Чтение онлайн

– Ебал я таких собак!
– В сердцах выматерился он, потирая шишку на затылке

– Капитан, ты понимаешь, что это уже статья?

Мы с Катей, хохоча выдержали на себе его скептический взгляд, и снова принялись за работу. Когда на горизонте начало светать, моя лопата наконец-то с глухим звуком ударилась во что-то твёрдое. Наскоро расчистив землю, мы увидели крышку гроба с огромной дырой посредине.

– А ну-ка...
– Капитан присел и сунул руку в дыру, пошарил там немного и вытащил обратно.

– Ну? Что там?
– Голос Кати звучал несколько напряженно.

– Пусто.
– Полицейский

вытащил руку и отряхнул её.
– Только щепки и земля.

– Бляха-муха...

– Блядь!
– Я сплюнул и закурил, опёршись на лопату.

– Знаешь, Крокодил, - мрачно проговорил капитан.
– Сам не думал, что скажу это, но я начинаю тебе верить.

– Если бы не верил, сюда бы не пришел.

– Не передергивай.

– Что будем теперь делать?
– Спросила девушка, всё еще стоя с фонариком.

– Закапываем и валим, пока еще никто не пришел.

Я вылез из могилы, помог выбраться полицейскому, и мы принялись забрасывать яму землёй. До открытия кладбища оставался час, до поезда - четыре. Лопаты Эмбер вызвалась выбросить сама. Скорее всего сожгла их, или расплавила. Мы втроём, грязные, уставшие и голодные, на полном пофигизме прошли через главный вход мимо всё так же мирно спящего охранника. Завидую этому человеку, честно!

– Слышишь, Крокодил.
– Окликнул меня капитан, после того, как мы попрощались у его машины.
– Ты телефон мой запиши. Если еще что-то раскопаешь - дай знать.

– Добро.
– Кивнул я, записав цифры в мобильник.

Мы с Эмбер отправились прямиком в одну круглосуточную сауну, знакомую мне по бесшабашной студенческой жизни. Не для того, чтобы как-то бурно провести время, нет - просто помыться. Не очень хотелось ехать чумазыми до самого Киева. Уже через три, всё-таки неплохо проведённых часа (ну а что, эмоциональная разрядка всё же важна), мы ехали в такси на вокзал. Катя устало дремала на моём плече, а я, как уже бывало раньше, погрузился в свои мысли.

Если с Сашкой всё стало более-менее ясно - нашёл книгу, перевёл парочку заклинаний, прочитал их, умер, восстал. Да, для меня это уже звучит не так удивительно, скорее - закономерно. Как ни крути, я это на своей шкуре испытал. Так вот, если с Сашкой... Да нет, блядь, ни хуя с ним не ясно! Ну вот воскрес он, хорошо, а какого хрена ему потребовалось... А, ну да. Если предположить, что он в мертвом теле, то становится понятно, зачем ему высасывать жизнь из других. Только что за бредовые мысли им движут?

Твою мать! Он же целый месяц не мог из могилы выбраться! Блин, я даже представить не могу, через что он прошел... И тем не менее, я не могу одобрить его поступки, они слишком уж... бесчеловечны. Такое чувство, что того, кого я знал большую часть жизни, буквально подменили бездушным психопатом! Ладно, оставим пока его в сторонке, тут бы в себе разобраться для начала.

Не считая того, что меня начал напрягать голос, появляющийся в моей голове, меня еще пугает тот факт, что во мне поселился страх. Страх собственной силы! Это... Не знаю, это, как если бы Эмбер боялась огня, а Кенни падал бы в обморок при виде крови! Так еще и этот голос! Как он сказал? Это не мой страх? То есть, он чужд мне, кем-то привнесён... Алекс! Это же он, падла, последний ко мне в голову лазил! Еще и видения эти наслал! Ну держись, козёл, будет тебе перемирие!

Таксист забрал причитающиеся

ему деньги, мы спокойно успели на поезд, вошли в двухместное купе и, закрыв дверь, расположились на полках. Не успел я коснуться головой подушки, как Катя, полностью раздевшись, юркнула под моё покрывало и, прижавшись к моей груди, умиротворённо засопела. Под мерный стук колёс и покачивание вагона уснул и я. Мы ехали домой.

***

– Разрешите войти?

– А, Петрович, проходи, присаживайся.

Капитан Васильев открыл дверь кабинета и твёрдой, уверенной походкой вошел внутрь и сел в кресло возле стола. Получать нагоняй от начальства ему за двадцать пять лет карьеры в органах было не впервой. К тому же, он был уверен в своей правоте: мало того, что подозрения оказались верными, так еще и задержание этой парочки помогло ему неплохо так продвинуться в собственном неофициальном расследовании. По крайней мере, теперь ему многое стало понятно.

Майор Соловьёв несколько секунд молча рассматривал капитана, после чего вздохнул и слегка хлопнул ладонью по столу:

– Гена, скажи мне, сколько ты уже без отдыха пашешь? Три года? Четыре?

– Четыре с половиной.
– Мрачно ответил тот.

– Плохо это.
– Майор встал и прошелся по кабинету.
– Работа на износ - она, знаешь ли, никого до добра не доводит. Мы и так на пенсию рано идём...

– Я пока на пенсию не собираюсь.
– В голосе Геннадия Петровича прорезалось раздражение.

– Я тебя и не вынуждаю. Просто настоятельно рекомендую тебе сходить в отпуск.

– Отпуск?

– Он самый. Петрович, ну очевидно же, что ты устал. Вот уже и хватаешь кого ни попадя. Ладно в этот раз я тебя прикрыл, но что если в следующий раз не смогу? Если пойдет по отделу слушок, что Акелла промахнулся? Сам знаешь, Глушко церемониться не станет, выпнет тебя отдыхать по выслуге лет, и дело с концом.

– Отпуск...
– Капитан словно смаковал это слово, вспоминая его значение.

– Отпуск, Гена, отпуск.
– Майор вернулся за стол, налил себе стакан воды из графина и сделал пару глотков.
– Свози жену на море, в конце концов. Или в Карпаты, там сейчас обалденно.

– Или в Киев...
– Погруженный в свои мысли, проговорил Геннадий.

– Вот!
– Майор всплеснул руками.
– Заодно с Нечипурой повидаешься, привет ему передашь! Ну что? По рукам? Ты не переживай, с Глушко я договорюсь!

– По рукам.
– Капитан встал и протянул майору руку.

– Вот молодец!
– Соловьёв ответил на рукопожатие.
– Значит, сегодня передаёшь дела коллегам, а с завтрашнего дня чтобы я тебя две недели здесь не видел! Приказ ясен? Выполняй!

– -

[(Нем.) 'С нами Лич']

– Эрик! Как хорошо, что ты пришел, я уже собиралась тебе звонить!

Роза первая встретила меня на пороге гостиной, но я прошел мимо неё, прямо к её белобрысому братцу.

– Здорово, Алекс!
– С наигранно широкой улыбкой бодро выпалил я, тут же угощая его хлёстким апперкотом в челюсть.

– Эй!
– Послышался голос Кенни.
– Какого хрена, мужики?!