Перельдар
Шрифт:
— Вряд ли, — процедил он.
Но Ида уже не слышала его, она мирно спала.
Оборотень усмехнулся, осторожно встал и подошел к кровати проверить Вейна. Как-то они совсем позабыли про него, да уж, ну и друзья. Залили глаза, и давай плакаться друг другу. А больной пусть хоть помрет. Эрик покачал головой, что-то он сегодня слишком сентиментален. На цыпочках волк вернулся к камину.
В голове хороводом кружились воспоминания. Как так получилось, что он оказался совершенно один? Почему так легко отказались от него самые близкие люди? Или не было дружбы, любви — все это фантастический мираж? Кто явился спасать его? Тот, кого его учили ненавидеть! Враг его народа! Дикий пес!
Немыслимо. Кто из его знакомых был способен на такое самопожертвование? Эрик не нашел ответа на этот вопрос. Он допил вино, собрал остатки ужина в корзину и растянулся на ковре рядом с девушкой.
— Теперь у меня будет новая семья: пес станет другом, а полукровка — сестрой. К демону все мысли! Пора спать! — с непонятным ему самому злорадством подумал оборотень.
— Спи спокойно, сестренка, я с тобой…
Глава 10. Маара
Утро началось с головной боли и дикой жажды. Ида тихо застонала и открыла глаза, потолок на мгновение качнулся, но тут, же вернулся на место. Скажите, пожалуйста, как она могла вчера выпить так много? Настоящая леди никогда не позволит себе больше одного бокала вина за ужином! Как хочется пить, лет пять жизни отдала бы за стакан воды.
Девушка лежала и вспоминала вечер, или скорее даже ночь накануне. Горячая волна стыда за то, что она говорила и спрашивала, заставила ее щеки вспыхнуть багровыми пятнами. Как же быстро стерся с нее лоск благовоспитанности, она вела себя как любопытная крестьянка!
Но история с братанием ей точно приснилась! Не мог высокомерный Эрик стать братом полукровки, пусть и названным. Ида с облегчением вздохнула, вполне убедив себя, что и многое другое из произошедшего было всего лишь невероятно ярким сном.
— Проснулась? — окликнул ее хриплый голос оборотня.
— Да, уже, наверное, позднее утро? — робко ответила она и осторожно села.
— А какая разница? — грубовато сказал Эрик. — Делать все равно нечего, будем отсыпаться.
Ида подняла правую руку к лицу и, не сдержавшись, застонала: запястье было замотано белой тряпкой. Девушка бросила быстрый взгляд на волка — так и есть, на его рубашке не хватало рукава. Вот ведь демон! Это правда! Она… Он… Они теперь…
— Жалеешь? — вкрадчиво поинтересовался Эрик.
— А ты? — вопросом на вопрос ответила Ида.
— Не особо, но ты, вижу, не в восторге, — криво усмехнулся он.
— Просто, я думала, что это все сон. Кажется, я вчера… — Ида запнулась.
— Выпила лишку? — еще шире улыбнулся оборотень.
Девушка расстроено кивнула.
— И теперь тебя мучает совесть, ты перебираешь в голове все, что сказала и сделала вчера? Какой стыд, я сказала то-то и то-то! — поддразнил ее Эрик.
— Не смей издеваться надо
мной! — вскинулась Ида.— Но я прав?
— Прав!
— Тогда могу тебя утешить, во-первых, ты вела себя вполне благопристойно и ко мне не приставала, я имею в виду как к мужчине. Во-вторых, можешь свалить все на непривычную обстановку, еду и приключения последних дней. Короче найди себе оправдание. В-третьих, ты скоро обо всем этом забудешь, так всегда бывает.
— Твои советы едва ли заткнут рот моей совести, — покачала головой девушка.
— Хватит ходить вокруг и около: ты жалеешь о том, что произошло вчера? Я имею в виду sich verbrudern?
— Я не понимаю твоего языка.
— Зато прекрасно понимаешь, о чем идет речь. Так? Мне нужен ответ: да или нет?
— Но Эрик!
— Да или нет?
— Нет, я ни о чем не жалею. Просто, как сестра я буду такой обузой. У меня нет ничего.
— Ты больше человек, чем эльф. Вы страшно меркантильные существа, и судите всегда по себе. Но если тебя это успокоит, то взгляни на меня. Оборотень — преступник, не имеющий семьи и дома, обреченный вечно скрываться и прятаться. Так что это я могу стать обузой.
Ида рассмеялась от всей души:
— Мы просто замечательно подходим друг другу в таком случае. И пусть наша бывшая родня лопнет от зависти.
— Именно так и будет. А теперь, я ухожу на поиски завтрака, а на тебе Вейн, — Эрик поднялся и направился к двери, уже на пороге он обернулся и с сомнением взглянул на раненого. — Хотя вряд ли он проснется так скоро.
Ида проводила его взглядом, затем заставила себя встать. Она на цыпочках подошла к псу, но он, то ли спал, то ли был без сознания. Поди, разбери.
На секретере стоял хрустальный кувшин с прохладным напитком. Девушка взяла его в руки и поднесла ко рту, не озаботившись налить жидкость в стоящий рядом стакан.
— Я - дикарка, — отругала она себя, когда жажда была утолена.
Ида отправилась в ванную комнату. Вчера наличие горячей воды не особо удивило переутомленный мозг. Сегодня же девушка внимательно осмотрела и саму ванну, и чудесный кран. В душе шевельнулась зависть — живут же люди… Или не люди? Да, какая разница! Вот в родительском доме для того чтобы она могла принять ванну, целой толпе слуг приходилось бегать вверх-вниз по лестнице с полными ведрами горячей и холодной воды. А здесь повернул голову у сказочной птички и звонко течет вода. Интересно, а почему она теплая? Надо спросить у Эрика.
Водные процедуры привели ее в чувство, а когда девушка обнаружила на полочке шкафа собственную чистую одежду, то радости не было предела. Неважно кто перестирал и высушил ее барахло. В таком богатом доме должно быть много прислуги. Хотя странно, что она никого до сих пор не видела… Ну и ладно.
Настроение портила только боль в руке.
Когда она вернулась в комнату, Эрик уже сидел на своем месте перед камином. Как много дала бы Ида, чтобы узнать, о чем он думает в этот момент. Вид у него был, мягко говоря, потрепанный и очень несчастный. Девушке стало жаль его.
— Я могу тебе помочь? — тихо спросила она.
Эрик дернулся и уставился на нее, словно впервые видел, потом покачал головой:
— Нет, ты не сможешь мне помочь. Не в этот раз. Я просто устал, вот и все, — он провел рукой по лицу.
Что еще он мог сказать ей? Мысли в голове путались: видимо его организм, уже истощил весь свой резерв. Эрик знал, что подобное должно случится, но надеялся, что сможет протянуть до того момента, когда очнется Вейн. Резкое ухудшение самочувствия его озадачило. Но сейчас не оставалось сил на то, чтобы все обдумать, еще немного и он просто свалится, где сидит, забывшись крепким сном.