответить честно значило обречь себя и Бенни на смерть. Не сейчас, так потом, когда сенатор узнает, что мы его сдали.
– Если, по-твоему, я посланнический шпион, зачем надо было спасать меня от Индиго?
Тяжелый удар в дверь положил конец нашей перепалке. Все сорок замков дрогнули, полезли из пазов, и при следующем ударе дверь поддалась.
Сорок замков лейтенанта Огнеглазки выдержали бы, может, и не один апокалипсис. Но сдержать свирепого Посланника не смогли. Дверь рухнула внутрь, и я увидел Индиго. Сияющего темно-синими огнями и с каменным выражением на почти человеческом лице.
22. А, чтоб тебя!
– Лезь за передатчик! – заорала Огнеглазка, бросаясь на Индиго с дубинкой. Он плавно скользнул ей навстречу и принял удар своим длинным клинком, глянув так, что и меня пробрало. Но лейтенант только отдернула дубинку, чтобы вновь замахнуться.
– Лезь за передатчик, твою мать! – рявкнула она снова. Индиго наступал, и она отскочила назад, уворачиваясь от его клинка. Я опустился на колени рядом с громоздким черным прибором, отодвинул его в сторону.
За ним скрывался очередной лаз в стене. Еще уже, чем предыдущий, еле-еле хватит протиснуться. И насквозь он не просматривался.
– Шон, лезь! – орала Огнеглазка, слепо шаря рукой позади себя, чтобы нащупать гранату. Нашла, швырнула в Индиго, тот поймал ее острием клинка. Снаряд разлетелся вдребезги, заклубился густой белый дым.
Индиго поглядел на него, потом опять на Огнеглазку. На его лице, обычно таком бесстрастном, появилось нехорошее выражение. Я вдруг решился: шмыгнул к ее упорядоченному арсеналу и на ощупь начал искать те самые дымовые шашки. Сгреб четыре и поскорее отскочил: не нравилось мне, как смотрит Посланник. Встал на колени, рассовал трофеи по карманам и кое-как вполз в лаз. Сзади громыхнуло.
Я полез вперед, обдирая ладони о шершавый пол, а стены будто давили с двух сторон. Выскочив наконец куда-то, я поспешно набрал в легкие воздуха, как после глубокого нырка, и, тяжело дыша, отполз как можно дальше от этой дыры. Обхватил себя руками, но толком даже и не почувствовал. Тупо сидел на полу, пытаясь отдышаться.
Выбрался! Выбрался, и пусть они даже погонятся за мной – главное, я не застрял в этом тоннеле, узком, как гроб. Еще немного отдышавшись, стал медленно подниматься. Не важно, кто оттуда вылезет, Огнеглазка или Индиго, – надо быть настороже.