Чтение онлайн

Лишь моя единственная отторгнутая в незапамятные времена часть стремится назад, ко мне, чтобы снова все стало по-прежнему, чтобы в абсолютной пустоте снова некому стало давать имена. И я не хотел бы называть тебе её имя, потому что, дав его, я признаю её самостоятельность и то, что не несу ответственность за созданное мною же.

Голос затих. Казалось, он сомневается в полезности беседы. Наконец невидимый собеседник продолжил:

 - Ваши слова никогда не отражали истинной сути происходящего. Тебе придется самому разбираться в услышанном. Еще никому из обычных людей не предоставлялась

такая возможность. Мне тебе не помочь.

 - Но люди уже дали Вам имя! – выводы напрашивались сами собою, и поэтому Никита решился их озвучить, будто с моста прыгнул в омут. – Люди вас назвали…

Фразу до конца произнести не дали, оборвав на полуслове:

 - Люди всему пытаются дать имена, чтобы потом манипулировать поименованным. Если бы вы не дали мне имени, у вас не было бы и раздоров. Вы и не имели право давать мне имя! Как не имеет права палец давать имя тому, кому он принадлежит. Но мы отвлеклись от главного. Верни похищенное. Сделай это по доброй воле.

Ехидная улыбка сам собою исказила лицо Никиты.

 - Если ты тот, о ком я думаю, зачем меня просишь? Сделай так, чтобы я не сопротивлялся. Это же в твоих силах. К чему эти пустые разговоры!

 - У тебя всегда есть выбор, - трубный голос неожиданно стал тише. – Но вскоре выбора не станет и у тебя. Я, к твоему сожалению, знаю будущее.

 - Хорошо! Пусть будет по-твоему.

Никита закинул сумку на плечо и пошагал к подземному спуску. Может быть, голос его обманул, но выбор Никите все-таки предоставил. А это говорит о многом. Почти обо всем.

В полумраке пришлось спускаться по первому пролету «подземки». Не меньше сотни сточенных каблуками ступенек. А дальше – длинный, будто путь в ад, коридор. Однако направление движения спутать нельзя: в конце тоннеля – яркий, желтый, почти солнечный свет.

Шума в ушах нет. Абсолютная тишина. Невидимый собеседник исчез.

Никита добрался до поворота и осторожно выглянул из-за угла: огромный пустой холл величиною с автомобильную стоянку весь усыпан ровным слоем пепла. Здесь что-то беспощадно выжигали…

Посредине, на маленькой, чистой, будто выметенной площадке – обычный золотой куб, ровные грани которого не больше, чем среднего размера женская ладонь. Из его верхней части бьет, как фонтан, желтый поток света и успокаивающе растекается в глубину подземки.

– В общем-то, я уже мертв, - Никита сделал первый нерешительный шаг в сторону куба. – Бояться-то теперь вроде нечего!

В такой ситуации не грешно и похрабриться.

 - Путаница в вихре быстро меняющихся ощущений при встрече с неизвестным. Сбой в системе мозга при срочной необходимости подбора одного нужного решения из миллиона предлагаемых. Обычная сумятица, поэтому в твою кровь в подобные моменты выделяется всё подряд, без разбора. Как сейчас. Это намеренная, спасительная для человека недоработка ваших организмов. Результат – временный паралич систем жизнеобеспечения. Люди потому и боятся смерти, что никто из живых не изведал её настоящей. А тебе довелось. Поразмысли над этим.

Никита даже обрадовался вернувшемуся невидимому собеседнику: тот, кто беседует с тобою не в первый раз,

уже не так страшен. Голос прав!

 - Тут одна неувязочка! – Он присел рядом с кубом, пытаясь не попасть в поток слепящего света, бьющего в потолок. – Моя линза раза в два больше грани этой штуковины.

 - Поднеси свою грань к защите, - голос не приказывал, он лишь давал совет.

 - Как скажешь!

 Линза грела руки. Никита приблизил ее к кубу, не зная, куда пристроить. По всему выходило, что свет бил как раз из поврежденной защиты. Эту «пробоину» и нужно заделывать!

Поток света был настолько силен, что казалось, он с легкостью скинет ненадежную преграду. Никита набрал полную грудь воздуха…. и накрыл куб бывшей деталью звездолета.

Фонтан света мгновенно иссяк, но легкое желтоватое свечение вокруг осталось. Никита только сейчас понял, что боялся остаться в полной темноте.

 - Это и есть Вы? – пальцы сами прикоснулись к кубу, верхняя крышка которого слилась, будто сплавилась в размер с остальными гранями.

На вид - обычное золото. Да и на ощупь тоже.

 - Нет. Это то, с чего всё начиналось, - Усмешка послышалась в прозвучавших словах. – Это косточка, из которой выросла огромная яблоня. Я – это яблоня.

 Никита тоже ухмыльнулся в ответ.

 - Почему же я разговариваю с косточкой?

Руки держали куб и не хотели его отпускать. Весил он не больше обычного яблока. Чем дольше куб лежал на ладони, тем меньше становился. Будто таял от человеческого тепла - он сжался до размеров игральной кости и легко мог поместиться в кармане джинсов.

 - Ответь мне, - голос говорил спокойно, без поучительных интонаций. – Я разговариваю с твоей глоткой, языком и зубами? Или с чем-то другим?

 - Скорее… с мозгом.

 - Ты не прав. Я разговариваю именно с тобою. А под этим подразумеваются все твои органы без исключения. Каждый из них вносит свои изменения в образ мысли, в чувства, в желания. А как результат – ты говоришь именно то, что хочешь в данный момент сказать. Если же какой-либо орган болен, то ты произносишь совсем не то, что сказал бы здоровым. Это аксиома.

 - Значит, передо мной то, через что я могу общаться с целой Вселенной?! Этот куб - ее губы, язык и глотка! – не поверил Никита.

 - Ваш язык только так позволят мне выразить данную мысль, - голос выразил удовлетворение. – И все-таки… это скорее косточка. Первый камешек. В нем содержится единственно возможный симбиоз всех содержащихся во Вселенной элементов. Это сплав. Если ты сможешь повторить сочетание всех этих элементов, я дам тебе имя. И тогда ты сможешь дать имя мне. Я бы этого хотел. Хотел, чтобы кто-нибудь ответил и на мои вопросы.

Но я отвлекся… Как видишь, все элементы могут сосуществовать, жить в согласии. Хотя… я сказал не всю правду, - Голос тяжело вздохнул и на некоторое время замолк. – Здесь не хватает одного.

 - Чего не хватает? – задал вопрос Никита, потому что голос продолжать, похоже, не собирался.

– Даже вы, люди, что-то уже прознали об антиматерии. Я смог её выделить из общей массы. В этом и состоит моя главная заслуга. Если она вернется, то всё исчезнет: и время, и пространство. Магда здесь именно из-за этого…