Подарок бессмертия
Шрифт:
Город всегда шумит. Миллионы людей, машин, телевизоров… Все эти непрекращающиеся звуки городской жизни создают постоянный монотонный шум, от которого не спастись ни днем, ни ночью. Само понятие тишины в городе совсем не означает отсутствия звуков. Тишина в городе — это только отсутствие отдельно различимых, отвлекающих внимание звуков. Здесь тишина оставалась сама собой, такой, какой она должна быть, и настолько полной, что даже потрескивающие угольки костра старались ее не нарушать. Хлопнув и выбросив в воздух пару искорок, уголек пугался собственного шума и начинал смущенно оглядываться по сторонам красным глазом, а через некоторое время, убедившись, что никто не обратил внимания на нарушителя покоя, снова начинал засыпать, прикрывая глаза ресницами серого пепла. Время
— Андрей, я все равно не понимаю, зачем ты купил эту землю. Делать ты здесь никогда ничего не собираешься, а раз в год посидеть у костра можно где угодно.
— Не скажи, это моя земля.
Андрей приподнял голову повыше и посмотрел в темноту прежде, чем перевести взгляд обратно на Ю. Это для Ю нет разницы, где сидеть, здесь или на соседнем участке, а он сидит на своей земле. Андрей снова почувствовал приятную теплоту и пошаркал ботинком по земле, как бы погладив ее. Объяснить этого чувства, в чем разница, где именно стоит стул, он не сможет, нет смысла и пытаться. Ю все равно до конца эту разницу понять не может, а уж почувствовать и тем более. Андрей еще раз пошаркал ботинком.
— И потом, это я сейчас ничего не собираюсь делать. Земля, она никуда не денется, она вечная. Считай, это моя инвестиция в вечность, в будущее.
— Понимаю, но под инвестиции лучше покупать в городе, там земля постоянно дорожает. Здесь, наверное, тоже, но сколько ждать, чтобы на нее существенно поднялась цена.
— В городе? Можно, конечно. И что я купил бы в городе? Кроме всего, там пришлось бы заниматься строительством, продажей или сдачей в наем. В общем, заниматься всем этим рынком жилья, а мне этого не надо. Кстати насчет цены, ты не совсем прав, правильнее сказать, не всегда прав. Как ты думаешь, сколько такой участок стоил лет пятьдесят назад? А сейчас? А нам, как ты догадываешься, спешить некуда, так что это очень хорошая инвестиция. И делать ничего не надо. Во всяком случае, для меня это очень удобно.
Время медленно двигалось, пока они молча сидели, но пауза в разговоре не была тягостной, она была задумчивой. Это была тишина размышлений.
— Я любил свою работу раньше и сейчас не жалуюсь. Зарплата, сам знаешь, если бы не «HR», то мы с тобой таких денег никогда не увидели бы. Пока я ничего менять не собираюсь. И все–таки я подумал, это теперь я не то, что всю жизнь, а целую вечность буду работать на Роя с Хэнком. Ты понимаешь? Я не в негативном смысле это говорю, но все равно. Это наши клиенты имеют столько денег, что им хватит их навсегда, а мы?
— Хм. Я как–то об этом не задумывался. То есть думал, но не так. Спешить некуда, сам сказал. Хе–хе. Можно к примеру, взять отпуск, лет на тридцать, а?
Оба рассмеялись. Идея о возможности взять отпуск на тридцать лет веселила даже абсурдностью звучания самого сочетания слов. Они чокнулись горлышками бутылок и выпили за отпуск. Андрей сходил в домик и принес еще две бутылки пива.
— Хм, — опять хмыкнул Ю, — если серьезно, то я как–то не смотрел на вещи с этой стороны, но похоже, ты прав. Так или иначе, но мы завязаны на «HR». Я не думаю, что Хэнку с Роем будет сложно выплачивать нам пенсию, но получается, мы вечно будем на них работать. Или зависеть от них.
— И я о том же, но дело не только в «HR». Когда–нибудь можно поменять работу или вообще профессию. Времени хватит попробовать все, но мы вечно будем на кого–то работать, от чего–то зависеть. Знаешь, теперь меня это не очень устраивает.
— На этот счет у меня другой план. Лет на сто пятьдесят интересной работы в «HR» хватит, а за это время, вкладывая в разные акции, я надеюсь, у меня наберется приличный капитал.
— Это почему же сто пятьдесят лет? — удивился
Андрей такой конкретной цифре.— Не точно, конечно. Я прикинул, что удалось сделать за первые тридцать. Расширяться нам практически незачем, нет смысла. Плюс–минус несколько человек я не беру в расчет. Нашим составом уйдет лет тридцать довести всю технологию до идеала, потом лет по пятьдесят на проблему возвращения молодости и на борьбу с болезнями. С болезнями должно получиться даже быстрее. Первые две технологии и так дают эффективный метод борьбы со многими заболеваниями, останется так, мелочевка.
Андрей покачал головой и пожал плечами.
— Может быть, может быть. Получается, ты взял разгон на сто пятьдесят лет?
— Ага, где–то так. Решить эти проблемы в наших же интересах, а вот дальше мои интересы с «HR», наверное, тоже разойдутся. Да и неинтересно будет дальше. А ты решил скупать землю?
— Да, для меня этот вариант спокойнее и надежнее. Земли становиться все меньше и меньше, а нужно будет все больше и больше.
Они снова чокнулись и продолжили смотреть на догорающий костер.
41
Андрей взял папку в руки и, с удовлетворением поглаживая, пролистал документы, которые успел уже выучить наизусть. Дело сделано, и утром он получил долгожданные последние документы о покупке нового участка земли. Оформление заняло на три недели дольше, чем он рассчитывал, но удивляться здесь нечему. После заключения договора на покупку включается бюрократический механизм проволочек, и все эти агенты, адвокаты, бюрократы не шевелятся, теряют интерес. В этой сделке для них больше ничего нет, свои деньги они получили и все свое обещанное внимание и заботу быстро перебрасывают на следующего клиента, которого еще только предстоит уговорить поставить свою подпись в договоре о покупке. Теперь это не важно, никаких сюрпризов больше не будет, но до получения окончательных документов Андрей все–таки испытывал беспокойство. После соблюдения всех формальностей можно отметить приобретение и пригласить Ю в ресторан.
Подходящий участок земли подвернулся во время их поездки с Ю. Он располагался почти по соседству с местом, где они провели ночь. Андрей не смог удержаться и решил сразу его осмотреть, прицениться, не откладывая на следующие выходные. Невольно Ю оказался вовлечен в процесс покупки земли, поездок в агентство недвижимости, переговоров и заключения первоначального договора. Вместо обещанных спокойных выходных на природе и в тиши провинциального городишки Ю пришлось везде таскаться с Андреем.
Новый кусок земли по площади превышал купленный им ранее, но оказался очень холмистым и поэтому даже начальная цена показалась ниже, чем Андрей предполагал. Расценки в этом районе он знал хорошо, будут продавать землю, граничащую с его участком, или нет, неизвестно, и Андрей решил не упускать возможность заключить эту сделку прямо сейчас. Ему пришлось взять заем в банке, но никакого неудобства он в этом не видел. Он взял заем на тридцать пять лет, ежемесячные выплаты получились небольшими, и он легко сможет себе позволить новые покупки, если подвернется что–то еще.
Документы пришли в конце дня и Андрей задержался допоздна, долго и тщательно их проверяя. Никакой срочной проверки бумаг не требовалось, но это были приятные хлопоты. Собравшись домой и проходя мимо лаборатории Морриса, он заметил горящей там свет и решил зайти, поговорить. Отсутствие прогресса в его работе привлекло внимание Роя, и Андрею хотелось избежать лишнего давления, в особенности, если выяснится необоснованность его слишком оптимистичных ожиданий. Андрей видел, как много работает Моррис. Он даже как–то изменился, стал менее общительным, почти все время проводит в лаборатории и чуть ли здесь не ночует. После ряда успехов и удач Моррис мог остро переживать по поводу невозможности продолжать исследования в таком же победном темпе и испытывать разочарование. Несмотря на талант, он еще слишком молод, а таким натурам часто свойственны резкие эмоциональные перепады. В предыдущих разговорах Моррис уверял, что все нормально. Может, у него неприятности в личной жизни?