Плата за власть
Шрифт:
Бывший командор осмотрел хозяйку. Она была молода, лет двадцати пяти, но тяжелый труд искажал ее лицо маской усталости. Ее глубокие голубые глаза затмевали темные круги, а кожа была бледной. Видимо, Хелен много работала с большим упорством.
– Ясно...
Дверь скрипнула, в помещение вошла маленький Мэл.
– Там на улице погода портится, - сняв ботинки и прыгнув на скамью, сказал мальчик.
Кайлан тревожно глянул в окно. Небо запеленало черными тучами. Вдали мелькнула гроза, а потом прозвучал гулкий раскат грома.
Хелен засуетилась, а затем быстро
Темнота стала проходить сквозь окна. Зажгли свечи. Иногда тишина прерывалась разговорами на разные темы, которые не затрагивали ничего важного.
– Сын, тебе пора спать.
– Но мне не хочется, мам, - капризно ответил тот.
– Давай, ложись, слушайся маму.
Мэл надул щеки, но при постороннем показывать характер не стал, а лишь покорно лег в кровать.
– Я пойду закрою ставни, - сказал Кайлан, чувствуя себя лишним.
Хелен кивнула и села на кровать, начав петь колыбельную. Паладин вышел во двор. Сильный ветер взъерошил волосы. Молния разрезала небо напополам, звук грома ударил в уши. Срывался дождь. С усилием закрыв окна, он зашел обратно в дом, стараясь как можно тише прикрыть двери.
Послышались слова колыбельной, которые пелись звонким голосом Хелен. Затем она резко оборвалась и мир одновременно с этим стал каким-то грустным и тусклым. Кайлан медленно вошел в комнату. Хозяйка дома вновь села за стол.
– Где его отец?
– открыто и с интересом спросил бывший командор.
В ответ она мрачно улыбнулась, а затем неожиданно для себя начала рассказ:
– Он... Умер. Год назад у меня отняли сына. Палачи... Вломились в дом, забрали его, моего маленького, младшенького. Я даже не успела дать имя моему мальчику, а тут его вырвали прямо из моих рук. Теперь он станет карателем и даже не узнает, кто его мать и отец. Никогда больше... Мой муж, Дерек, взял охотничий лук, топор, и ускакал за ними. Он пытался отбить его. И у него почти получилось. Убив двоих, он вернул сына и спрятался в лесу. Но его предали другие охотники, его братья по ремеслу и лучшие друзья... Дерека повесили при входе в деревню, а сына забрали. А меня публично высекли и подвесили на торговой площади.
Она делала недолгие паузы, на ее глазах застыли слезы. Пока к власти не пришла Церковь, в каратели брали только сирот, поэтому Кайлан не особо жаждал узнать своих родителей. Но теперь все изменилось и такие рейды были частым явлением.
"Чужое воспитание портит солдат, поэтому мы воспитываем вас с самого рождения и вплоть до вашей встречи с Лучезарным", - так когда-то объясняли Кайлану и другим в лагере командиры учебных отрядов.
– Извини, я не знал. Мне не стоило спрашивать, - потускнев, тихо ответил он.
– А знаешь, что? Пожалуй, это кольцо мне пока не нужно.
Перстень палача через несколько мгновений лежал на столе. Нависла недолгая пауза.
– Ты не похож на остальных. В тебе есть что-то совершенно другое, что отличает тебя от других, - откровенно сказала она.
Хелен ожидала
осуждения или порицания, но никак не была готова к такому повороту событий. Кайлан показал ей, что ему можно верить, и она верила. Наивно и глупо, но все же...– Может быть. Каждый особенный по-своему.
– Почему я думаю, что тебе можно доверять? Я... Я почему-то уверена в этом. От тебя веет какой-то внутренней добротой. Честностью.
Кайлан не ответил, а лишь посмотрел в глаза Хелен. Вспыхнула гроза, осветив сквозь щели комнату и лица сидящих в ней. Прогремело... Начался сильный ливень, который слился в единый поток воды и который барабанил по крыше и окнам.
– Ужасная ночь. Не завидую тем, кто сейчас в пути, - сменила тему Хелен, отведя взгляд.
– Да, согласен. Уже поздно, пора ложиться спать, - встав со стула и положив кольцо в карман, сказал Кайлан.
– Завтра я покину твой дом, можешь не беспокоится. Где мне можно прилечь?
На секунду задумавшись, она ответила:
– В другой части дома, через стену есть комната. Раньше мы здесь жили с родителями. Они здесь, а мы там. Теперь в той комнате стоит лишь старая кровать и дряблый стол. Я думаю большего не нужно.
– Вполне, - лаконично ответил Кайлан.
Дверь отворилась и ее тут же закрыло ветром. Держа в руках фонарь, Хелен проводила Кайлана к противоположной стороне дома. Моросящий дождь бил в лицо, стволы деревьев гнулись от ужасно порывистого ветра. Мелькнула гроза, прогремел гром.
– Да освятит твои сны Пелор, - напоследок сказала Хелен.
– Да прибудет с тобой свет.
Перейдя в другую часть дома и затворив за собой дверь, паладин осмотрел комнатушку.
"Намного лучше, чем спать под открытым небом", - подумал он.
Сняв с себя одежду, он аккуратно сложил ее на стол и устало лег в постель. Утомление дорогой быстро сделало свое дело и как только Кайлан сомкнул глаза, так сразу и уснул.
***
Прозвучал скрип отворяющейся двери и повеяло сквозняком. Тут же в комнате стало холодно. Блики света грозы на секунду заполнили помещение и моментально покинули место. А затем дверь закрылась, издавая все тот же противный слуху звук.
Кайлан открыл глаза. "Они нашли меня", - промелькнула тревожная мысль. Кулаки сжались, а мышцы вернулись в тонус. Он резко перевернулся набок и раскрыл рот от удивления.
– Мне уйти?
– с тревогой спросила Хелен.
Тусклый свет грозы, пробившийся сквозь окно, осветил ее. Она была прекрасна. Изящная фигура и светлые волосы.
– Не надо, - выдавил из себя Кайлан.
Платье упало на холодный пол, а затем Хелен откинула его в сторону плавным движением ноги. Медленно шагая, она дошла до кровати и нырнула под одеяло.
Кайлан хотел что-то сказать, но его слова прервал поцелуй. Сердце бешено заколотилось, по телу пробежала волна жара, которая исходила откуда-то изнутри. Ее руки коснулись его массивной спины, которая была изувечена многочисленными шрамами и рубцами. Между ними все-таки появилась некая связь, несмотря на столь короткое знакомство.