Подари мне себя до боли
Шрифт:
Скользкая, тугая, горячая. Драть тебя до потери сознания!
Прогнулась, обхватила голову Макса, запустила пальчики в его волосы, тащит к губам. А губы сладкие от мороженого, со сливочным вкусом. Кайф!
Макс входил до упора, резко, с оттяжкой, так, что гелик под ними качался. «Уф, щас кончу!»
Но нет. Ещё не время.
Вышел. Девчонка недовольно всхлипнула. Глазками хлоп-хлоп. Подожди, малая.
Перевернул задом, поставил на колени, грудь в сидение. Оттянул стринги сильнее в сторону, юркнул пальцем в киску. Течёт люто! Попой крутит, манит, ноги шире разводит. Сама
«Сейчас выебу жестко, беспощадно!»
А сам вошёл плавно, перекатываясь в ее скользкой нежности, растягивая плоть, заполняя ее собой полностью. В узкую такую, горячую, мокрую. Чуть челюсть не вывихнул, сжимая зубы.
Ах, какая девочка ему досталась! Ходячий секс, первоклассное порно! Что она вытворяет! Макс, сквозь поволоку, смотрел как его член входит в сочный Сонин персик, как она похотливо крутит бёдрами перед ним, как поглядывает на него из-за плеча и его тащило в разные стороны.
— Ты ураган, детка! — Макс звонко опустил ладонь на ее ягодицу. Соня охнула и сильнее сжала его киской.
— Да, сладкая. Охай, ахай, кричи, пусть все слышат, какая ты у меня горячая!
Ещё шлепок. Толчок. Шлепок. Соня так сильно сжала его, что его чуть не порвало от удовольствия. А она, знай, насаживается сама. Что за огонь! Он же даже не предполагал… нет, догадывался, конечно, что девочка темпераментная, но и подумать не мог, что там такой ураган в ней спрятался!
Схватил пятерней за скулы, второй — за грудь, смял, поднял на себя, повернул к своему лицу, впился в сладкие губы. «Все! Пиздец. Не могу больше!»
И вырычал громко в неё свой экстаз. Девчонка в то же мгновение дёрнулась, разряжаясь, затряслась всхлипывая.
Вот так. Макс не хотел выходить. По капле выжимал себя в неё, ловя членом ее спазмы.
Все такое в ней… родное…
«Не хочу отпускать. Не хочу!»
Но к Максу стерва ехать опять отказалась. Уважительная причина, говорит. У мамы завтра день рождения. Гости-родственники придут. Так сказала, как будто эта причина более уважительная, чем его желание оттянуться по полной в воскресенье.
Ладно. Опять он уступает. Сейчас. Потом он это скорректирует. Его желания на первом месте должны быть. Остальное — после.
— Моронский, мама не обрадуется новому квартиранту. Может, ты заберёшь Михаила к себе. Пусть у тебя живет?
— Мне проще вам с Михаилом хату купить!
Повернула голову. Прищурилась янтарями:
— И превратить наш, сам знаешь какой, секс в банальную историю содержанки?
«Нет, это точняк развод! Такого просто не бывает. Где-то у неё жучок с микрофоном. И какой-нибудь лысый Листерман последнего поколения сидит и надиктовывает ей ответы! Или она мастер-классы какие посещала? Цель-то, цель какая? Неужели окольцевать его? Так не она первая. Да и не она последняя. Если ему когда-нибудь в какой-нибудь из следующих жизней приспичит жениться, Орлову он точно в курс дела вводить не станет.
— Ну, тогда не ной и забирай медведя.
— Тогда проводи меня с ним до двери!
Макс докурил. Выстрелил окурком в окно. Ещё раз посмотрел на сидящую рядом Соню. Может, передумает в последний момент и поедет, все-таки, к нему? Хрен с ним, пусть с медведем.
Нет? Ну ладно.
Он тоже найдёт, чем заняться в воскресенье. Позвонит Моте — двоюродному брату
и Виталика свистнет и в покер. Чисто конкретно пацанами.Макс вышел из машины, достал из багажника плюшевый трофей. Подошёл к двери с Сониной стороны, открыл и галантно подал руку.
— Мадам!
— Мадемуазель!
Она соскочила с подножки и Макс не удержался-таки — зарядил по медовой булке ещё раз. Даже не пикнула. Вот, так и ко всему остальному потихоньку привыкнет.
В подъезде у двери ее квартиры оба застыли. Макс — с медведем в руках, как школьник. Она — как будто, только что познала первый поцелуй.
Если бы не была под завязку накачана его спермой…
— Пока… — сказала тихо.
Макс подошёл вплотную, быстро сунул руку под подол этого сводящего с ума платья, сжал ягодицу и скользнул губами по ее губам.
— Больше не надевай его!
Передал ей медведя из рук в руки и быстро пошёл вниз по лестнице…
Глава 35
Вот, наверное, все женщины такие! Сначала устанавливают себе норму сладкого. Потом сами страдают. От нехватки эндорфинов.
Тетя Галя пришла в гости и с порога заявила, что худеет. Поэтому, ограничится только одним кусочком тортика — даже не уговаривайте ее! А никто и не собирался ее уговаривать. И весь вечер тётушка напоминала себе и всем, что она на диете. В результате, съела три кусочка тортика.
Так и Соня. Сказала себе: встречи с Максом не чаще одного- максимум двух раз в неделю. И, по возможности, постараться избегать ночёвок у него дома, чтобы окончательно не сгинуть в сладкой трясине его объятий.
А теперь сама мучается. Места себе не находит. Кусок в горло не лезет.
Что не укрылось от голодного взгляда тети Гали.
— Ты тоже, что ли, худеешь? — поинтересовалась она, откусывая от куриной ножки, — Куда тебе? Одни кожа да кости. Иль влюбилась, а? — родственница поддела Соню локотком с домкрат, подмигнула и сама закатилась, будто сказала что-то очень смешное.
Мама стрельнула глазами в тетю Галю, потом покачала головой и перевела сочувственный взгляд на Соню.
— Извините, — Софья поднялась из-за стола и вышла из комнаты. Пошла на кухню, где было душно из-за пыхтящей пароварки с мантами.
Сколько раз она говорила маме, что уже давно никто не устраивает такие дни рождения с посиделками родственников за столом. Блин. Лучше не праздновать его вовсе, чем так.
Это даже хуже работы в офисе.
А она могла бы сейчас быть с НИМ… а не вот это вот всё. Соне, однако, стало стыдно, что она готова была променять мамин день рождения на сладкого мерзавца, коварным змеем пробравшегося в душу. Но что тут поделаешь? Зависимость, какой бы она ни была, всегда бьет в первую очередь по семейным отношениям.
— Сонь, ну ты чего? — мама подошла сзади.
— Мам, давай твой следующий день рождения отпразднуем вдвоём в каком-нибудь тихом классном ресторанчике. Поболтаем по душам, посмеёмся. Нам же есть о чем поговорить. Не надо всего этого больше… — она кивнула в стенку, за которой галдели гости.
Мама обняла Соню сзади, чмокнула в плечо.
— Обещаю, это последний раз!
Соня вздохнула. Надо было возвращаться в комнату, делать вид, что застолье с родственниками — самое лучшее мероприятие.