Пепелище славы
Шрифт:
Для того, чтобы воздух внутри вытеснился, приходилось притапливать мех обеими руками. По счастью, наполнялся он быстро. Вода была совершенно ледяной. Наконец, последние пузырьки вырвались на свободу. С облегчением Нириэль заткнула пробку и подхватила за кожаные ремешки второй мех, уже полный…
Темная фигура за спиной возникла так внезапно, что эльфийка, вскрикнув, пошатнулась. И плюхнуться бы ей прямиком в холодные объятия реки, если бы напугавший незнакомец не успел подхватить ее за руки.
Слабый свет отразился в его зрачках -
– Харлак?
– удивилась она.
Странный северянин, напоминающий и орка и человека одновременно, отпустил ее кисти так поспешно, словно они были покрыты слизью. Каждое его движение отдавало крайней брезгливостью.
Некоторое время Харлак молчал - пытался придумать наиболее подходящее к эльфийке обращение.
– Послушай, женщина… Это правда, что твой народ разбирается в магии?
Похоже, с большим удовольствием он поговорил бы с жабой в пруду. Или мохнатым пауком. Нириэль терялась в догадках, чем был вызван подобный интерес.
– Среди нас встречаются, конечно, маги… - начала она.
– Но с каждым поколением все меньше и слабее…
– Да или нет?
– резко оборвал Харлак.
– Я не понимаю, что именно ты имеешь в виду!
– А то, что вы, длинноухие только без толку переводите пищу и дрова! Пора бы вам и пользу какую принести!
Прямолинейная эльфийка не выдержала:
– В прошлый раз ты велел не высовываться!
– Не испытывай моего терпения, женщина!
Сквозь уже привычное ледяное спокойствие полуорка просматривалось такое раздражение, что Нириэль окончательно растерялась.
– Подумай над моим предложением, - прошелестел Харлак.
– Оно касается всех вас. И передай своему желтоволосому спутнику - если вздумает своенравничать - как легко могу я до каждого из вас добраться!
– Я так и не поняла, чего ты от нас хочешь, но шантажом этого точно не добьешься!
Харлак неприязненно посмотрел на нее и, ничего не ответив, скрылся за поворотом тоннеля.
"Что это с ним?" - изумленно подумала Нириэль. Следующая мысль оказалась более определенной: "И что наговорил ему Шенгар?!"
Ривендор дрожал от бешенства.
– Это ему можешь передать, что случилось с последним, кто смел с тобой так разговаривать!
– кипятился он.
– Знала бы, что ты так на это отреагируешь, вообще бы молчала!
– разозлилась Нириэль.
– Я просто хочу разобраться, к чему это вдруг он завел подобные беседы.
– Да к чему бы не завел! Здесь все наперечет считают нас хлипкотелыми мямлями? У меня как раз чешутся руки доказать обратное! Вот и случай подходящий подвернулся!
– Хватит! Один раз ты уже кое-что доказал!
В пылу словесной перепалки двоюродные брат и сестра совершенно забыли про художника, внимающего каждому слову, обратив к ним незрячее лицо.
– Что значит -
с последним?– хмурясь, спросил Алангор.
– Нириэль кто-то угрожал?
– Ничего особенного!
– хором ответили спорщики.
– Это все из-за меня, - печально проговорил художник.
– Зря вы так рисковали, возвращаясь за мной. Стоило послушаться голосу разума и…
– Лежать трупами в разоренном лагере?
– перебил Ривендор.
– Остальные как раз так и поступили!
– Нет. Скакать во весь опор к городу, предупредить наших.
Ривендор сдвинул брови.
– Кому, как не тебе, понимать! Все, чему нас учили знать об орках - чушь и клевета!
– Этот вынужденный союз с урук-хаями не может продлиться долго. Орки есть орки, этого не изменить.
Нириэль тряхнула косой:
– Я и среди эльфов наблюдала такое, что любой орк посчитал бы верхом бесчестия!
– Все равно нам здесь не место, - сказал Алангор, нащупывая рукой полог шатра. Походка художника была еще нетвердой, но Нириэль, поднявшуюся было помочь, он упрямо отстранил в сторону.
Опираясь о шатровый столб, Алангор осторожно прошел внутрь.
– Он с каждым днем становится все невозможнее!
– в сердцах прошипела Нириэль.
– Будь снисходительной, он ведь лишился всего, что было дорого ему в жизни!
В глазах эльфийки сверкнул нехороший огонек.
– Все, ты говоришь? А я? Меня лишиться уже никому не жалко?
Неизвестно, до какой ссоры могло бы довести продолжение разговора, но тут появился Мардок.
– Слушайте, ушастые!
– в его устах старое, как вражда между расами, прозвище не казалось обидным. Наверное, потому, что говорящий не ставил целью оскорбить.
– Вы, случайно, в магии не разбираетесь?
– Да они сговорились!
– воскликнула эльфийка.
– Сговорились?
– не понял Черный Клинок.
– Ты сегодня не первый с этим вопросом, - объяснил Ривендор.
– А! Ну, просто Шенгар подсунул Харлаку про железо эту… как ее… книгу. А тот ничего, кроме картинок и не может разобрать. Вот я и подумал, может, вы… - Мардок заметно погрустнел.
– Значит, не разбираетесь.
– Погоди, - сказала Нириэль.
– Так весь этот переполох с магией означал, что вам просто надо прочитать книгу?
– Прочитать?
– Ну… Разобрать, что в ней говорится.
– Вроде того, - кивнул урук-хай.
– Так это никакая не магия! Конечно, мы можем ее прочитать. Это же просто!
– Отличная новость!
– просиял Черный Клинок.
– Пойду передам остальным!
Он скрылся так же поспешно, как и возник - только тихо прошуршали мягкие подошвы. Не прошло, однако, и пяти минут, как довольная физиономия Мардока снова выплыла из-за ближайшего шатра.
– Я тут подумал… Вы Харлаку, не говорите, что все просто. Походите там вокруг этой книги, побормочите чего-нибудь, круг нарисуйте. В общем, придумайте!