Подарок бессмертия
Шрифт:
Моррис кивнул, открыл бутылку и перелил ее содержимое в пивной фужер.
— Какой ты старый? Времени всего начало первого, а все молодые уже разбежались, — усмехнулся Моррис.
— Эй! Ты чего это так пессимистично. Ребята у тебя хорошие.
— Я не пессимистично. Так. Раньше, помню, до утра засиживались, а бывало, могли и сорваться куда–нибудь посреди ночи.
— Рано ты что–то загрустил. В твоем возрасте день рождения еще не повод для грусти.
Моррис улыбнулся. Он не грустил, а констатировал факт. Год за годом их вечеринки становились тише, спокойнее, расходились по домам раньше. Ничего необычного он в этом не видел, закономерный результат жизни. У всех появились свои заботы, менялись интересы, появлялись дети. Они все так же радовались, собираясь вместе, но найти время на это становилось все труднее. При встрече все с удовольствием делились новостями, спорили и обсуждали
— Моррис, а ты знаешь, что Джил возвращается?
— Ага, — он посмотрел на Харри и добавил. — Да, она мне звонила, поздравила с днем рождения.
— Вы с ней как, поддерживаете отношения? — неуверенно поинтересовался Харри.
Харри ни разу не разговаривал с Моррисом о его отношениях с Джил с момента ее отъезда в Лондон. Моррис взял пару орешков, повертел их в руках, потом бросил в рот.
— Да как сказать? Первое время мы регулярно переписывались по интернету, перезванивались, теперь от случая к случаю. Знаешь, как это обычно бывает. В общем, наверное, поддерживаем.
— Нда–а–а. Это, конечно, не мое дело, но я думал, у вас складывались серьезные отношения. Ты можешь не отвечать, это я так, старческое брюзжание, — быстро опомнился Харри от собственных мыслей произнесенных вслух.
— Все нормально, Харри. Я с тобой об этом тоже не говорил, все–таки вы родственники, — ответил Моррис, в его голосе уже не было грусти или задумчивости. — Я тоже так думал, но не сложилось, а потом она уехала. Джил, конечно, мне нравилась, но мы были просто друзьями. Собственно говоря, почему были?! Я надеюсь, мы и остаемся друзьями. Понятно, там у нее появились новые знакомые, дела, работа. Не тебе рассказывать о Джил.
Моррис вспомнил о разговоре с Джил, когда она, полная счастья и грандиозных планов, сообщила, что ее статьи привлекли внимание, и теперь она едет заканчивать учебу в Лондон. Она рассказывала ему о своих планах и том, как неожиданно все произошло. Он помнил те статьи, посвященные борьбе с изменением климата и препятствиями на пути развития возобновляемых источников энергии. Тема не оригинальная, но на сегодняшний день одна из наиболее важных и широко обсуждаемых во всем мире. Талантливо написанные статьи выделялись интересным анализом проблемных вопросов влияния существующих корпораций энергопроизводителей на экономическую и политическую атмосферу принятия решений. Она отказалась от своей обычной прямолинейной тенденции к обвинению корпоративной культуры в попытках препятствовать прогрессу или тайных планах давления на государственные структуры для сохранения монополии на рынке энергоресурсов. Вместо этого она привела массу интересных фактов и цифр, обзор ряда отчетов комиссий по этому вопросу из разных стран и их сравнительный анализ. Окончательные выводы предлагалось читателю сделать самому. Она тогда еще попросила Морриса проверить некоторые из ее вычислений, чтобы избежать глупых арифметических ошибок. В результате Джил получила приглашение не только закончить образование в более престижном университете, но и возможность поработать в одном из ведущих издательств под менторским руководством опытных журналистов.
Упускать такую возможность было нельзя, и Моррис сам ее поощрял, искренне радовался успеху Джил, хотя и огорчаясь ее отъезду. У них не успело сложиться никаких отношений, кроме дружеских, а поразмыслив, Моррис решил, что может, так оно и лучше. Он не верил в возможность долговременных отношений на расстоянии, а так оставалась надежда возобновить попытки ухаживания по ее возвращении без лишних сложностей.
— Харри, а ты не знаешь, она приезжает надолго? Когда она звонила, я так и не понял. Мы только быстро перекинулись парой слов, мне показалось, она не очень хотела распространяться на эту тему.
— Нет, не знаю. Мне она вообще давно не звонила. Собственно, это и понятно, — Харри с грустью вздохнул, у него не было собственных детей и он относился к Джил, скорее как к дочери, чем племяннице. — Я разговаривал с Франком, он тоже не знает. Ну, вы же родителей в свои планы не посвящаете. Он только сказал, наверное, на совсем. Похоже, что–то у нее там случилось, но толком он тоже ничего
не знает.Харри посмотрел на часы и встал. Моррис понял, что он собирается уходить, и попробовал уговорить его остаться.
— Может, кофе? Взбодришься. До тебя тоже почти час ехать. А то и вовсе оставайся ночевать у меня, — предложил Моррис.
Харри снова посмотрел на часы.
— Не–е–ет, я привык спать в своей кровати, меня там мой домик ждет. Поеду домой, а чашечка кофе не помешает.
Моррис пошел на кухню, он собирался принести кофе в комнату, но Харри пришел за ним. Собираясь заварить новый кофе, Моррис почти успел выплеснуть остатки старого из жезла в раковину, но Харри его остановил.
— Нормальный кофе, подогреем и все, чего возиться? Я такой кофеман, что мне все едино. Свежий, старый, разогретый, переваренный. Я дома вообще кофе не варю, из банки растворимого сыпанул и готово.
Варить кофе Моррис не ленился и предпочитал его растворимому, но на этом его кофейное гурманство тоже заканчивалось. Он разлил подогретый кофе по чашкам и предложил молоко. От молока Харри отказался, но положил две маленькие ложки сахарного песка.
— Мне домой еще ехать, а ты на ночь зря пьешь.
— А на меня он не действует, — махнул рукой Моррис. — Если я спать хочу, то и после кофе спокойно засыпаю.
— Как на работе? Скучать еще не начал? Тоже давно уже ничего не рассказывал, — спросил Харри, положив ложку на блюдечко.
— На работе все так же, ничего нового. В том смысле, что занимаюсь наукой, очень доволен и пожаловаться не на что. Сам понимаешь, идеальных мест не бывает, есть и у нас всякие мелочи, но это не важно. Все жутко интересно, очень доволен.
Харри допил кофе и окончательно собрался домой. День рождения подошел к концу, и Моррис стал на год старше.
32
Когда Моррис рассказывал Харри о своей работе, он нисколько не преувеличивал своих успехов и удовлетворения от творческого процесса. Он нашел у вирусов способность приспосабливаться к внешним условиям путем направленных мутаций и это привело к немедленному пересмотру приоритета его работы. Изучение возможности применения этих механизмов получило одобрение Роя и стало одним из новых полномасштабных научных проектов, направленных на дальнейшее усовершенствование вируса бессмертия. Задачи Морриса становились интереснее и грандиознее. Моррису удалось разработать теорию механизмов адаптации вирусов, основанных на методе циклических вероятностно–направленных мутаций ДНК, при ее репликации инфицированной клеткой. Теперь он работал над дальнейшим развитием своей теории и методом управления этим процессом для уже практического применения в УКИ375.
Рой гораздо больше уделял внимания его исследованиям, а Моррис получил широкий доступ не только к базе знаний «НК.», но и свободу в выработке планов и тактики всего исследования. В определенном смысле он получил карт–бланш по разработке технологии создания самонастраивающихся вирусов на базе своей теории, точнее, той части, которая могла быть использована Роем. Разумеется, подобная задача выходила за рамки возможностей одного человека, и Рой предоставил ему дополнительные ресурсы. Теперь Моррису не было необходимости все делать самому, появилась возможность выбирать, фокусироваться на наиболее важных и интересных частях задачи. Андрей по–прежнему формально оставался его ментором и куратором, но в принципе просто осуществлял координацию и постановку задач сотрудникам других отделов. Особого неудобства это обстоятельство не доставляло, но все–таки немного раздражало Морриса своей неэффективностью, особенно когда неожиданно требовалась небольшая помощь. Ему было проще и быстрее сделать все самому, чем ждать, пока провернется все колесо через Андрея.
Почти сразу Моррис обратил внимание на логику распределения заданий. К примеру, для изучения и подборе управляющих сегментов в структуре ДНК не всегда требовалось пользоваться обязательно УКН375 в качестве экспериментального материала. В зависимости от функционального назначения сегмента очень часто можно использовать обычные вирусы, и тогда подобные опыты поручались кому–либо из сотрудников старого корпуса. Конечно, проверку результатов и окончательные квалификационные эксперименты Моррис все равно проводил сам с УКН375. Как–то в разговоре с Андреем он коснулся этой темы, и Андрей подтвердил правильность его наблюдений. Из сотрудников старого корпуса только он и Андрей знают о УКН375. Помощь, требующая непосредственной работы с этим вирусом или знаний о его истинных возможностях, могла быть получена только от сотрудников главного корпуса. Моррис стал чаще появляться в главном корпусе, познакомился с новыми людьми и получил доступ в ряд лабораторий.