Чтение онлайн

– Зато теперь мы выяснили, что у Кэвуда имеются финансовые затруднения.

– Он мне о них никогда не рассказывал, – удрученно сказал Окхэм. – Два корабля! Это – большая потеря!

– Деньги, вырученные за камень, могли бы с лихвой покрыть все убытки подобного рода, – заметил Лайам и подождал, пока до Окхэма дойдет смысл сказанного. – Мы просто обязаны заподозрить Кэвуда в краже.

Окхэм тяжело вздохнул, потом вдруг напрягся, глядя в дальний конец зала. Стражник встал со ступеней, давая сойти вниз по лестнице человеку в обтягивающих рейтузах и коротком плаще. Лицо незнакомца было багровым

от гнева. Он яростно комкал в руках мягкую шляпу.

– Кэвуд, – прошептал Окхэм.

– Ступайте к нему, – потребовал Лайам. Он взял лорда за локоть и легонько подтолкнул в нужную сторону. – Договоритесь встретиться с ним – сегодня к вечеру или завтра с утра.

– Но зачем?

– Просто сделайте то, о чем я прошу вас, и все, – настойчиво сказал Лайам и усилил нажим руки. Кэвуд уже шагал через зал. Окхэм, метнув в Лайама гневный взгляд, громко окликнул приятеля.

Кэвуд остановился и не сделал больше ни шага. Он просто стоял и ждал, когда к нему подойдут.

– Как дела, Кэвуд? – сказал Окхэм.

– Не слишком-то хороши, – проворчал торговец. Он был высок, мускулист и обладал такой мощной шеей, что казалось, будто голова его растет прямо из плеч. Мрачно оглядев подошедших, Кэвуд выпятил подбородок. – Извини, Этий, но я сейчас для компании не гожусь.

Лайам, потупив взор, состроил скорбную мину, а Окхэм сказал:

– Мы слышали, у вас неприятности… Это весьма печально.

– Еще бы! – Кэвуд определенно не хотел продолжать разговор.

– Разрешите представить вам Лайама Ренфорда, хорошего знакомого моей тетушки.

Купец сдержанно поклонился.

– Господин Ренфорд.

Лайам поклонился в ответ. Окхэм между тем продолжал:

– Я надеялся, что вы покажете Ренфорду Штапельный склад, но у вас, наверное, нет настроения. Ничего, это может и подождать.

– Да, боюсь, я ничем не смогу вам помочь. – Кэвуд нервно мял в руках шляпу, явно желая поскорее уйти.

– Понимаю, – кивнул Окхэм. – Но послушайте, Рейф! Давайте сегодня встретимся – например, в банях. По-моему, раунд-другой хорошего бокса – как раз то лекарство, которое вас подбодрит.

Кэвуд вздернул голову, собираясь ответить отказом, но потом тяжело вздохнул.

– Вы правы, Этий. Наверное, хорошая трепка – как раз то, чего мне сейчас не хватает. Хотя сегодня я не поручусь за то, что и вам не достанется на орехи.

Лорд рассмеялся.

– Я надену два шлема, – пообещал он. – Значит, в банях?

– Хорошо, но попозже, – сказал Кэвуд, потом мрачно добавил: – Мне нужно еще разобраться с кое-какими делами.

Они договорились встретиться в восемь, и Кэвуд ушел. Лайам и Окхэм тоже не спеша двинулись к выходу. На улице лорд повернулся к спутнику.

– Зачем вам понадобилось, чтобы я назначал ему встречу? – В голосе Окхэма зазвучала сдержанная угроза.

– Боюсь, вам мой замысел не понравится, – признался Лайам.

– Говорите, Ренфорд.

Лайам вздохнул и принялся объяснять:

– Я хочу, чтобы вы сказали Кэвуду… как бы случайно… что сейчас в Саузварке находится чародей, который хотел бы приобрести реликвию Присцианов. Вы должны подать это как слух, который кем-то вам пересказан. И назовете гостиницу, в которой живет упомянутый чародей.

– Вы хотите, чтобы

я заманил своего друга в ловушку!

– Лорд Окхэм, – сказал Лайам, собирая все свое терпение в кулак. – Это будет ловушкой только в том случае, если Кэвуд украл камень. Но тот, кто украл у вас камень, вам вовсе не друг. Если же Кэвуд ничего такого не делал, он пропустит сплетню мимо ушей.

– Тогда почему вы сами ему этого не сказали? – спросил гневно Окхэм. – Он же стоял рядом всего минуту назад. Вы запросто могли забросить наживку!

Лайам покачал головой.

– Нет. Я пока не знаю, в какой гостинице поставить капкан.

Разъяренный лорд схватил его за руку и заставил остановиться.

– Что это значит, Ренфорд? Разве в городе мало гостиниц? Выбирайте любую и дело с концом!

– Я не могу. Загвоздка в том, что в Саузварке сейчас действительно находится чародей, который выражал желание ваш камень купить.

Окхэм встревожился и побледнел.

– Что?

Не упоминая о Грантайре, Лайам пересказал лорду все, что знал о Дезидерии, в том числе сообщил ему и о походе того к известному ювелиру.

– Теперь вы понимаете, что наобум гостиницу выбрать нельзя! Надо прежде узнать, где поселился харкоутский маг, и люди Кессиаса это сейчас выясняют.

И все-таки Окхэм не успокоился. Взволнованно схватив Лайама за руки, он сбивчиво заговорил:

– Вы уверены, что камень все еще находится в Саузварке? А вдруг его уже увезли! Вы должны, слышите, вы должны немедленно найти этого человека!

– Эдил уже висит у него на хвосте, – заверил Лайам, стараясь держаться невозмутимо. – Мы знаем, что этот маг еще в городе и что камень в его руки пока не попал.

В глубине души Лайам понимал, что камень мог уже попасть к Дезидерию, а тот мог давно уехать из города, но сам он ничего не мог с этим поделать. Он мог лишь успокаивать и обещать.

Но лорд успокаиваться никак не желал, он неистово дергал и грыз кончики своих роскошных усов.

– Боги, Ренфорд!.. Великие боги!.. – бормотал красавец в волнении. – Неужели камень уже увезли?..

Они расстались неподалеку от городской площади. Лайаму было неловко оставлять лорда в таком смятенном состоянии духа, но его извиняла необходимость увидеться с Кессиасом и, кроме того, стенания Окхэма стали ему надоедать. Аристократ вел себя, как ребенок, пугаясь самых обычных вещей.

Лорду не стоит так волноваться, а ему самому не стоит принимать близко к сердцу чужие заботы. Он же не виноват, что Окхэмы плохо разбираются в людях и водят дружбу с ворьем!

Осознавая несправедливость такого суждения, Лайам попробовал упорядочить все сведения, какие успел собрать. Нужно было составить из всех фактов, подозрений, предположений, намеков и слухов более-менее стройную картину произошедшего и подвергнуть ее проверке вопросами типа «Почему это так?» или «А что вышло бы, если?..» Подобная методика обычно приводила к неплохим результатам, но сегодня дело почему-то не шло.

Имеющаяся у Лайама информация упорно отказывалась укладываться в какую-либо картину. Разрозненные детали головоломки вертелись у него в голове, не желая смыкаться в единое целое, и он подошел к казарме городской стражи ужасно недовольный собой.