Погоня за судьбой
Шрифт:
Желание размазать Веру по стене улетучилось окончательно, уступая место какой-то жалости и одновременно чувству ответственности. Странная башка была беззащитна, и к тому же мы были сообщницами в этом дерзком побеге.
В этот момент я вдруг почуяла на себе взгляд сразу со всех сторон. Смотрели не глаза, но нечто совсем другое. Проникающий, пропиливающий насквозь внутренний взор бессчётных невидящих, немигающих бельм. Изменилась картина и на внутренней стороне век. Дюжина угольно-смоляных пульсирующих чернильных пятен всё увереннее сплетались вьющимися стеблями дыма, смыкаясь
— Вера, ты со мной? — позвала я, но никто не откликнулся – голова безмолвствовала.
Помещение пришло в движение. Сместился вбок и исчез из прорванной мною дыры пустой багряно-красный коридор, вновь потащились тени мимо отверстия, и в этот момент я со всей ясностью осознала – это ловушка, в которую я сама опрометчиво угодила, и она только что захлопнулась.
«Наконец-то ты пришла», — прошелестел чуждый голос в недрах подсознания.
«Мы звали тебя…» — вторил ему воздушный шёпот.
«Мы так хотели с тобой встретиться…» — сообщило безмолвно ещё одно невесомое существо.
Почерневшие тени шептались в лабиринте разума, утопив в тишине все остальные звуки. Стены растворялись, замкнувшееся кольцо чернильных пятен входило в единый ритм. Дюжина сердец, поначалу нестройных, бились теперь в унисон.
Я порывалась бежать прочь, мне казалось, что я уже бегу, петляя по бесконечным коридорам, но тело оставило мне лишь спазматический ступор, и единственное, что я сейчас ощущала – это ноша в руках, которую я изо всех сил прижимала к груди.
«Мы очень долго были разделены…»
— Что происходит? — одними губами прошептала я.
«Но теперь ожидание позади, и отныне мы будем вместе…»
Грянул гром, и стало светло – а я рефлекторно зажмурилась. Окатила мир светом белоснежная полусфера в центре зала, выхватывая, вычерчивая зловещие контейнеры, недвижимо висящие в полуметре от пола. Словно мёртвые осенние листья под ногами, зашелестели механические приводы, и чёрные цветы капсул неспешно раскрылись – все сразу, человеческой клумбой навстречу безжизненному кремниевому солнцу.
Люди. Все как один лишённые ног, с единственной рукой, намертво прикованные к подложке из чёрного шёлка стальными скобами, искалеченные девушки разом повернули ко мне головы, обрамлённые в бесцветные волосы. Внутренним зрением я лишь чувствовала лица, но не видела их. Они застыли спектром эмоций – от удивлённой заинтересованности до голодного вожделения. Немигающие глаза – у тех, у кого они были – ждали моего встречного взгляда.
«Мать…»
«Мы все здесь…»
«Наша матерь…»
«Неужели ты нас не узнаёшь?»
«Мы слышим твоё отчуждение».
В помещении стояла гробовая тишина – лишь неощутимый свистящий шёпот, скачущие перед взором белые мухи и уколы тысяч ледяных игл, впивавшихся изнутри прямо в лоб.
«Мы ждали тебя целую вечность…»
«Воссоединись с нами…»
«Мы были созданы для этого момента…»
— Кто вы такие?! Зачем вы это делаете?!
Затрещал громкоговоритель, и София странно и торжествующе произнесла:
— Это твои сёстры, Лиза. Все двенадцать…
— Что ещё за
сёстры? — пробормотала я с дрожью в голосе.— Те, что решили именовать тебя матерью.
Дюжина моих отражений продолжали исступлённо призывать и увещевать, словно не было для них ничего важнее.
— Они созданы по твоему образу и подобию, — продолжала София. — Впрочем, каждый мозг уникален. Даже реплицированный до атома, спустя секунду он будет отличаться от оригинала. Но все твои сёстры достаточно разные, поскольку выполняют разные задачи. Ретрансляторы, усилители, подавители… Это целая схема, выстроенная на генетике. И ключевой элемент схемы – это ты.
«Наша…»
«Теперь ты наша…»
— Я говорила о том, что всё будет так, как должно быть, и ты лишь сильнее устанешь, — со звонким напряжением в голосе сообщила София. — Тебе нужно только открыть глаза – как ты неоднократно делала это раньше. Просто смотри на ту, что напротив тебя, но не смотри на других, увиденное может тебе не понравиться… Просто открой глаза – и с остальным они справятся сами.
— Что будет, если я это сделаю? — проговорила я, борясь со сковывающим зябким холодом.
— Наш противник имеет биологическое происхождение с уклоном в псионику. Вы создадите управляющее поле и сможете взять под контроль любое существо в радиусе тысяч километров. Проще говоря, всё живое будет подчинено вашей воле – и это переломит ход сражения, которое вот-вот произойдёт на поверхности. По крайней мере, в теории…
Я не понимала, где правда, а где ложь, но то, что окутывало и замыкало меня внутри чёрной вибрирующей сферы, было нагляднее всего. Мне казалось, эти чудовищные копии вожделели моей жизненной энергии, ждали, когда я, обессилевшая, упаду, чтобы растащить душу на части и проглотить, не пережёвывая.
Внутри головы с нарастающей силой пульсировал чужеродный сгусток, с каждым толчком забирая мою жизнь. По засохшим на щеках дорожкам крови ползли всё новые ручейки.
— А если… Если я откажусь?
— Они опустошат тебя и сделают ваше общее дело сами, — словно ножом, отрезала она.
С новой волной тьмы силы мои улетучились, и я обнаружила себя сидящую на четвереньках, когда с глухим стуком на пол упала голова Веры. Бледная, словно фарфоровая, она лежала на боку с отсутствующим видом, а на лоб её падали густые алые капли. Перед мутнеющим взором суетливыми амёбами колыхались и тянулись ко мне чёрными щупальцами адские создания. Сфера тьмы сжималась, тело покрывалось горячей испариной, кости скручивало, а тело буквально размазывало по полу невиданной ломкой.
Я не знала, что делать… Выхода нет. Его не было изначально, но я просто не могу сдаться!
— Зачем ты упорствуешь? — раздражённо вопросила Софи. — За что борешься?!
— Мне не за что бороться, но я не пойду у вас на поводу! — выкрикнула я.
— К чему это детское упрямство?! Нам нужна твоя помощь, а тебе не обойтись без нашей! Задумайся о будущем и о своём месте в нём! Сожалеют ли воды реки о своих берегах, становясь океаном?!
Я не знала, что ответить – ответа не было. На поверхности разрывающегося сознания всплывали последние осознанные мысли: