Под защитой плохого парня
Шрифт:
– Хорошо.
Хантер повел меня к коридору, и я заметила, что другие байкеры смотрят на нас. Они, казалось, переговаривались между собой, хотя резкий взгляд Хантера останавливал их.
– Кто был тот парень?
– прошептала я.
– Мой заместитель, - негромко ответил Хантер.
– Один из моих лучших людей и опытный снайпер. Это как-то связано с его светлыми глазами. Ублюдок спасал мою жизнь больше раз, чем я могу сосчитать...
Звуки щелчков и заряда пистолетов стихли, когда я последовала за ним за угол. Мгновение спустя он открыл старую, пыльную дверь и поманил меня внутрь быстрым
– Добро пожаловать в наш храм, - объяснил он.
Одна наружная лампочка освещала заброшенную отделанную деревом комнату. Она была похожа на нижнюю палубу пиратского корабля - темная, грязная, в примитивном стиле с большим книжным стеллажом, заполненным старыми книгами в твердых переплетах. В центре комнаты стоял большой, деревянный круглый стол, на котором была разложена огромная карта юго-западных штатов, а на ней мелкими пластиковыми флажками сделаны отметки.
На первый взгляд, я вернулась в свою юность - в ту роковую, последнюю совместную ночь. Я вспомнила, когда заходила в комнату, то она была заполнена байкерами из двух разных клубов, где Хантер был последней пешкой на столе.
Эта комната сильно отличалась от относительного комфорта стрип-клуба. Она выглядела значительно старше, более основополагающей и именно для особо сложных переговоров и планирования будущего.
– Вот где происходит волшебство, - объяснил Хантер, когда притянул меня к столу. Он быстро взглянул на карту на столе. Теперь я могла увидеть, что она была прибита, вероятно для того, чтобы не скручивались края.
– Я вижу, - задумчиво пробормотала я, пока смотрела на карту вместе с ним. Пометки были сделаны разными цветами - каракули и узоры, предназначенные для указания возможных мест картеля, территориальных границ других группировок, и заметки о том, кто именно против кого, здесь, в пустыне...
– Там на крючке бронежилет...
– не глядя, указал он через мое плечо.
– Надень его.
Я сделала, как он велел, надевая тяжелый материал и застегивая его, пока изучала столешницу рядом с ним.
– Много мыслей приходят здесь, - спокойно заметила я. Этот стол представлял собой вид преступного мира, и любой хороший коп пускал бы слюни на него.
– Да...
– Хантер взглянул на меня и слегка кивнул.
– Это то, что нужно, чтобы сохранить мир. Даже если мы видим проникающие силы в наши перспективные территории, есть еще угроза открытой войны. Сохранение хрупкого баланса требует дипломатии, дальновидности и невероятной выдержки.
– Я удивлена, что ты провернул это, - поддразнила я, задаваясь вопросом, какое место занимает Хантер в этой преступной экосистеме.
– Расскажу в другой раз, - все еще изучая карту перед собой, небрежно ответил он.
Скрепя сердце, я подавила желание надуться. Мне необходимо было больше узнать о том, как он достиг всего этого... и что он сделал, чтобы удерживать баланс.
– Что более важно...
– сказал он, отрывая взгляд от карты и оценивая мое мастерство застегивания бронежилета.
– Мне нужно знать, готова ли ты к тому, с чем мы собираемся столкнуться?
– Не готова, - пожала я плечами.
– Ты не готова?
– Конечно нет, Хантер. Я знаю, почему ты преследуешь этих парней, но ты не рассказал мне о том, чего ожидать, когда мы туда доберемся.
– Мне не нравилось сомневаться в нем, но я поинтересовалась вслух: - Ты
Хантер скривился.
– Это справедливо.
– Итак, просвети меня, - подтолкнула я.
Он схватил ручку и поставил небольшую точку примерно в десяти милях от Эль Пасо, у самой границы с Мексикой.
– Это то место, как мы думаем, куда они забирают девушек, - быстро объяснил он.
– Как видишь, не так и много. Мой лазутчик говорит, что заметил пролом в заборе, отмеченный этим небольшим, заброшенным деревенским домиком.
– Что на счет пограничной службы США? Разве никто не заметил большую дыру в пограничном заборе?
– Забор тянется примерно на семь миль, и картель делает в нем дырки быстрее, чем пограничники успевают их латать... Трудно зафиксировать маршруты переправки похищенных, но если моя информация верна, именно там это произойдет сегодня...
– Когда?
– спросила я.
Он взглянул на старые часы на стене. Было без четверти час.
– Мы думаем, что они будут перевозить девушек часа в три ночи. Довольно рано. Меньше шансов привлечь внимание, особенно за пределами города...
– Итак, ты собираешься взять кучку усталых, протрезвевших байкеров и установить наблюдение за местом, пока они не появились? Что если вы будете в меньшинстве?
Хантер принял критику как должное.
– Это наш единственный шанс, Сара, - терпеливо настаивал он.
– Виборас Верде либо является небольшим картелем, либо у них не хватает ресурсов. Мы не заходим на территорию Боливийской армии.
– Ты думаешь, это будет небольшая операция?
– я скрестила руки на груди, глядя вниз на карту. Я не могла ничего разобрать в информации, которая была размещена передо мной.
– Наверно, с другой стороны забора будет пара машин и один фургон. Они будут налегке. Кто бы там ни был, они не ожидают никакой огневой мощи или сопротивления, но они будут готовы к небольшой разборке, если понадобится. Мы можем захватить их с меньшим количеством людей, чем у нас уже есть.
Я открыла рот, чтобы задать еще вопросы, но звон разбитого стекла в коридоре привлек наше внимание.
– Это сигнал, - сказал мне Хантер.
– Что, разбитая бутылка пива?
– Классический знак войны, разбитая бутылка, - прокомментировал Хантер, схватив свою куртку с крючка у двери.
– Это значит, что пришло время показать этим ублюдкам, что к чему.
Накинув куртку поверх бронежилета - мне в глаза снова бросилась его Президентская эмблема - он кинул на меня быстрый взгляд.
– Ты готова к этому?
Я уверенно кивнула. Если все пройдет хорошо, то мне, пожалуй, не придется возвращаться завтра в Тусон...
– А теперь, дорогая, мы выдвигаемся.
Глава 11
Я оставила машину и гребанное GPS отслеживание, установленное в ней, на парковке у ближайшего мотеля. Не было никаких причин давать лейтенанту дополнительных поводов засветить меня утром. Свежий лунный ветер развевал мои волосы. Готовясь к тому, что должно было произойти, я сильнее прижалась к широкому, успокаивающему торсу Хантера. Я сидела на его мотоцикле, пока мы ехали к неминуемой опасности.