Пепел и снег
Шрифт:
– Он был славным воином, – сказал Ромни, подходя ко мне.
Эссгард тоже присел рядом и обнял меня за плечи.
– В одиночку уложил целый отряд троллей, – добавил он.
– Мы всегда будем помнить его, – сказал Миллиндрел и встал рядом с братом.
Я заморгала, слезы потекли у меня по щекам.
– О Эш… – прошептала я и сжала его ладонь. Невидимая рука крепко сдавила мне горло. – Без тебя я словно умерла. – Я наклонилась к нему ближе, стараясь запомнить как можно лучше его лицо. Мой взгляд скользнул по его светлым ресницам, прямому носу, красиво очерченному рту, загорелой коже,
Поджав губы, я подавила рыдания и провела ладонью по его мускулистой груди. Когда она скользнула по карману на его дублете, я вдруг замерла. Пальцы нащупали что-то внутри. Я запустила их в карман и вытащила пузырек, но драгоценного эликсира там оставалось на самом донышке.
Я тяжело вздохнула.
– Слезы грифона, принадлежавшие Галхоэ. – Я скривилась и покачала головой. – Лучше бы ты отдал ей слезы… – Я не договорила, так как больше не в силах была сдерживать душившие меня рыдания. Я не могла вздохнуть, слезы застилали глаза, одна только мысль о случившемся ранила меня больнее, чем сотни кинжалов. Я кричала и плакала, но внезапно замерла. В моем сознании мелькнула странная мысль, и все происходящее предстало передо мной с пугающей ясностью.
– Снежка? – Туриад нахмурился и наклонился ко мне поближе.
– Галхоэ сказала, что в слезах заключена самая могущественная магия на свете… – пробормотала я, открывая крышку пузырька.
– Снежка, не надо! – воскликнул Эссгард, мои намерения встревожили его. – Это опасно!
Я прищурилась и бросила на него дерзкий взгляд.
– Он уже мертв, – с кривой усмешкой ответила я и наклонила пузырек над губами Эштона. Последняя серебряная капля скользнула к самому краю и упала на его губы, а затем просочилась в рот.
Я ждала, чувствуя, как постепенно сознание покидает меня, и все надеялась увидеть хотя бы какой-то признак того, что он вернется к нам. Не сводила взгляда с его неподвижной груди… Но ничего не случилось.
– Не стоит даже пытаться, – тихо пробормотал Ромни. Он разочарованно вздохнул и отошел в сторону.
– Попрощайся с ним, девочка, – сказал Туриад и ласково положил ладонь мне на затылок. – Мы о нем позаботимся.
Сердце затрепетало в груди. Я понимала, что это конец. Безмолвные слезы катились по щекам. Не в силах произнести ни слова, я кивнула.
Мое сердце разрывалось на части. Я склонилась над Эшем и в последний раз с нежностью поцеловала его. Губы Эша оказались неожиданно теплыми, и от прикосновения к ним тепло разлилось по всему моему телу, пробуждая в нем каждый нерв. Нежные пальцы дотронулись до моей шеи, поднялись к подбородку… Мне так хотелось, чтобы это оказалось правдой, но я понимала, что мой охваченный горем разум обманывает меня.
Отстранившись от него, я тут же упала ему на грудь и разрыдалась.
– Снежка? – послышался спокойный и нежный голос.
Я открыла глаза и задрожала от ужаса. Каждый дюйм моего тела напрягся: я наблюдала, как грудь Эштона вздымалась и опускалась подо мной. Его пальцы гладили мои черные локоны.
– Что случилось? – спросил он.
– Эш? – только и смогла пролепетать я, и наши взгляды встретились. В его карих глазах больше
не было магического света, напоминавшего о проклятии. Они смотрели на меня с безграничной нежностью.Я замерла.
– Эш, ты живой?! – пораженно проговорила я и провела дрожащими пальцами по его подбородку.
Он нахмурился.
– Разумеется, – уверенно ответил он и накрыл мою ладонь своей. – Так что все-таки случилось? – Эш обвел взглядом разгромленный тронный зал и посмотрел на каждого из магов, безмолвно взиравших на него. – Почему все здесь? Мы победили?
Слезы застилали глаза, но теперь это были слезы радости.
– Мы победили, любимый! – Сердце быстро забилось в груди от охвативших меня чувств, и я прижала ладонь к его щеке. – Мы победили. – И печальная улыбка появилась на моих губах.
Маги за моей спиной вздохнули с облегчением. Возвращение Эштона к жизни было подобно лучам солнца, осветившего нас в самый мрачный день, исцелившего наши израненные души, вдохнувшего в них надежду и безграничную благодарность.
– Я умираю от жажды, – проговорил Эш, когда я помогла ему подняться.
Туриад наклонился и закинул руку Эша себе на плечо, поддерживая его.
– Я знаю, что тебе сейчас нужно, друг, – сказал маг и, посмотрев на меня своими зелеными глазами, добавил: – Что нужно нам всем!
Глава сорок первая
Янтарные лучи пронзили витражные стекла в окнах, диск заходящего солнца поцеловал горизонт. Мы с Эшем молча шли по коридору. С того момента, как я рассказала ему о гибели Леандра, мы почти не разговаривали…
Мы уже подошли к комнате, где собрались маги, когда Эш вдруг остановился посреди пустого коридора и судорожно втянул воздух.
– Поверить не могу, что мы его потеряли, – быстро прошептал он. Его глаза выглядели усталыми и воспаленными. Он взволнованно пригладил волосы, словно пытаясь осмыслить случившееся. Как бы мне хотелось избавить его от этой боли!
– Мы обязаны ему нашей победой, – сказала я и положила ладонь ему на грудь, тут же почувствовав, как быстро билось сердце Эштона.
Я наклонила голову и поджала губы, пытаясь сдержать слезы, наполнившие мои глаза.
Его пальцы скользнули по моей щеке и остановились под подбородком. Он поднял мою голову, и наши взгляды встретились.
– А ты спасла мне жизнь… во второй раз, – его голос был словно мед. – Обещаю тебе, моя прекрасная возлюбленная… – его глаза заблестели, их наполнила решимость. – Я не потрачу твой дар впустую.
Я прикусила нижнюю губу, не в силах сдержать слезы, текущие по лицу.
Одним быстрым движением Эш обхватил меня за талию и притянул к себе. Он заключил меня в крепкие объятия – такие долгие и так много для нас значащие, что в словах не было никакой необходимости.