Перерождение
Шрифт:
– Зря ты так, - Кирилл ежился на одном месте. – Мы ведь в одной команде.
– Да, - протянула Ольга, одновременно вынося приговор себе.
Она смотрела на жмущегося Кирилла и не верила, что несколько дней назад перед ней в кресле сидел обычный, как и все, затравленный, человек. Но что взять с него, если сама она готова была оправить его на смерть, взяв последнюю порцию крови. Ольга поморщилась. Ей стало невыносимо гадко. Она посмотрела на свои руки. Столько раз она касалась ими тех, кто проходил мимо ее процедурной и не возвращался в Деревню. Она смотрела на приборы на стенах и в шкафчиках. Она увидела свое изображение на поверхности стола. Уродливое лицо, искаженное сталью, глядело на нее, морщась и скалясь от ненависти к самой себе. Арно зажмурилась.
– Я больше не могу, - она посмотрела
– Это наша работа, - Кирилл сделал шаг ей на встречу, но Ольга шарахнулась от него в сторону.
– Через сорок минут, операционная будет готова. И сюда привезут ребенка, которого когда-то ты заботливо держал за руку, - на глаза Ольги накатывались градины слез, - и это твоя работа?
– Я еще не решил у кого брать образцы, - оправдывался Кирилл.
– Господи, - воскликнула Ольга, смахнув горькие слезы с глаза, - он еще не решил, - она резко смахнула со щеки слезы. – И я ведь как ты. Господи, как это все мерзко, противно. Мерзость!
Ольга с отвращением смотрела на свои руки. Она вытирала их о халат, стараясь оттереть. Но чем сильнее она терла их, тем отрешеннее становился ее взгляд. Отчаявшись вытереть руки, Ольга резко перевела взгляд на Кирилла.
– Я не буду, - выдавила она из себя слова. – Не буду! – прокричала Ольга и выбежала из лаборатории.
Кирилл едва успел отскочить. Арно пронеслась жарким вихрем к двери и, набрав трясущейся рукой код, вывалилась в коридор. У дверей ее встретили дежурившие охранники, испугавшиеся внезапного появления стонущей ассистентки Кроберг. Один из них наклонился к ней, чтобы помочь встать, но Ольга ударила его по руке. Охранники переглянулись и посмотрели в лабораторию. Кирилл, как и они, ошарашено смотрел на валяющуюся Ольгу. Она с силой терла лицо руками, будто пытаясь стереть налипшую грязь. Ее стоны и кряхтение привлекали внимание персонала в коридоре. Из-за спины уставившихся санитаров к Ольге подбежала лаборантка. Это была Инна. Арно с такой силой растирала лицо, что кожа начинала кровоточить. Инна увидела стоявшего Кирилла в лаборатории и крикнула ему принести успокоительное. Но он лишь беспомощно огляделся, не понимая, откуда ему его взять. Кто-то из любопытных санитаров полубегом вбежал в процедурную за препаратом. Увидев стоявшего Кирилла, санитар поначалу оторопел. Но, сообразив, что это тот погорелец, о котором говорили все, направился к шкафчику с успокоительным. Достав автошприц и вложив ампулу, санитар выбежал из лаборатории и воткнул иглу в шею Ольге. Она закричала и со всей силы ударила его. Охранники, стоявшие все это время у дверей лаборатории, кинулись к ней и зафиксировали ей руки. Через пару минут Ольга начала угасать. Сильное успокоительное начинало действовать. Инна приказала санитарам отвезти обессилевшую Ольгу в стационар. Двое санитаров направились в лабораторию за передвижным столом. Инна ощупала карманы Ольги. Она искала интерлинк, который Арно держала в кармане, а не на руке, как делала это Марина. Нащупав устройство, Инна попыталась связаться с Кроберг. Но из его динамиков донеслись глухие щелчки. Попытавшись переключить в разные режимы, Инна не добилась результатов – интерлинк не работал.
– Я попробую связать вас, - один из охранников предложил свою помощь.
Он нажал на запястье кнопку связи, но ничего кроме похожего треска из динамика не доносилось.
– Придется пешком, - вздохнула Инна.
– Наверное, она повредила интерлинк, - предположил охранник.
– Как? – усомнился другой.
Инна недовольно распихивала мешающих ей пройти санитаров и лаборантов. Она направлялась к Кроберг. Профессорша должна была узнать о странностях Ольги.
– Это похоже на Марину, - вдруг донеслось из толпы.
Инна растерянно искала того, кто это говорил.
– Она сама задушила себя. И это устроил Каро… Теперь Арно с лицом.
Сотрудники переглядывались. Высказанное одним быстро подхватили другие. Они с опаской смотрели вдоль коридора, в сторону, где находился стационар – там сейчас, в своей палате, находился Каро. Охранники смотрели на растущее негодование и попытались успокоить паникеров. Но санитары резонно указали им на неработающие комлинки. После этих слов,
толпа спешно начала редеть. Охранники еще раз попытались связаться с главным постом охраны, но комлинки продолжали издавать щелкающие помехи. Все разбежались. Охранники переглянулись: один из них направился на пост, оставив напарника присматривать за Кириллом, как того требовал Мамонтов.Кирилл остался один в лаборатории. Он почувствовал облегчение – Ольги не было рядом, на него никто не давил. Кирилл посмотрел на приборную панель, на которой высвечивались данные о готовности главной операционной. Ольга так и не ввела его в курс дела. «Придется самому», - утешал он себя как мог. Нужно разобраться что здесь к чему. Кирилл огляделся. Рядом с выходом в коридор он увидел шкафы. В них должна находиться одежда для операционной. Открыв дверцы, Кирилл обрадовался – он не ошибся. Порыскав немного, он нашел одеяние своего размера. Ему вдруг так захотелось облачиться в защитные костюмы, которые он видел на врачах в операционной. Кирилл с досадой подумал о том, что он один из перерожденных. Это значит, что ему костюм не положен. В отличие от хирургов он ничем не рисковал. Дверь в лабораторию издала сигнал. На пороге показался Олег Карцев – главный хирург. Он был в защитном костюме.
Кирилл встрепенулся. Он еще не успел переодеться, но и хирург не спешил входить. Он стоял у открытой двери, разговаривая с охранником. Кирилл использовал эту заминку, чтобы скорее натянул халат и штаны. Карцев вошел в лабораторию. Озабоченность по поводу Ольги, сразу смазалась – перед ним, упакованный в операционную форму, стоял обгорелый Кирилл. Он старался не выдавать своего волнения.
– Я думал, она пошутила, - недовольно выдал Карцев.
– Меня зовут Кирилл Семиовский, - он протянул руку, но быстро ее отдернул, сообразив, что этот жест не к месту.
– Вы, значит, были помощником профессора Данилевского? – Карцев оглядывал нелепого персонажа, стоявшего перед ним.
– Да, и я готовлюсь создать биорегулятор для моний, - собрав волю в кулак твердо заявил Кирилл.
Ему не понравился взгляд Карцева. Он позволял себе лишнего: все его тело, мелкие движения рук, наклон головы говорили о превосходстве над Кириллом. Но он не желал прогибаться перед каким-то хирургом. Кто был он, думал Кирилл, прикрываясь мыслями как щитом. Он же ассистировал самому Данилевскому и даже Кроберг признала его гениальность. Кирилл начал сверлить взглядом хирурга, показывая ему, что считает его равным в этом зрительном поединке. Карцев ухмыльнулся, встретив сопротивление выскочки.
– Что же, нам нужно готовиться. Девочку уже везут, - Карцев прошел мимо Кирилла и нажал на кнопку у противоположной двери.
Перед глазами Кирилла предстала уже знакомая операционная. Через открытую дверь тянуло прохладой. Кирилл чувствовал, как по ногам побежали мурашки. В мыслях вертелась мысль, что не он жертва, он – на другой стороне. Увидев насмехающийся взгляд Карцева, смотрящего из операционной, Кирилл нахмурился и стремительным порывом вошел в главное помещение.
– Я вообще-то еще не давал согласия оперировать Таню, - Кирилл старался совладать с дрожью в голосе и говорить твердо.
– Мне сказали резать и я буду резать, - Карцев натягивал маску на лицо, - лучше всего для этого подойдет девочка.
– Но Кроберг дала мне выбирать…
Карцев демонстративно расхохотался, напугав входивших в операционную медсестер. Двери приемной-лаборатории открылись – санитар катил перед собой каталку, на которой лежала Таня. Она испуганными маленькими глазками бегала по сторонам, пытаясь найти знакомое лицо. Как учил ее Каро – ищи тех, кого знаешь – они будут добрее. Санитар остановил каталку параллельно операционному. Медсестры подбежали к ней. Таня повернула голову направо и увидела знакомое обгоревшее лицо. Это был Кир. Она улыбнулась, но сморщенный лоб выдавал ее немой вопрос: почему он в одежде врачей? Внезапно в операционной «моргнул» свет. Таня зажмурилась и закрыла лицо дрожащими ручками. Кирилл смотрел на нее, уговаривая себя подойти и взять ее за руку. Таня медленно убрала ладони с лица и посмотрела на Кирилла. Ее широкие доверчивые глазищи дрожали под ярким светом операционных ламп. В ее маленькой головке писался ответ на ее вопрос. Раздался громкий зудящий звук, и свет в операционной погас. Таня вскрикнула.