Чтение онлайн

Ближе к ночи, когда турнир для старшего дивизиона уже близился к финалу, с нами связался Аксель, сказал, что отвел уставшую Миру домой, а возвращаться в Ревваан было уже неохота, отправится домой, отдохнуть и к ночи будет в Гильдии.

Сегодняшний день подарил нам второго двукратного чемпиона турнира Ревваана – Сальван Норфератц вновь поднял над головой трофейный щит чемпиона, выполненный из драгоценных металлов и инкрустированный дорогими драгоценными камнями. Для него, однако, это не стало второй победой подряд, первый трофей он поднимал над головой двенадцать лет назад. Кто-то позади шептался, что Норфератцы скоро соберут сотню трофеев отсюда.

Ален и Аю отправились домой, чтобы завтра рано утром вновь прибыть на арену, а мы с Шизо решили пройтись

по ночной столице. В лавке купили погрызть сухариков, наполнили фляги холодным соком и направились в восточную часть города, где был большой парк, намного больше того, что у арены, здесь было много больше самых разных деревьев и кустарника, дорожки такие же ухоженные, много лавочек, фонарные столбы не слепили, красота!

Пройдя парк напрямик, вышли к балюстраде и полуметровым стенам, чуть дальше был круглый балкон над пропастью. Какое-то время смотрели на разбивающиеся внизу волны и системы навесных проходов на ближайших обсидиановых скалах, думая каждый о своем, а насмотревшись, заняли лавку и достали сухарики. Рассказал ему про Ретанни и у него отвисла челюсть. Как же удачно все-таки меня выкрали! В ответ услышал из первых уст, что он чувствовал во время поединка с Виеррой, насколько академично, словно по учебнику действовал Оддмонд и как он услышал мой крик, когда на него ринулся Джакс.

Нагулявшись, полетели домой, где сразу завалились спать.

За день народу в особняке не прибавилось. Сходили к Мари, рассказать про турнир, потом вернулись в особняк, где прилетевший из Ревваана Ален жаловался, что Пейн вылетел в самом начале, однако и проиграл будущему чемпиону ветеранского дивизиона – ретивийскому рыцарю Корнелии, по слухам, имеющей доступ в священные земли. На следующий день заглянули домой к Шизо, где тот получил заслуженные поздравления от родных и сразу к капитану Торгену.

Мари не работала с нами уже четыре месяца, хотя мы звали ее на каждое задание, будь то мелочь или что-то крупное, за исключением, пожалуй, только самых пустяковых. За это время, единственный раз, когда она появлялась в нашей компании вне особняка – это происшествие с кастеллией. В этот раз у нее не было шансов отказаться, ведь, связавшись с ней, я произнес два ключевых слова: Ретивия и Вальдер.

В винном краю она пару раз бывала, но на сами виноградники гостей без повода не пускают, а тут есть вариант попробовать виноград, из которого делают самое дорогое вино континента. Поэтому к обеду, уже со своей сумкой, она стояла в вестибюле особняка, ожидая пока мы перекусим.

Аксель в особняке появляется не многим чаще нее: большую часть времени проводит в Гильдии, на обучении. Ален непонятно чем занимается на стажировке в Клейморе, Мира учится, а все остальные ищут способы себя занять.

Почти все лето мы фактически ничего не делали, перебивались мелкими поручениями. Приходили посмотреть на экзамен и выпускной в академии, гуляли по городам, бездельничали в особняке. Наконец, пришло время серьёзной работы, деньги лишними не будут, особенно сейчас, когда мы почти накопили на лечение Дарьи. Собрали больше двух третей необходимой суммы, и эта работенка грозила вывести нас на финишную прямую к цели.

Собрав сумки и экипировавшись посвободнее, ибо в Ретивии сейчас стоит жара и зной, мы прошли к порталу. Переместились в Сибильр, от него к мосту через пропасть между княжеством и Амен-Харатом. Она появилась здесь во второй эре – результат смертельного поединка двух Архимагов. Победа Данте над более опытным и могучим Тирсом положила конец войне и за руку подвела все страны к подписанию Конкордата Ревваана. Великое место.

Две башни встали с обеих сторон огромных ворот возвышались над нами на десятки метров, сразу за ними массивный деревянный мост. Стены форта были мрачные, отдавали сырым камнем, а солдаты хмурые и дружелюбными выглядеть даже не пытались. Показали офицеру свиток задания с печатью капитана стражи Ктангарза под нашими именами и, получив его разрешение,

двинулись по прочному мосту.

Первым делом, разумеется, подошли к пропасти и посмотрели вниз. На дворе было чуть за полдень и Звезда, освещающая мир, смотрела прямиком туда, вглубь, но не позволяя увидеть дно. Магическая мощь, что создала эту пропасть воистину ужасает. Говорят, если кинуть туда поджигающую бомбу, то, когда та упадет, отсюда огня не увидать.

Полукилометровый в длину и пятнадцатиметровый в ширину мост из толстых дубовых досок вел через эту расселину прямиком к порталу княжества. Пока шли, заметили, как преобразилась округа: наша мрачная и угрюмая часть осталась позади, и мы прошли в освещенный светом форт, где всё излучало счастье и радость. Я обернулся и увидел позади только сплошную серость. Словно из тьмы вышли на свет.

На входе показали офицеру свиток задания, получили разрешение и от него, после чего смело прошли в портал и переместились в Вальдер.

Я еще ни разу не был в винном краю, да и вообще в Ретивии впервые в жизни, так что мой восторг от лучезарного города был неописуем, мы как будто оказались в Браго, тут было даже теплее и уютнее, хоть жить оставайся! Нас встретила неширокая чистая и ровная улица с низкими, красиво и богато украшенными домиками с коричневыми черепичными крышами, узорчатыми ставнями и дверьми. Прошли по ухоженной брусчатой дороге и остановив первого попавшегося прохожего, спросили, как добраться до виноградника.

Виноградник, где расположена винодельня нашего заказчика находился на одном из нескольких относительно небольших акхов. Именно на этом акхе делают самое дорогое ретивийское вино, которое мы пробовали в особняке Акселя – Каберне-совиньон Ретивиан де Вальдеракха. Кроме дороговизны оно отличалось еще и исключительной палитрой ароматов, и волшебным вкусом. Все это, правда, различали только Мари и Аксель. Тем не менее, это был еще один повод разобраться с проблемой.

Не считая архитектуры и запахов, Вальдер был очень похож на самый южный город Амен-Харата, порт Браго. Как и там, здесь тепло, но не сухо, народ выглядит счастливым, а стражи не выглядят так, будто служба им в тягость. Город весьма оживленный, Вальдер, все-таки, славен не только вином – это театральный город, город искусства, уступающий разве что столице княжества. Здесь много художников, поэтов и писателей, артистов и музыкантов. Где-то через одну-две улицы даже сейчас играет музыка, еле слышная отсюда.

Несмотря на то, что оделся я вполне по сезону, свободно: рубаха без рукавов и мешковатые штаны из легкой материи, на ноги сандалии и вся экипировка в большой сумке, мне было жарко, я быстро начал потеть. Пока что было терпимо, главное уйти в тень, чтобы не припекало так сильно.

На выходе из города, после тщательного изучения свитка задания, стражник у ворот города указал на широкую протоптанную дорогу, обложенную камнями по бокам и уходящую круто вправо от ворот. Кивнув в благодарность, выдвинулись и, обойдя первый же холм, увидели место назначения: большой, обнесённый высоким каменным забором с декоративными башенками, дом, с возвышающейся на один этаж башенкой с остроконечной крышей и позолоченным флюгером на верхушке.

У самых ворот нас остановили наемные охранники.

– День добрый, – произнес один из них, когда подошел к нам. – По какому поводу в Лиуцце-де-Теулла?

Шизо начал доставать свиток задания, но внезапно на балкон дома выбежала небогато одетая женщина.

– Кинтт, пропусти их! – Крикнула она. – Они по нашему делу!

– Ох, прошу прощения, – извинился охранник. – Я полагал, что вас будет меньше. Пожалуйста, проходите.

Мы прошли во внутренний дворик и по ровно уложенной брусчатой дорожке дошли до невысокой статуи ретивийского рыцаря, где дорожка обогнула статую с двух сторон и подвела прямо к крыльцу дома. Остановились в десятке метров перед крыльцом и растерянно осмотрелись, та женщина ушла и нас никто не встречал. Со времен ан-Дате, на таких богатых хозяев мы не работали, так что для переговоров с богатеями, выставили вперед Акселя, он тут как рыба в воде.