Чтение онлайн

Участие в сумасбродном походе было для Харлака шансом покинуть опостылевший мирок, сложившийся вокруг разленившихся от полувекового мира Северных Кланов. В компании смутьянов и сорвиголов, последовавших за призывом Шенгара, в отсутствие привычных лидеров и вождей, начинали складываться новые отношения. И Харлаку, с его хладнокровной рассудительностью, наконец-то отыскалось достойное место.

Все это Шенгар пытался растолковать бледнеющему, краснеющему и зеленеющему от подобных историй Ривендору. С единственной целью отвлечься от навязчивой картинки огромных глыб, маячащей перед глазами.

Так, беседуя, они

добрались до лагеря. У выхода в зал начинающий вождь окончательно взял себя в руки, чтобы появиться перед соратниками спокойным и уверенным. Лишь вновь обозначившаяся хромота подсказывала знающим положение вещей, что внутри у Шенгара далеко не все в порядке.

Возле костра их ждала Нириэль, отдохнувшая и посвежевшая. Еще слегка влажные после мытья волосы пушились золотистым облаком, расчесанные ОЧЕНЬ ТЩАТЕЛЬНО. Свежепостиранная рубаха тоже не до конца просохла и липла к стройному телу эльфийки.

– Вы ушли одни, не разбудив меня!
– с упреком воскликнула Нириэль.

Шенгар промычал что-то невнятное и, срочно отыскав очень интересную точку на пологе ближайшего шатра, принялся ее внимательно рассматривать - на всякий случай, чтобы не пасть жертвой самых противоречивых чувств и устремлений. Картинка с глыбами перед внутренним взором таяла, как страшный сон, сменяясь другой, куда более привлекательной. "Болван, - твердил себе молодой орк, - думай о том, что делать с обвалом, или тебе вообще ни одной женщины не видать, как ушей!"

Совсем юный охотник из клана Леденящая Cмерть, завидев вернувшегося предводителя, сунулся было с каким-то вопросом, но осекся на полуслове, промямлил что-то вроде "ладно, потом" и удалился восвояси, пылающий, как закатное солнце. Даже Ришнар отвернулся на удивление поспешно.

И один лишь только Ривендор не обратил вообще никакого внимания на пленительную картину. Вкратце он поведал сестре о причинах всеобщего уныния.

– Увы… Кажется, мы все угодили в одну ловушку. Сохранность наших жизней зависит от того, насколько быстро этот завал будет ликвидирован.

– Положим, не совсем, - негромко сказал Шенгар, убедившись, что рядом нет никого из соплеменников.
– Вас, в случае чего, я смогу незаметно вывести из пещер до того, как меня начнут рвать на куски. А вот сам я крепко влип.

– Это наша вина, что тебе пришлось идти на крайность, приводя их сюда, - резко возразила Нириэль.
– Так что помочь тебе - наш долг.

– Я, конечно, очень признателен, - глубоко вздохнул предводитель орков.
– Но чего я бы действительно попросил, так это не мешать. По крайней мере, не смущать моих товарищей. А то они сейчас вместо работы только ходят кругами, да глазеют.

"И меня тоже", - хотелось прибавить Шенгару в заключение, но он промолчал.

Эльфы недоуменно переглянулись, хлопая ресницами.

– А что, собственно, не так?

– Э… Ну…

Ришнар до сих пор меланхолично проверял заточку любимого клинка. Не отрываясь от этого, несомненно, важного занятия, он снизошел до объяснения:

– Надень что-нибудь. Сверху. А то эта толпа невыдержанной молодежи передерется за право овладеть тобой.

Так ничего до конца и не разобрав, эльфийка пожала плечами и скрылась в шатре. По меркам своей расы, довольно равнодушной к плотским утехам (по крайней мере, в открытом проявлении) и считающей красоту тела естественным свойством, не заслуживающим

особого отношения, она не совершала ничего предосудительного. Если честно, она вообще собиралась сушить рубаху отдельно, остановило лишь отсутствие подходящей веревки.

– Молодежи, - буркнул Шенгар.
– Сам бы слюни подобрал!

Старый орк сделал вид, что ничего не расслышал.

Когда Нириэль вышла обратно, на ней уже была привычная свободная куртка. Чистая и залатанная. Волосы лучница заплела, для пущей сохранности, в длинную косу.

– Так лучше?
– спросила она.

"Хуже!"

– Да, лучше.

Сохраняя задумчивость, эльфийка вернулась на свое место у костра.

– А кстати, - проговорила она вдруг.
– Ришнар, тебе же точно не сносить головы, если с рудником ничего не выйдет!

– Верно, - согласился тот.

– А почему ты тогда такой уверенный и спокойный?

– О, кто-то, наконец, вспомнил про никчемного старика!
– усмехнулся бывший сотник. На редкость плотоядно.

– Ты знаешь, что делать?!
– пораженно воскликнул Ривендор.

– Возможно.

– И ты молчал?!

– Это вы молчали, - развел руками седой орк.
– А теперь задали вопрос. И я на него ответил. Да, я знаю, как справиться с завалом. Это зависит от некоторых обстоятельств… Но, в общем, вполне возможно.

Шенгар недобро лязгнул клыками:

– В следующий раз не жди вопроса.

– С чего это вдруг? Заваленный ход - ваша забота. Вам ее и решать. Мои цели совсем другие. Я тебе не пленник, ты мне не командир.

– Чего ты добиваешься, старик? Разозлить меня? Ты уже это сделал.

– Всего лишь признания собственной необходимости, мой юный вождь. Когда прежде, чем повесить нос и объявить задачу неразрешимой, ты будешь думать, а не знает ли Ришнар ответа на твой вопрос. Вот тогда я, возможно, не буду дожидаться произнесения его вслух.

– Сгори ты на солнце, старый пень! Давай, выкладывай, что хотел предложить!

– Мне понадобится прогуляться до одного из старых тайников, - коротко сказал Ришнар.
– И несколько сопровождающих, чтобы помочь в переноске.

– Я сам с тобой пойду, - заявил Шенгар.
– Да чтоб мне в речке утонуть, если я хоть на мгновение тебя без присмотра оставлю!

Белесая рыба с затянутыми кожистой пленкой глазами лениво шевелила губами, подбирая со дна каких-то мелких червей и рачков. Незрячая, она не могла уловить нависший над водой - и ее собственным тучным брюхом - опасный силуэт. Резкое перемещение, стремительный рывок - поломанные, но от того не менее страшные когти сомкнулись под жабрами незадачливой подземной обитательницы.

"Я действительно ее вижу. Это не бред", - подумал Орог, вспарывая брюхо своей добыче.

Долгие дни (недели? месяцы? годы?) единственным видимым контуром, составляющим контраст окружающей мгле, были лишь смутные очертания собственного тела. Нет, пожалуй, все-таки не годы. И наверное, даже не месяцы - такой срок не пережить в голодных полных отчаяния скитаниях и выносливому орку.

Порой ему казалось, что он умер и попал на Тропы Тьмы, где будет бродить целую вечность, как и полагается в посмертии существу, порожденному черной магией. Его отощавшие руки и впрямь больше подходили живому скелету, чем крепкому молодому охотнику.