Под куполом
Шрифт:
– О, наконец. Так почему бы тебе не поделиться с нами плодами твоих соображений, Питер?
– Я шеф полиции. Если речь идет о разгоне толпы на ферме Динсмора или командовании рейдом на нарколабораторию, где нелегальные вещества могут охранять вооруженные наркоманы… ну, я понимаю, где мне следует выполнять свои обязанности. Ну, скажем, так.
Большой Джим понял, что ему совсем не хочется обсуждать эту тему. Дискутировать с дураком контрпродуктивно. Рендольф понятия не имел, какие виды оружия могут храниться на радиостанции. По правде, и сам Большой Джим тоже (неизвестно, что Буши мог повписывать в их бланк-заказ), но он, по крайней
– Хорошо, Пит, - произнес он.
– Я был бы не я, если бы старался встать между тобой и твоими обязанностями. И ты теперь новый командующий операции, а Фред Дентон твой заместитель. Ты удовлетворен?
– Вполне и полностью, на все сто!
– выпятил грудь Рендольф. Став похожим на дородного петуха, готового вот-вот закукарекать. Большому Джиму, хотя с чувством юмора у него и было слабенько, пришлось прятать улыбку.
– Тогда отправляйся к участку и начинай собирать свой отряд. Городские грузовики, запомни.
– Правильно! Мы ударим в полдень!
– потряс кулаком Рендольф.
– Подбирайтесь через лес.
– И еще, Джим. Я вот о чем хотел с тобой поговорить. Вопрос немного сложноват. Тот лес позади радиостанции, он довольно захламленный… там может расти ядовитый плющ… а также и ядовитый дуб, или еще что ни будь по-ху…
– Там есть проселок, - перебил его Джим. Терпение у него заканчивалось.
– Я хочу, чтобы вы воспользовались им. Ударьте по ним с той стороны, откуда они не ожидают.
– Но…
«Пуля в голову может наделать намного больших хлопот, чем ядовитый плющ».
– Пит, приятно было с тобой поболтать. Увидеться также было приятно…
«И как же его определить, кто он есть на самом деле? Дебил? Идиот? Посмешище?»
– Это такое легкомыслие, - произнес Картер.
– Благодарю, Картер, ты высказал мою мысль. Пит, скажи Генри Моррисону, что теперь он отвечает за толпу на шоссе 119. И воспользуйся тем проселком.
– Я вот что себе думаю…
– Картер, открой ему двери.
5
– О, Боже мой, - произнесла Линда, резко поворачивая машину влево. Минивен прыгнул на бордюр за сотню ярдов от перекрестка Мэйн-стрит с Гайленд-авеню. Все три девочки на этот прыжок откликнулись смехом, но маленький Эйден, бедняга, лишь посмотрел испуганно и вновь обхватил руками голову терпеливой Одри.
– Что?
– вскрикнул Терси.
– Что?
Она остановилась на лужайке под деревом. Под большим дубом, но минивен тоже был немаленькой машиной, да и дуб уже сбросил почти всю свою увядшую листву.
– Там «Хаммер» Джима Ренни торчит посреди той чертовой развилки.
– Ты многовато ругаешься, - заметила Джуди.
– Два четвертака в бранную кружку.
Терси вытянул шею:
– Вы уверены?
– Вы думаете, в городе еще кто-то имеет такой монструозный экипаж?
– Иисус правый, - пробормотал Терси.
– Бранная кружка, - на этот раз в унисон прокричали Джуди и Дженни.
У Линды пересохло во рту, язык пристал к небу. С переднего пассажирского сидения там вылезал Тибодо, и если он сейчас посмотрит в эту сторону…
«Если он увидит нас, я его перееду», - подумала она. Эта мысль ее каким-то странным образом успокоила.
Тибодо
открыл задние двери «Хаммера». Оттуда вылез Питер Рендольф.– Тот мужчина ковыряется у себя в жопе, - сообщила всей компании Алиса Эпплтон.
– Моя мама говорит, это значит, что он собирается сходить в кино.
Терстон Маршалл взорвался хохотом, и Линда, которая честно считала, что в ней больше не осталось ни капли смеха, присоединилась к нему. Вскоре смеялись уже все, даже Эйден, который не очень-то себе представлял, что их так рассмешило. Как и Линда, между прочим.
Рендольф пешком отправился вниз по холму, все еще теребя себя за зад форменных штанов. Ничего особенно забавного в этом не было, но при этом это становилось еще более смешным.
Не желая отставать от остальных, залаяла Одри.
6
Где-то лаяла собака.
Большой Джим услышал, но не пожелал обернуться на этот звук. Созерцание того, как Питер Рендольф широкими шагами спускается по холму, подарило ему ощущение полноты жизни.
– Только посмотрите, как он выковыривает штаны у себя из сраки, - произнес Картер.
– Мой отец говорил, это значит, что человек собирается сходить в кино.
– Единственное место, куда он собирается сходить, это РНГХ, - заметил Большой Джим, - а если он настолько туп, что решит атаковать в лоб, это место будет последним, куда он сходит. Поехали к горсовету, посмотрим там по телевизору этот карнавал. Когда совсем надоест, я хочу, чтобы ты нашел того хиппи-доктора и сказал ему, что, если он попробует куда-то ушиться, мы его догоним и упечем в тюрьму.
– Да, сэр, - это было для него совсем легкая задача. Можно будет попробовать вновь наехать на экс-полицейскую Эверетт и на этот раз уже содрать с нее штаны.
Большой Джим нажал на газ, и большой «Хаммер» медленно поехал вниз по холму, сигналя тем людям, которые недостаточно быстро убирались с его пути.
Когда он заворачивал на подъездную аллею городского совета, минивен «Одиссей», уже проехав перекресток, взял курс прочь из города. На Верхней Гайленд-стрит пешеходов не было, и Линда резко увеличила скорость. Терси Маршалл начал напевать «Колеса на автобусе» [442] , а вскоре вместе с ним пели уже все дети.
442
«The Wheels on the Bus» - популярная в англоязычных странах детская дорожная песня.
Наконец и Линда, которая ощущала, как с каждой отмеченной спидометром десятой частью мили ее покидает очередной клочок страха, тоже начала подпевать.
7
День свиданий настал в Честер Милле, и большие ожидания наполняют люд, который нетерпеливо двигается по шоссе 119 к ферме Динсмора, где всего каких-то пять дней тому назад так неудачно закончилась устроенная Джо Макклечи демонстрация. Несмотря на воспоминания об этом, люди преисполнены надежды (если не чистым счастьем), несмотря на жару и смрад в воздухе. Горизонт вне Купола теперь виднеется, словно сквозь туман, а небо выше деревьев выглядит потемневшим, благодаря налипшим там твердым частичкам. Лучше всего смотреть прямо вверх, хотя и там неправильный цвет; голубизна набралась желтизны, будто небо, словно старческий глаз, затянуло пленкой катаракты.