Пауки в банке
Шрифт:
На них, возможно, скопированы ключи от мира.
Сенатор захлопнул короб, посмотрел на убитого и поджал губы. Надо было сказать хоть что-то, поблагодарить за службу, самоотверженность! Но у него просто не нашлось слов, а любое продление просто умножение агонии. Он проверил свой пистолет. Всего одна обойма, без одного патрона. Зажигалка и портсигар, а впереди километры присыпанных снегом холмов Фера или Кахаара.
Стены зала украшены мраморными панелями, со вставками красного дерева. По краям идёт золотая вязь. Огромные окна кокетливо прикрыты толстыми шторами, цвета рубиновой крови. За
Он разминает в пальцах сигару и задумчиво смотрит на стоящего перед столом Драцара Волгшена. Главный контрразведчик склонил голову и смотрит в пол. Лицо напряжённо, на лбу выступила испарина. В искусственном глазе отражается геометрический узор ковра.
Мужчина провёл сигарой под носом, довольно кивнул и отрезал кончик ручной «гильотиной». Так подходящей для отрубания пальцев. Лезвие со щелчком разрубило коричневые листья табака. Кончик отлетел в подставленную ладонь Драцара. Мужчина сунул сигару в зубы, демонстрируя идеально белые резцы. Каждый такой стоил годового бюджета небедной семьи. Не простая керамика, но сплав драгоценных и редких металлов с биокерамикой. Не то чтобы это была так необходимо, но король обязан использовать лучшее и быть лицом нации.
Талэгор Каргштайн, наследный правитель Кахаара, не просто лицо нации. Он её душа. По крайней мере, так вещает государственная пропаганда. Всё-таки куда проще сплотить людей вокруг личности, чем вокруг идеи.
Драцар убрал обрезок в карман и со всем почтением взял со стола коробок спичек. Длинных, как копья. Чиркнул одной и поднёс огонь к сигаре. Король неспешно подкурил, выпустил первые, слабые клубы дыма из уголка рта и откинулся в кресле. Затянулся, покатав дым, как вино во рту, и медленно выдохнул в потолок.
— Что ты сделал? — Спросил он, рассматривая древнюю лепнину. — Повтори, я не расслышал.
— Я отдал приказ атаковать ставку Андера. — Отчеканил Драцар. — Только они могли влезть во всю операцию и перехватить коды.
Король положил свободную руку на стол и трижды стукнул пальцем, с каждым разом ускоряясь. По лицу пробежала гримаса.
— Ты. Отдал приказ. От моего имени. Атаковать официальное представительство, одной из великих держав. В момент. Когда. Мы и без того воюем с аянами. Хм, наверное, у нас есть секретное оружие или я забыл, что правлю самой сильной страной на континенте?
— Нет, господин. Это было необходимо. Если бы они передали данные из чемоданов в Андер. Всё было бы зря.
— Если бы, было бы. — Прорычал король, стискивая кулак. — Перерубил бы кабель! Его поломку легко скинуть на стихию или диверсию Фера! Нет, ты решил ввязать в войну Андер! Ты хоть представляешь, что с нами случится, когда их авианосцы прибудут к нам?! Что останется от столицы?! Нет, от всей страны! Руины и щебень, вот что!
— Ваше Величество, если они завладеют платформой, от нашего будущего даже руин не останется.
Король сжал губы в тонкую линию, меж век сверкнуло лазурное пламя и тут же потухло. Он тяжело вздохнул и покачал сигарой, держа её меж двух пальцев.
— Всё идёт совершенно не по плану…
— У нас ещё есть время. — Контрразведчик поднял взгляд. — Армада не пересечёт океан за неделю. Аяны не оправились от шока. Так что, осталось только добыть оригинал данных.
— Угу, думаешь успеем расшифровать?
А если перехватят при доставке?Драцар достал из-за спины старомодную папку, обтянутую кожей. Осторожно положил на стол и подвинул к королю. Тот задумчиво распахнул, попыхивая сигарой. Пробежал взглядом по первым страницам.
— Аркштайн?
— Одна из побочных ветвей вашего рода. — Кивнул Драцар. — Никаких прав на престол или политического веса. Она даже не знает о родстве.
— Да какое там родство… — Фыркнул король, но всё же присмотрелся к фотографии Грэйн. — Наверняка прадед оприходовал горничную или гостящую княжну.
— Садовницу.
— Серьёзно? Почему все мои предки норовили подмять под себя прислугу?
— Думаю дело в психологии. Раз король всемогущ, то, чего ему стоит потешить плоть с садовницей. В конце концов, он ведь самодержец.
— Что-то я с таким не сталкивался… — Пробурчал Талэгор, перелистывая страницы. — Но у неё нос прямо как у деда, даже жутко. Смотрю, она компетентна.
— Фанатик. Когда у женщины не складывается личная жизнь она все силы отдаёт хобби, или котам. Чаще всего котам.
— Бедная девочка… впрочем, чем меньше таких доказательств блуда, тем лучше… хм… Пуля в голову?
— Полагаю выстрел был под углом и в череп пришёлся удар по касательной. Отчего пуля срикошетила.
— Даже не знаю, удача это или нет.
Король кивнул и закрыл папку, оттолкнул от себя движением пальцев. За окном, гудя винтами, пролетел вертолёт, и гул проник даже сквозь стеклопакет. На борту красуется королевский герб. Машина скрылась за углом, где находится посадочная площадка. Талэгор вздохнул и поднялся.
— Ладно, одобряю все действия. Отчётность каждый день. Доступ к прямому каналу связи тебе выдадут.
Контрразведчик поклонился и отступил в сторону, последовал за королём. У роскошной двери, больше похожих на врата в языческий рай, монарх остановился и положил руку с сигарой на плечо Драцара. Едкий дым кольнул того в уголок глаза, и там сразу остро зачесалось. Набухла слеза.
— Волгшен. — Сказал король, сжимая плечо и глядя в единственный глаз. — Сейчас от тебя зависит не только судьба родины, но всего мира. Надеюсь, ты это понимаешь.
Не дождавшись ответа, он сунул сигару в зубы и толкнул дверь. С той стороны выстроилась личная охрана с модифицированными винтовками и лёгкой броне, выкрашенной в цвета королевского дома. Талэгор прошёл мимо них, не обращая внимания, двинулся по широкому коридору к мраморной лестнице. Охрана пошла следом, а разведчик остался. Искусственный глаз смотрит прямо, пока живой опущен.
— Понимаю, как тут не понять? — Пробормотал Драцар, сжал кулаки.
Синая откинулась в кресле, в который раз перечитывая отчёт об операции внедрения и смотря записи. Нижнее веко подрагивает, а глаза красные от разбухших прожилок. Количество окурков в пепельнице намекает, что лёгкие у неё теперь черны, как душа. Ассистенты торопливо кладут рядом папки с донесениями и сводками, убегают, прикрывая рот и нос ладонью.
Некурящий, только зайдя в кабинет Синаи, получает десятилетнюю дозу смол и никотина. По всему агентству ходят слухи, что уборщик, следивший за частотой в её вотчине, умер от рака лёгких. А самой старухе давно пересадили синтетические или молодые от недобровольного донора. К их несчастью, у Синаи из искусственного только зубы. Родные давно не выдержали дыма.