Перерождение
Шрифт:
– В смысле? – Таш косо посмотрел на Кира. – Ты думаешь, он хочет нам помочь? Выясняет здесь все, разнюхивает? Или даже лучше: он ведет секретное расследование и его цель – спасти всех нас.
Кир отвел взгляд от издевок старосты.
– Не обращай внимания, - Сата хотела сточить колкости Таша, - ты слишком мало здесь побыл. Мы тоже так думали. Каждый из нас в свое время. Надежда на то, что этот пришедший агент или проверяющий беседует с тобой с тайным умыслом.
– Держи с ним рот на замке, - грозно произнес Таш, - в Деревне нет места надеждам. А те, кто хватается за нее, очень рано понимают, что это билет на скорый поезд до смерти. Все кто искал помощи у федералов, бывавших здесь, – мертвы. Запомни: все, что происходит здесь – не выходит за пределы Деревни. Я еще раз тебя спрашиваю: ты готов взять на себя эту ношу?
–
Таш кивнул. Взгляд Кира подтвердил твердость его слов. На секунду тревога ослабила тиски, сжимающие разум старосты. На лице Саты сияла довольная ухмылочка. Она была рада за себя. Уговорила несгибаемого Таша рассказать все Киру. Она верила, что этот погорелец не зря попал к ним. И именно он сможет достать для них билет на волю. Она не хотела подпитывать свой страх о том, что Каро может не вернуться. И верила – заставляла себя верить, но не надеялась. Эту роскошь она себе не позволяла. Во всяком случае, Сата не признавалась даже самой себе, что Каро – это ее надежда. Но она понимала, что после двух месяцев тяжелых опытов, Каро наверняка будет не в лучшем состоянии. Помня его провалы в памяти по прошлому году, она знала, что Таш столкнется с неизбежной проблемой ее восстановления. Пусть сейчас времени и дней предостаточно для финальной подготовки. Но перед последним аккордом запаса времени почти не будет. Когда-то Каро говорил ей о том, что он не сможет всегда их защищать. Когда-нибудь Кроберг добьется своего, и он потеряет себя. Сата слушала его, но никогда не впускала эти мысли глубоко. Но два дня назад она почувствовала то, что испытывает Каро. Импульс продолжался не долго, но и его хватило, чтобы принять неотвратимость грядущего и совершенно по-другому осмыслить слова Каро: «Она все равно своего добьется. Она всегда добивается того чего хочет. И я буду другим. Не смогу защитить вас». Именно это сидело в ней. Эти слова заставляли ее спорить с Ташем, склоняя чашу его весов в сторону Кира. Сейчас он был самым ценным из тех, кто готовил побег. У Кира была реальная возможность заполучить ацелин. Этот препарат использовался для резкого поднятия жизненных показателей организма. Это был адреналин для больных «белой язвой». Однако, используя его с некоторыми ингредиентами энергетика «фейерверк», который употребляют почти все деревенские, можно было создать сильнодействующее паралитическое облако.
Кир был готов. Он страстно желал как можно скорее попасть в лабораторию. Семь дней пролетели быстро. И полный сил он сел в электромобиль к санитарам, приехавшим за ним. В процедурной лаборатории его уже ждала Ольга Арно. Она была облачена в защитный костюм. Усадив его в кресло, санитары поспешили выйти. Дверь заблокировалась. Кир смотрел по сторонам. Ольга стояла к нему спиной у приборного стола. Она готовила растворы для введения и инструменты для взятия анализов. Кир старался не привлекать внимание. По словам Саты, ампулы ацелина отличаются от других ярко-синей биркой. Но как не крутился Кир, определить, где хранятся ампулы, было невозможно. Нужно было найти способ пройтись. Кир посмотрел на стены, под потолок – датчики. Если он просто в наглую будет рыскать по шкафам, то это поднимет тревогу у охранников.
– Кир! – прикрикнула Ольга.
Он очнулся. Девушка стояла перед ним со шприцом для забора крови.
– С тобой все в порядке? – она смотрела ему в глаза. – С предыдущего раза у тебя не было галлюцинаций?
Кир смотрел на нее. В его глазах блеснула алая искра. Добродушный голосок Ольги лишь подливал масла в огонь.
– Как будто вам до этого есть дело? – фыркнул он.
Ольга потупила взгляд. Она смазала локтевой сгиб спиртом и поднесла шприц. Но укола не последовало.
– Да, вы правы. Мой вопрос, наверное, отдает издевкой, - поникшим голосом произнесла Ольга. – Какое лицемерие: быть палачом, но интересоваться вашим самочувствием.
Кир смотрел на Ольгу. Она прятала взгляд, но ей хотелось посмотреть на Кира. Она чувствовала себя виноватой перед ним.
– День назад я просила Кроберг дать мне другую работу и освободить от обязанности проводить забор крови. Но, как мне кажется, именно потому она и оставила меня здесь. Поймите меня правильно, я спросила о самочувствии не потому, что мне хотелось поиздеваться, - так Ольга извинилась.
Кир растерялся. Он не ожидал, что Ольга так поведет себя. Она стояла рядом с ним с готовым шприцом и ватным диском в другой руке.
Ольга снова помазала место для укола.– Мне надо взять кровь на анализ. Если все в порядке, то я… поставлю катетер и мы приступим, - Ольга посмотрела на Кира, ожидая, что тот как-то отреагирует.
Он кивнул. Робкая улыбка на миг коснулась уголков губ Ольги. Она была рада, что он успокоился. Ей очень хотелось, чтобы Кир понял ее. Хотя чем дольше она смотрела на его сгоревшую кожу, тем противнее становилась сама себе. Она вколола иглу и набрала два кубика крови.
– Я хочу вас спросить о Каро.
Ольга обработала рану микроприжегателем. Вопрос Кира застал ее врасплох.
– Если это возможно? – Кир смотрел на Ольгу молящим взглядом.
Отходя к приборному столу, Арно кивнула. Хотя сама не поняла зачем.
– Как он себя чувствует?
– Ваша кровь и той девочки помогла ему, - Ольга делала анализ крови.
– С ним ведь все будет хорошо?
– Почему вы так беспокоитесь о нем? – Ольга обернулась и посмотрела на Кира.
– Он первый кого я встретил здесь, - Кир не прятал глаза и старался говорить искренне, - и в первый день спас мне жизнь, когда я чуть не кинулся на изгородь.
Кир непроизвольно усмехнулся.
– У него была очень тяжела операция, но он поправится. Идет на поправку.
– Передайте ему, что о нем многие беспокоятся.
– Он в коме, - Ольга завершила анализы, - но как очнется, я передам обязательно.
В ее руках был катетер. Она подошла к Киру и начала обрабатывать руки.
– С кровью по-прежнему все хорошо? – вяло улыбнулся он.
Ольга промолчала. Она вставила в обе руки катетеры и подсоединяла шланги.
– А можно как-нибудь избежать неприятных ощущений после забора?
Ольга подсоединила шланги к центрифуге.
– К сожалению, сильная слабость, тошнота и острое недомогание обычные симптомы после обильного забора крови, - Арно проверила соединения.
Она тянула с нажатием кнопки на центрифуге, будто бы у нее был выбор.
– Я попытался, - Кир откинулся в кресле и закрыл глаза.
Раздался щелчок кнопки. Центрифуга начала медленно раскручиваться. Ольга открыла краники на катетерах и по шлангам потекла густая багровая кровь с белыми прожилками. Она быстро стекала в центрифугу, где в стремительном вихре разделялась на несколько фракций. Через пятнадцать минут Кир начал ощущать слабость в конечностях. Его тело прижимало к креслу. Он слышал шаги Ольги, как она старается не тревожить его громкими звуками и немного приподнимается на цыпочки. Кир начинал плыть. Тело теряло ощущение реальности. Все становилось ватным, обволакивающим – гадостное чувство из взбитых мыслей. Шорох шагов сливался с усиливающимся белым шумом. Руки и ноги куда-то проваливались. Несколько раз Кир вздрагивал – его тело пыталось понять: падает оно или по-прежнему лежит в кресле. Нужно было открыть глаза и осмотреться, но навалившаяся усталость свинцовыми пальцами накрыла лицо. Пустота разрасталась, поглощая внутренности и заставляя сердце биться медленнее.
Звук отражался от стен неразличимым эхом. Оно смешивалось в шелестящий шум и раздавалось то справа, то слева. Каро не почувствовал, как двое санитаров подняли его с кресла и повели к выходу. Ольга закончила процедуру и поспешила удалиться. Кира усадили в электромобиль, рядом сел санитар. Вскоре Кир был в доме. Таш с Максимом помогли ему зайти в дом. Ведя его к кровати, Таш почувствовал, что в кармане его штанов что-то лежит. Уложив Кира на постель, староста ощупал его карман и вытащил из него ампулу с ярко-синей биркой. Это был ацелин. Староста посмотрел на Максима, сжимая в кулаке ампулу. Макс понял по довольному взгляду, что у новичка получилось достать препарат. «Отдыхай», - Таш был очень доволен.
Кир проспал двадцать часов. Каждые два часа его навещала Сата. Таш рассказал ей о том, что ему удалось достать ацелин. В разговоре староста был теплее обычного. Таким способом он благодарил Сату за ее упорство в привлечении в их команду Кира. Проверяя его температуру и давление, Сата поняла, что ему очень плохо. Второй забор крови сказывается гораздо хуже. Организму уже тяжелее справиться с последствиями такого варварства. Но тут Таш был непреклонен. Лишь раз он напомнил для чего нужны ампулы ацелина. И что их количество никак не должно быть меньше восьми штук. Сата это знала. Это ведь был тот запасной вариант, который она сама поддерживала и ради чего настояла на помощи Кира.