Подвиг Мирославы
Шрифт:
– Мирослава, но это же не так!
– с сомнением произнес Эртон.
– Милая, ну зачем тебе он?
– Потому что я не могу иначе, - пропищала, с трудом сдерживая рыдание, - я не знаю, что сделали остальные, но Римэлл спас мне жизнь. Он никого не убивал! Прошу, ради меня.
– Но что ты будешь с ним делать в твоем мире?
– сквозь зубы спросил принц.
– Я не знаю, но что-нибудь обязательно придумаю. Умоляю, Эртон, неужели я не заслужила исполнения одного желания?
– Это желание опасно для тебя же!
– Ваше
– окликнул полный мужичок, держащий длинный свиток в руках.
– Пора начинать…
– Эртон, - я взяла его за руку. Он злился и переживал, это было видно невооруженным глазом. Хотелось прижаться к его широкой груди и успокоить. Да и самой успокоиться.
– Эртон. Я не могу отступить.
– Но что ты сделаешь?
– Я не знаю, - решительно заявила.
– Но, поверь, что-нибудь придумаю. Так что прошу, сделай, как я сказала. Пожалуйста.
Что-то пробурчав себе под нос (явно ругательное), он бросил на меня укоризненный взгляд:
– Стой здесь и ни шагу в сторону!
– Хорошо!
Я замерла, наблюдая, как принц медленно подходит к толстячку, как забирает из рук свиток и начинает произносить длинную речь. Но мне не слышно, слова перестали долетать и осмысливаться. Меня качнуло, рядом тут же оказался мужчина, что сопровождал до этой площади. Опираясь на его руку, я посмотрела на Римэлла. Тот переводил взгляд с меня на принца, будто услышанное его поразило до глубины души. А скорее всего так и есть. Толпа что-то бурно обсуждала. На лицах читалось одобрение. Неужели получилось?
– Что… что говорит Эртон?
– спросила я мужчину.
– Говорит, что Римэлла ждет страшное наказание, ужаснее смерти, - он тяжело вздохнул.
– Хороший был малый, зря пошел по стопам отца… Не знаю, что за наказание его ждет. Не позавидуешь.
Я улыбалась, смотрела на принца и не верила, что все удалось. Тот обернулся, незаметно махнул мне головой и стал снова о чем-то громко вещать.
Фуф, все хорошо! Господи, спасибо! Спасибо, Эртон!
– Уважаемый, - обратилась я к стоящему рядом.
– Сарт, - подсказал он.
– Сарт, отвезите меня обратно во дворец, пожалуйста.
– Конечно, госпожа.
Повернувшись к ступеням, я сделала шаг, а потом в ушах сильно зазвенело, в глазах начало темнеть. Видимо, я впервые потеряла сознание на ровном месте. И с чего бы?
Если так дальше пойдет, то эта белоснежная комната станет мне родной.
– Госпожа Мирослава, как вы себя чувствуете?
– раздалось рядом.
Я повернула голову. Доктор.
– Лучше, - улыбнулась ему.
– Вам не стоило посещать такое страшное мероприятие, вы еще очень слабы, - недовольно отозвался мужчина, наливая мне в стакан жидкость подозрительного коричневого цвета.
– Выпейте это.
– Что это такое?
– с сомнением спросила я, беря в руки стакан.
– Лекарство. Оно
поможет вам быстрее восстановиться. Пейте, пейте. Слышал, что вам необходимо сегодня уехать… я дам вам это снадобье с собой. Принимать будете три дня.– Спасибо, - благодарно улыбнулась я, допив вкусное "зелье".
– Не за что. Я бы вам порекомендовал постельный режим, хотя бы на пару дней.
– Если будет такая возможность, - заверила я, вставая с кровати.
– Хорошо. Я провожу вас. Сейчас все обедают, вам тоже не мешает покушать, но сделаете это в своей комнате, я распоряжусь.
– Конечно!
– обрадовалась я. Обедать со всеми не было никакого желания. Еще не известно, как мою выходку восприняли остальные.
До комнаты я шла, чуть ли не прыгая от счастья. Все, теперь меня больше ничто не мучает. На душе почти спокойно. Для полного счастья не хватает только одного, но и это будет… Он ушел, но обещал вернуться. Мой карлсончик…
Пообедав, я стала собирать вещи. Впрочем, заняло это минут пятнадцать. У меня началась трясучка, как обычно это бывало перед дорогой. Когда в комнату постучался Эртон, я нарезала круги вокруг кровати.
– Вижу, уже готова, - улыбнулся он.
– Да, - серьезно ответила я, подойдя поближе.
– Эртон, спасибо тебе за Римэлла.
Он помрачнел.
– Мирослава, знай, если он что-нибудь сделает тебе, умирать будет долго и мучительно.
– Он ничего не сделает, - уверила я, взяв Эртона за руку.
– Знаешь, со вчерашнего дня меня мучило чувство незаконченности, я тебе об этом говорила. Теперь все, здесь меня больше ничего не держит, теперь спокойно могу вернуться домой.
– Совсем ничего?
– тихо спросил он, поморщившись.
– Нет, не так… Знаешь, я не готова расстаться с тобой и твоим миром навсегда. Возможно, Эртон, после всего, что ты натворил, я должна быть обижена и послать тебя далеко и надолго. Но я не могу, понимаешь? Уверена, многие подумают, что у меня нет чувства собственного достоинства. Это не так. Просто произошедшее принесло слишком дорогие плоды. Я приобрела больше, чем потеряла. Я любила тебя, Эртон, этого не изменить.
– Как и не изменить того, что теперь твое сердце занято другим, - серьезно ответил он.
– Да, - выдохнула я, - но тебя я все еще люблю, только любовь эта теперь другая.
– Я и ее недостоин, - холодно ответил.
– Достоин, Эртон. Ведь я здесь из-за тебя. Для того, чтобы ты жил. И это прекрасно.
Он смотрел на меня так, как смотрит мужчина на любимую женщину, как совсем недавно смотрел на меня Тимофей. От этого взгляда было тепло и горько. Как же так?
– Эртон, все хорошо?
– растерялась я.
Он заморгал и отвернулся.
– Да, прости, задумался. Нам нужно идти, - проговорил он, направляясь к двери, - Римэлл ждет в гостиной.