Чтение онлайн

— Так такая как раз в библиотеке висела! Зеленая, бархатная.

— Я видела, — кивнула печально Ярмилка, но надеялась найти что-то еще, — понимаешь, такие плотные шторы висят в библиотеке не просто так — они защищают книги от солнца. Но, видно делать нечего. Возьмем пока их, — и, вздохнув еще раз, она вернулась в библиотеку.

Там они с Улей обсудили размер мешочков и пришли к выводу, что за месяц, Уля с пятью помощницами из деревни успеет сшить шестьсот штук, использовав как раз всю ткань.

— Хорошо Уля. Попроси кого-нибудь из солдат тебе помочь — снимите эти шторы, потом постирай их. А я съезжу с бароном в деревню, договорюсь с

местными ребятишками и девушками. Так что, надеюсь, уже завтра вы все сядете за шитьё.

«Хороший травяной сбор стоит от двух до четырех монет. Но у нас он будет упакован в шикарный мешочек. Попробуем продавать их по пять монет. И тогда, если мы продадим на ярмарке шестьсот мешочков, мы заработаем … тридцать золотых!»

Сделав в уме нехитрые вычисления, Ярмилка воспряла духом и уже более радостная и спокойная пошла к барону договариваться о поездке в деревню.

В дороге она всё подробно рассказала барону. И про золотые, которые отдает тетушка Глаша...

— Святая женщина, — кивнул капитан.

…И про шторы, и про мешочки и, самое главное, про сумму, которую она собирается заработать.

— Ну а дальше то что? — поинтересовался барон, — Ты же, девонька, сама говорила, что такой суммы и на полгода на кормежку не хватит.

— Да, вы правы, — кивнула она, — но заработав, мы сможем купить новую ткань и … поучаствовать еще на двух- трех ярмарках. Так что к Новому году — на муку точно насобираем, — радостно объявила девушка.

— Отличный план, — снова похвалил капитан, — Ну а дальше что? Так и будешь всю оставшуюся жизнь год за годом им на муку зарабатывать? — с доброй усмешкой спросил барон.

Ярмилка задумалась. Действительно, озаботившись нуждами этого года, она как-то и не подумала, что и на следующий год люди тоже захотят есть.

— Им надо

постоянную

работу найти, — доверительно склонился к ней барон, — вот и помоги им с этим.

— Но как, — обессиленно простонала девушка, — Вы же сами говорили, что у них в деревне ничего нет: ни кузницы, ни мельницы, ни мастерских. А меня никто и никогда не учил, как управлять поместьем и людьми!

— Ну-ну, — успокаивающе заметил мужчина, — ты и так прекрасно справляешься. Вон уже сколько всего получилось и сделать, и придумать! Что у тебя есть в поместье?

— Луга… много-много лугов, на которых крестьяне не могут ничего вырастить…

— Так, а значит, что?

— Что? — растерянно переспросила Ярмилка.

— А это значит, что твоя ценность — это луга и трава, что на них растет! Помоги своим людям начать выращивать скот: коров да баранов. Кроме травы — им ничего не надо. Родники с чистой водой у вас тоже есть. А как разведете скот, так и масло, и сыр, и молоко на продажу будут. Вот у деревни и появятся деньги. И на хлеб, и на жизнь сытую.

Ярмилка взглянула на капитана, и в её глазах блестели слезы благодарности.

Общение с людьми из деревни под присмотром капитана прошло хорошо.

Ярмилка рассказала о своей целительской силе и о лицензии травницы, попросила выделить смышлёных ребят для сбора трав и девушек для пошива мешочков, рассказала про планы купить коров и заняться разведением скота. Крестьяне воодушевились, почувствовав, что скоро их жизнь изменится к лучшему и испросили ее разрешения начать заготовку сена для скотины. Все вместе они выбрали луга, которые оставят для сбора трав, а которые подойдут для заготовки корма на

зиму.

Из деревни Ярмилка уезжала воодушевленная от того, что люди доверились и готовы идти за ней…

Первые три дня после этой поездки прошли для юной баронессы как во сне. Подъем до зари, встреча детей, легкий перекус для них, выход в поле, а там уже Ярмилка без устали показывала, что и как рвать, отвечала на вопросы ежеминутно подбегающей ребятни. Рассказывала о всех травках, которые встречались им на пути, раздавала ребятам их образцы и пожелания, как и сколько собирать... И такая карусель: дети-трава-дети вертелась до обеда. К возвращению в поместье Ярмилка ужу с трудом отличала одного ребенка от другого и начинала задумываться, прежде, чем ответить, нужна ли им очередная «новая» травинка…

Но уже после обеда и легкого отдыха, она постепенно приходила в себя, и занимаясь до поздней ночи сортировкой и сушкой травы, снова окуналась в свою родную стихию, с ее запахами и ароматами. В сердце воцарялся мир и покой, и она чувствовала, что ее жизнь постепенно налаживается.

Единственным огорчением было то, что в поместье до сих пор не появился волк.

Ну и большим сюрпризом стало для нее заявление капитана, что завтра он покидает поместье. Она, конечно, знала, что ее гости рано или поздно уедут, но успела привязаться к барону и его отеческой заботе.

— Ваша милость, — начал он вполне официально на прощальном ужине, но не выдержал, смахнул скупую мужскую слезу и закончил свою речь по-простому, — Уезжать нам пора, девонька. Чем смогли — помогли. Все двери-окна вставили, колодец — вычистили, изгородь — починили, дров на всю зиму заготовили. Мы, конечно, такой малостью никак за наши спасенные жизни не рассчитаемся, но указ принца нарушить не можем. Так что, не обижайся, но завтра — выезжаем.

Ярмилка, конечно, благодарила, уверяла, что они ей ничего не должны, и сделали для неё намного больше, чем она могла себе представить.

Но с их отъездом в поместье стало как-то пусто. Ярмилка больше не выходила с детьми на поле — научившись, ребятишки уже сами собирали и приносили мешки с травой в поместье. Скоро Ярмилка поняла, что не справляется с объемом работы и стала приглашать нескольких девочек на сортировку.

В итоге, к концу августа по ее скромным подсчетам травы у неё собралось на несколько тысяч сборов.

Для успеха их плана оставалось лишь всё разложить по сшитым Улей мешочкам и отправиться на ярмарку.

Глубокой ночью Зарина сидела в библиотеке выделенного ей принцем поместья. Вся комната была погружена в мрак, и лишь над столом завис небольшой светляк, чей свет падал на раскрытую на столе старинную книгу. Девушку было не узнать. От холодной сдержанной красавицы ничего не осталось. Ее глаза лихорадочно блестели, пальцы — дрожали, а губы шептали какой-то бред.

Прошел уже месяц, как она приехала в поместье. Выйдя из кареты с двумя древними фолиантами из сокровищницы принца, она дала короткие указания слугам: заниматься ее вещами, приготовлением еды и делами по своему усмотрению. К себе же она просто запретила подходить и обращаться без острой необходимости. После этого она нашла библиотеку и практически в ней поселилась. Днем и ночью она изучала древние записи, пока одна из них не намекнула, что утраченную портальную магию — можно возродить. И для этого вовсе не надо родиться с этим даром. Достаточно иметь предмет, открывающий путь в другой мир и знать «волшебные» слова.