Чтение онлайн

— Саша, у меня были причины. Я…

— Причины? — я резко повернулась к нему. — А написать об этом тебе что, мешал спутник связи? Или твоя “многогранность” не предусматривает способность сказать “я не могу говорить”?

— Эй, эй, — вмешался голос сбоку. Егор, отрываясь от телефона, усмехнулся. — У кого-то тут, кажется, назревает романтическая драма.

— Не твоё дело, — выпалила я.

— Оу, прости, — он пожал плечами. — Просто атмосфера такая… сериал «Ривердэйл», сезон шестой.

К нам подошёл координатор — высокий мужчина

с судейским свистком на шее.

— Команда номер пять, — громко скомандовал он. — Задача: пройти маршрут, собрать контрольные фишки и уложиться в полтора часа. Важно не только дойти, но и делать это слаженно. Кто будет капитаном?

— Леон, — хором выдали Даша и… Егор.

Я обернулась к последнему. Он даже не оторвался от телефона. Просто, будто между делом, пробросил имя — и всё.

— Ага, — протянул Леон. — Приятно, когда в тебя верят. Особенно те, кто даже не слушает.

— А ты выглядишь как тот, кто может специально потерять меня в лесу, — пробормотала я.

— Ты выглядишь как та, кого легко потерять, — парировал он с ленивой усмешкой. — Так что держись ближе, не провоцируй меня.

— У вас удивительно здоровая командная динамика, — хмыкнул Егор.

Маршрут начался. Сначала всё шло более-менее нормально. Но стоило нам пройти первые метров сто, я уже чувствовала: каждое его слово, каждый взгляд, каждое «Саша, держи темп» отдаётся внутри ударом. И не в сердце — а будто где-то между горлом и желудком. Неприятно. Тревожно. Волнующе.

Я знала, что мне нельзя выделяться. Что мне надо быть обычной. Блеклой. Незаметной. И всё же, как ни старалась, чувствовала себя в этой команде… будто на сцене под прожектором.

Но вместе с этим приходило странное тепло. То ли от шуточек Даши, то ли от редких комментариев Егора, который временами вдруг удивлял спокойной серьёзностью. А, может, от… Леона. Который, несмотря на всю свою дерзость, шёл рядом. Не отпуская. Не отступая.

На очередном контрольном пункте, под деревом, нас встретил судья.

— Молодцы, — кивнул он. — Остался последний участок. Подъём — крутой, но короткий. А потом… прыжок.

— Прыжок? — переспросила я, замерев.

— Финал маршрута — тарзанка. Прыжок в связке. Двоём. Кто храбрее — тот и идёт.

— В связке? — переспросила Даша, удивлённо. — То есть вдвоём на одной верёвке? А если… а если кто-то не захочет?

— Тогда можно обойти, — пожал плечами судья. — Но за это снимаются баллы. Выбирайте сами. Команда решает.

Мы переглянулись. Наступила долгая, напряжённая тишина.

И тогда он сказал:

— Саша со мной.

— Чего?! — я обернулась к нему, с глазами, полными ужаса. — Ты с ума сошёл? Я… я не прыгну!

— Сможешь, — спокойно произнёс он. — Я с тобой. Просто держись. Всё будет нормально.

— Леон… я серьёзно, я… — в горле пересохло. — Я не смогу.

Он подошёл ближе, наклонился к самому моему уху.

— Ты и не такое уже выдерживала, Саша. Ты сильная. Просто… доверься мне.

—

А может, не надо? — пролепетала я.

— Шансов всё равно нет, — ухмыльнулся он. — Зато прославимся. Или, ну, как ты говорила когда мы прыгали в тандеме … вместе умрём.

— Вы… уже прыгали вместе?! — Даша ошарашенно смотрела то на меня, то на него. — Когда это было?!

— Неделю назад, — небрежно бросил Леон.

— Вот это поворот, — протянул Егор, наконец убирая телефон в карман. — Тогда точно прыгайте. Опытные.

Через десять минут я стояла на деревянной платформе. Привязанная к нему. К Леону.

Меня трясло. Руки дрожали, ноги подкашивались. Я чувствовала его плечо рядом, его дыхание — горячее, спокойное. А моё — сбивалось, срывалось.

— Если тебя стошнит — не на меня, ладно? — прошептал он с кривой усмешкой.

— Умрёшь — первым! — прошипела я.

— Милая, мы уже привязаны друг к другу. Теперь у нас общая судьба.

— Только не думай, что я буду с тобой разговаривать после того, как ты просто исчез!

— Не хочу тебя расстраивать, но ты уже разговариваешь, — хмыкнул он.

Я зажмурилась.

— И… я не буду лукавить. Мне… было приятно знать, что ты переживала. Что ждала.

— Ты… — я сжала кулаки. — Наглый. Засранец.

— На счёт три, — сказал инструктор.

Я резко втянула воздух.

— Один.

— Нет, подождите, стойте! — я рванулась, но было поздно.

— Два…

— Леон, я правда… я…

— Три!

Мы прыгнули.

Мир исчез. Исчезли деревья, люди, платформа. Остался только воздух, ледяной, безжалостный. Ветер рвался в лицо, волосы. Я закричала.

А рядом — его смех. Лёгкий. Чистый. Свободный.

Я закрыла глаза.

И впервые за долгое время почувствовала, что живу.

Да, было страшно.

Но было и… прекрасно.

Мы летели.

Настоящая пустота под ногами, ветер в ушах, дыхание сбивалось в груди.

Леон держал меня крепко, его руки словно замкнули нас в каком-то отдельном пространстве — только он, я и это безумное падение.

Воздух хлестал по лицу, солнце прорывалось сквозь кроны деревьев, а сердце колотилось с такой силой, будто пыталось вырваться наружу.

И именно в этот момент — между криком и тишиной, между свободой и страхом — я почувствовала… что-то.

Новое. Невесомое, как пыльца на ветру.

Будто внутри меня щёлкнул выключатель, открыв доступ к тому, что я раньше знала только по страницам книг.

Когда герои спорят, дразнят друг друга, делают вид, что им всё равно…

А потом — бах.

И ты больше не можешь дышать рядом с ним как прежде.

Потому что воздух, кажется, теперь тоже связан с ним.

26

Мы приземлились.

Резкий рывок, натянувшийся канат и сердце, всё ещё где-то в горле. Тело дрожало от выброса адреналина, но в ушах уже не звенело — только дыхание. Моё и… его.