Чтение онлайн

– Благодаря увлечению загадочными и необъяснимыми явлениями – левитация, перемещение предметов без приложения материальной силы, пространственно-временные порталы, аномальные зоны и тому подобное. Чтобы разгадать природу сих вещей, поступил на физический факультет Стокгольмского университета. В поисках интересной мне литературы, помимо его библиотеки, захаживал в университетскую книжную лавку. Хозяин ее вскоре запомнил меня и подчас уже с порога предлагал новинки. Но в один из дней незадолго до окончания летней сессии второго курса он был особенно рад меня видеть.

У меня есть кое-что, но не это главное, сказал он. Если захочешь, познакомлю с человеком, чья мудрость безгранична, и который знает ответы на многие волнующие

тебя вопросы, добавил он многозначительно. И продолжал – если согласен, приходи завтра сразу после полудня.

Поразмыслив, я решил, что плохого в том нет ничего, и в указанное время перешагнул порог магазинчика. Хозяин сразу же представил меня седобородому старцу, несмотря на весьма почтенные годы сохранившему горделивую осанку спины и серьезный вдумчивый взгляд.

– Можешь называть меня Мастером Свенссоном, мой мальчик, – ласковым голосом сказал он. – Значит, желаешь познать вещи, объяснить которые наука затрудняется?

Под его взглядом одна из книг внезапно взлетела в воздух и плавно опустилась на соседнюю полку. Я как зачарованный наблюдал за ее перемещением, не в силах сказать что-либо путное.

– Тогда тебе нужно учиться не здесь, – как ни в чем не бывало продолжал старик, – ибо в стенах университета, даже лучшего из ныне существующих, ты будешь видеть лишь одну сторону вещей. Узнать другую и научиться управлять силами природы, которые считаются неподвластными человеку, сможешь, поступив на обучение в Академию Волшебства.

Естественно, я забросал его вопросами, поскольку, хоть и увлекался вещами, с точки зрения обывателя совершенно чудесными, все же предпочитал искать им объяснение с научной, а не оккультной точки зрения. Мастер Свенссон был терпелив, отвечая, что наука и магия на самом деле не отрицают друг друга, скорее – взаимно дополняют, оперируя в различных плоскостях естествознания. Исторически сложилось так, что человечество пошло по техническому пути развития, однако до сих пор существуют и те, кто продолжает экспериментировать с магической энергией, бережно сохраняя и приумножая сокровенные знания. Пути познания безграничны, и, подобно дотошным ученым, маги продолжают открывать все новые формы воздействия на материальный мир и совершенствовать уже известные. И то, что я пытаюсь найти альтернативную дорогу к сакральным тайнам мироздания, говорит о скрытом неудовлетворении тем объяснениям, что изобрело для них человечество, заключил старик. Добавив – если решусь изучать волшебство, то должен буду по прошествии пары недель прийти сюда вновь и передать хозяину сего достопочтенного заведения слово 'согласен'.

Ту половину месяца я провел в мучительном раздумье, принимать ли столь любезное предложение. Заинтригованный словами старика, не догадался расспросить поподробнее о загадочной Академии. Однако вид книги, перемещаемой в пространстве без каких-либо усилий со стороны, вновь и вновь возникал в памяти, не давая забыть о том разговоре. В конце концов принял компромиссный вариант – дать свое согласие лишь после получения исчерпывающей информации. И с этой целью по прошествии означенного времени я вновь очутился в книжной лавке, где и объявил о своем решении. Однако Мастер Свенссон оказался не только мудрым, но и предупредительным. Мне вручили письмо, в котором лежал красочный буклет Академии, и короткое приложение, в котором предполагалось при получении официального приглашения связаться с Мастером по указанным координатам.

Прошло еще немного времени, и такое приглашение действительно пришло. Вытряхнул его из продуктовой сумки, вернувшись с покупками из магазина, хотя могу поклясться, что ничего подобного в ней не лежало, когда расплачивался в супермаркете, да и по пути домой не выпускал ее из рук. Данное обстоятельство подействовало на меня столь сильно, что я немедленно позвонил тому волшебнику, после чего и оказался здесь. Но скажите, – закончил Олаф свой рассказ, обращаясь

непосредственно к Баджи, – неужели я действительно научусь телекинетическому перемещению вещей? Тот еле заметно усмехнулся.

– Со временем. Я могу написать тебе формулу, однако вряд ли ты сможешь сразу перемещать предметы – если только не имеешь к тому особый дар. Но можешь попробовать.

Из верхнего кармана своей рубашки их наставник вытянул маленький потрепанный блокнотик на пружине, с прикрепленной к нему перекрученной нитью шариковой ручкой, и, написав несколько слов, вырвал листок и протянул его скандинаву.

– Zeind dissjorr avdienns butkun pe jilt fums kevarg tenn berdgerri la, – прочитала заглянувшая в листок любопытная Таисия. – А это чё значит? Это по латыни? Ваш главный нам сегодня что-то про нее втолковывал.

– Запись действительно латинскими буквами, а вот перевод вы не найдете даже в сборнике латинских идиом. Фактически здесь всего лишь буквенное выражение звуков, которые нужно произнести, чтобы осуществить телекинез. Вот, смотрите! – Баджи скороговоркой произнес формулу, и сосновая шишка, лежавшая в траве, покатившись, подпрыгнула и очутилась у него в руке.

Олаф во все глаза смотрел за перемещением шишки, после чего бережно сложил и спрятал листок.

– Я буду стараться, – пообещал он, хотя никто не собирался брать с него каких-либо обязательств.

– У меня тоже есть вопрос, – заявила Таисия. – Нам сегодня раздали кристаллы, а что с ним делать, толком не поняла. Просто глядеть на него – и все?

– Если упростить суть вещей до предела, то да. Ощущение примерно такое, что неотрывно смотришь на горящую неярким светом матовую лампу. С непривычки могут болеть глаза и кружиться голова, поэтому не старайтесь достигнуть всего сразу и зарабатывать проблемы со здоровьем. Когда немного освоитесь, выберите себе заклинание из числа наиболее простых и регулярно пытайтесь его произнести. Поначалу не будет никакого эффекта, потом оно начнет получаться от случая к случаю, и, наконец, всегда, когда пожелаете.

Эрик заметил, что их отряд довольно сильно растянулся по центральной аллее. Кто-то отстал, разглядывая статуи, но большинство обогнало их, также разбившись мелкими группами. Сосны постепенно исчезали, уступая место кипарисам, магнолиям и другим южным деревьям, а вдалеке за их кроной кое-где мелькали верхушки пальм. Когда от растительности, типичной для европейского материка, остались одни воспоминания, и субтропическая флора окончательно вступила в свои права, мраморная дорога разделилась на два ручейка тропинок, ведущих влево и вправо сквозь буйные заросли диковинных кустарников. Прямо же перед впечатленными увиденным студентами простирался песчаный пляж, усеянный ровным белоснежным песком, а за ним – настоящее южное море, которое наш герой до сего момента мог лицезреть только на картинках.

Большая птица неожиданно спикировала на них, и ее крыло взъерошило волосы на голове Эрика, который инстинктивно пригнулся, но то был всего лишь громадный попугай ярко-синей расцветки, приземлившийся на плечо их ментора.

– А, это ты, Эрши, – ласково сказал тот, доставая из кармана мешочек, откуда был извлечён кусок сахара-рафинада. Попугай проворно ухватил его своим черным клювом и сразу же разгрыз – крошки полетели во все стороны.

– Он ручной и очень любит угощения, – продолжал Баджи. – Я познакомился с ним еще на первом году своего обучения, когда он стащил печенье, лежавшее на подоконнике в моей комнате – по случаю жары окно было открыто настежь. Желая приручить пернатого воришку, я оставлял сладости на том же месте, и в конце концов Эрши перестал бояться меня. В здешних краях попугаи не редкость, но такого красавца еще поискать надо. К тому же он очень смышленый и умеет разговаривать. Правда, Эрши? – и Баджи легонько потрепал птицу в основании шеи. Попугай в ответ расправил крылья и хриплым голосом прокричал: