Чтение онлайн

Томми поднялся, раскланялся и помахал стетсоном [16] из шкуры техасского волка. Губы улыбались, а глаза норовили испепелить Кронски. Все присутствующие знали, что отношения между этими двумя, мягко говоря, далеки от приятельских.

— Доставка сюда этой глыбы льда, в которой сохранилась стайка желтоперых лососей, оказалась осуществимой — возмутительно дорогой и трудной, но осуществимой. — Кронски помолчал, чтобы сказанное дошло до гостей. — Таким образом, дорогие друзья, мы станем первыми людьми за последние сто лет, кому удалось поужинать желтоперым лососем.

От такой перспективы слюнки потекли даже у некоторых вегетарианцев.

— Смотрите, экстинкционисты, смотрите и наслаждайтесь?

Кронски щелкнул пальцами, и несколько кухонных рабочих выкатили тележку в центр банкетного зала и установили ее на стальную решетку. Затем рабочие сбросили униформу, под которой оказались костюмы обезьян.

«Возможно, с обезьянами я переборщил, — подумал Кронски. — Слишком уж по-бродвейски».

Но, окинув гостей быстрым взглядом, он убедился, что те по-прежнему увлечены зрелищем.

Кухонные рабочие на самом деле были цирковыми акробатами из вспомогательной труппы «Цирка солнца», [17] гастролировавшей по Серверной Африке. Они охотно прервали на несколько дней свои гастроли, чтобы дать частное представление для экстинкционистов.

Они залезли на глыбу льда, закрепились тросами, скобами и кошками и принялись разрушать ее появившимися словно по мановению волшебной палочки цепными пилами, огненными мечами и огнеметами.

Зрелище получилось эффектное. Лед разлетался по все стороны, осыпая гостей осколками, механизмы испускали оглушительный шум.

Очень быстро из голубоватых ледяных глубин появилась стайка желтоперых лососей. Рыбы с выпученными глазами замерли в момент поворота, скованные сверхбыстрым замораживанием.

«Вот это смерть, — подумал Кронски. — Без малейшего предупреждения. Чудесно».

Актеры принялись вырезать рыбу вместе с блоками льда, передавая каждый брусок появившимся из боковых дверей поварятам, вооруженным газовыми горелками. Замороженных рыбин помещали в нагретое сито, дабы растаял оставшийся лед, затем каждую тушку мастерски разделывали и поджаривали на оливковом масле вместе с ассорти из нарезанных кубиками овощей и толченым чесноком.

Вегетарианцам подали ризотто с шампанским и грибами, хотя Кронски не рассчитывал, что многие согласятся отведать его, в любом случае мясоеды предпочтут рыбу, хотя бы ради того, чтобы воткнуть в нее вилку.

Блюдо имело огромный успех, и скоро зал гудел от возбужденной болтовни.

Кронски заставил себя съесть кусочек филе, несмотря на волнение.

«Восхитительно. Какой тонкий вкус…»

«Они думают, что это гвоздь программы, — подумал он. — Даже не представляют, что их ждет».

После кофе, пока экстинкционисты распускали пояса или крутили в пальцах толстые сигары для равномерного тления, Кронски приказал обслуге приготовить зал к заседанию суда.

Приказ был выполнен с быстротой и ловкостью команды «Формулы-1», что было неудивительно после трех месяцев натаскивания и порки. Причем в буквальном смысле. Рабочие кинулись к решетке, под которой в яме стояла вода от растаявшего льда и плавали кверху брюхом никому уже не нужные желтоперые лососи. Эту часть пола они закрыли и открыли другую яму, облицованную стальными, испещренными

пятнами сажи листами.

В центр зала, убрав тележки со льдом, выкатили скамью подсудимых, по сторонам от нее установили две трибуны, оборудованные портативными компьютерами с поворотными мониторами. Скамью подсудимых накрыли клеткой. Самого подсудимого скрывал занавес из леопардовой шкуры.

Разговоры стихли, и гости затаили дыхание в ожидании грандиозного разоблачения. Ради этого момента они все здесь и собрались: миллионеры и миллиардеры, заплатившие бешеную цену за то, чтобы на мгновение почувствовать себя безгранично могущественными — настоящими вершителями судьбы целого вида. Они пытались показать всей планете, кто ее настоящий хозяин. Гости не заметили, как на верхней галерее появилось около дюжины снайперов, на тот случай, если представшее перед судом существо решит продемонстрировать какие-либо магические способности. Спасательная операция из-под земли не представлялась сколь-нибудь реальной, поскольку зал покоился на железобетонном фундаменте.

Кронски смаковал мгновение. Он медленно поднялся на ноги и неторопливо двинулся к трибуне обвинителя.

Сцепив пальцы, доктор дождался, пока напряжение в зале не сделалось почти нестерпимым, и начал свою вступительную речь.

— Каждый год мы предаем суду редкое животное.

С трибун донеслись восторженные крики, от которых оратор добродушно отмахнулся.

— Настоящему суду, на котором хозяин выступает в качестве обвинителя, а кто-то из вас, счастливчиков, в качестве защитника. Идея проста. Если вам удастся убедить жюри из непредубежденных присяжных…

Снова крики.

— …что сидящий в этой клетке вносит положительный вклад в существование человека на Земле, мы освободим это существо. Такое, можете верить или не верить, случилось в одна тысяча девятьсот восемьдесят третьем году. Тогда я еще не состоял в организации, но меня заверили в истинности происшедшего. Если защитнику не удастся убедить присяжных в полезности животного, я нажму эту кнопку. — Толстые пальцы Кронски игриво коснулись огромной красной кнопки на пульте дистанционного управления. — Животное провалится из клетки в яму и пройдет через лазерный луч, запускающий реактивные газовые горелки. Voila, мгновенная кремация. Позвольте продемонстрировать вам их действие, доставьте мне такое удовольствие. Яма новая, я испытывал ее всю неделю.

Он кивнул одному из слуг, который тут же стальным крюком оттащил в сторону секцию решетки. Кронски взял дыню из фруктовой вазы и бросил ее в яму. Раздался гудок, после чего из расположенных в стенах ямы сопел вырвались струи сине-белого пламени. Дыня превратилась в обугленные хрустящие корочки.

Представление вызвало бурные аплодисменты, но не всем понравилась игра Кронски «на зрителя».

Джеффри Кунц-Майерс сложил ладони рупором.

— Давай, Дамон. Что ты приготовил нам сегодня? Надеюсь, не обезьяну? Каждый год одни обезьяны.

Обычно подобные замечания ужасно раздражали Кронски, но только не сегодня. Сегодня любые нападки, какими бы остроумными они ни казались, исчезнут из памяти людей в тот момент, когда откроется занавес.

— Нет, Джеффри, это не обезьяна. Что, если…

Джеффри Кунц-Майерс громко застонал.

— Прошу тебя, хватит «что если», наслушались про рыбу. Покажи нам уже эту проклятую тварь.

Кронски поклонился.

— Как вам будет угодно.

Он нажал кнопку на пульте дистанционного управления, и со стропил опустился широкоформатный экран, закрывший всю заднюю стенку. Еще одна кнопка, и занавес, закрывавший сидящее в клетке существо, плавно скользнул в сторону.