Чтение онлайн

— Я тебя ударю. Потом, после этого. Если выживу.

Он рассмеялся, обнял меня крепче и шепнул на ухо:

— Главное — не пискни во время прыжка. А то буду дразнить до конца учебного года. “Ааа, Леон, спаси меня!” — подражал он моему голосу.

— Я тебя ненавижу, — процедила я.

— Отлично. Запомни этот момент. Сейчас он станет самым запоминающимся в твоей жизни.

Инструктор проверил крепления, махнул рукой:

— На счёт три. Готовы?

— НЕТ! — взвизгнула я.

— ОДИН! — громко сказал Леон. — Два… и…

— Я УБЬЮ

ТЕБЯ, ЕСЛИ МЫ УМРЁМ! — заорала я, вцепившись в его руки, как в поручни жизни.

— ТРИ!!!

И мы прыгнули.

Всё исчезло.

Пол. Воздух. Голос.

Был только ветер. И падение. Безумное, дикое, абсолютно нереальное.

Я заорала. Громко, отчаянно, не разбирая слов. Просто вопль.

Леон тоже что-то кричал — но его голос звучал слишком близко, слишком спокойно. Почти смеясь.

— А-А-АААААААА!!!

— Тебе идёт паника, Шурочка! — выкрикнул он над ухом. — Такая милая вибрация у голоса!

— УРОД! — заорала я. — ЭТО! САМЫЙ! ХУДШИЙ! ДЕНЬ! В МОЕЙ! ЖИЗНИ!!

А потом… натяжение троса.

Рывок. Мы дернулись вверх, как будто кто-то потянул за ниточку, и нас качнуло, закружило, будто мы стали игрушкой на резинке. Я вцепилась в его руки, закрыв глаза, пытаясь не расплакаться.

— Ты плачешь? — прошептал он вдруг, всё ещё за моей спиной.

— Нет! Просто… ветер! В глаза!

— Ага, и в нос, и в губы. Ты дышишь, как хомяк.

Я не выдержала.

— Леон, если ты сейчас ещё раз пошутишь, я тебе локтем в ухо заеду! Прямо в полёте!

— А ты у нас боевитая, оказывается! — рассмеялся он, притягивая меня ближе. — Гляди, уже почти не страшно, а?

Я открыла глаза.

Под нами был весь мир. Лес, трасса, станция, люди внизу — маленькие и почти неразличимые. Ветер трепал волосы, одежду, но внутри что-то вдруг сменилось. Паника уступила… восторгу.

— Ну как? — спросил Леон.

Я глубоко вдохнула.

— Как будто я… как будто я проснулась.

— Ха. Вот и отлично. Значит, не зря прыгнули.

Когда нас опустили вниз, я стояла на подгибающихся ногах. Инструктор отвязывал ремни, а Леон уже вовсю ухмылялся.

— Ну, чего молчишь? Неужели… понравилось?

Я взглянула на него, всё ещё дрожа от адреналина.

— Я всё равно тебе врежу, — сказала я. — Но… может быть… чуть-чуть… было круто.

Он улыбнулся шире.

— Знал, что тебе понравится. Следующий раз — парашют.

— Даже не мечтай.

Но я тоже улыбалась.

19

— Если ты ещё раз выкинешь что-то подобное, считай, наш договор аннулирован. Я больше не буду выполнять твои поручения, — бросила я, сжимая кулаки на коленях, пока такси медленно поднималось по узкой аллее к воротам школы.

Я едва дышала. Сердце всё ещё колотилось после того, что он устроил. До сих пор не верилось, что я вообще села в машину обратно.

Леон даже не обернулся. Только усмехнулся, глядя в окно:

— А у нас, оказывается, был договор?

— Будет, — процедила я. — Завтра же

составлю. В двух экземплярах. С подписью, сроками, пунктами и последствиями за нарушение.

Он наконец повернулся ко мне, чуть приподняв бровь, будто ему стало вдруг действительно интересно.

— Последствиями?

— Именно, — я выдержала его взгляд. Хотя внутри всё сжималось. — Без бумажек ты слишком вольготно себя ведёшь. Сегодняшняя выходка — последняя капля. Больше — ни одного твоего поручения. Ни слова. Пока не будет чёткого соглашения.

Мне хотелось закричать. Вырваться из этой машины, из этой ситуации, из этого нелепого абсурдного мира, где я — вдруг “обязанная” выполнять приказы парня, который то прикрывает меня, то подставляет.

— Какая ты, оказывается, принципиальная, — лениво протянул он. — Даже немного мило.

Я закатила глаза, но внутри всё горело.

«Нет, Леон. Ты больше не будешь играть по своим правилам.»

Мы уже почти остановились. Ворота гимназии нависали, как каменная крепость. Меня передёрнуло от одного их вида.

— Зачем ты меня вообще с собой взял? — тихо, но зло бросила я, сдерживая дрожь в голосе. — Разве тебя не в первый раз выпустили из этой… крепости? Почему не поехал домой?

Он обернулся медленно, с тем самым взглядом — насмешливым, ленивым, будто ему всё равно, но внутри что-то явно работало.

— Потому что дома скучно, — пожал плечами. — А ты — не скучная.

Я хотела сказать что-то язвительное, что-то колкое. Но слова застряли. В горле пересохло.

— Это не ответ, — выдохнула я. — Я не игрушка, чтобы развлекать тебя, когда тебе лень ехать к родителям.

Он наклонился ближе. Слишком близко. От его парфюма закружилась голова — тёплый, дерзкий, резкий.

— Ты права, — прошептал он. — Но всё равно поехала.

— Потому что у меня не было выбора, — прошипела я. — Как и всегда, с тобой.

— Ну вот, — ухмыльнулся. — А ты говоришь — без договора.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы такси подвезло тебя до дома? — спросил Леон неожиданно мягко, почти по-джентльменски.

Я мельком взглянула на него — в голосе не было ни тени насмешки. И всё равно что-то внутри напряглось.

— Нет, спасибо, — ответила я ровно. — Время не позднее, дойду сама.

Он кивнул, будто это его полностью устраивало. Но стоило машине приблизиться к воротам гимназии, как его лицо мгновенно изменилось. Словно включился другой человек — резкий, сдержанный, напряжённый.

— Можете развернуться и уехать, — отрывисто бросил он таксисту.

— Куда уехать? У нас тариф до этого адреса, — проворчал водитель, останавливаясь.

— Я заплачу в десять раз больше, если ты отъедешь отсюда прямо сейчас, — Леон вытащил кошелёк, не отрывая взгляда от окна.

Я даже не сразу поняла, что происходит. Его тон, поведение, сжатые губы — он больше не был тем дерзким, расслабленным парнем, который до этого строил из себя недоступного принца. Он будто стал кем-то совсем другим.