Ожившая весна
Шрифт:
Но нет. Не-ет. Не так.
Дырявлю ножем гнилые бошки, пробираясь в одно из парадных. Но твари и там. Вонючие куски мяса!
Забавно. Я столько раз мог умереть от рук самых крутых профи, а сдохну от дурацкого укуса, допущенного мною же по нелепой случайности. Секундной невнимательности.
Выбираюсь на крышу. Подхожу к краю и гляжу вниз на безмолвную мертвую улицу. Мертвый город. Мертвые жители. И я мертв. Скоро буду уже окончательно.
Ну и плевать. Лишь бы только она добралась. Лишь бы только была жива. Жила нормальной жизнью, была счастливой, пусть
Наташа верит, что там, на другой стороне что-то есть. Сейчас, стоя на краю, трусливо хочется в это верить. Но больше в то, что если все эти сказочки правда, мне придется ждать многие годы встречи с ней.
Глава 47
Наташа
Я резко проснулась, как по щелчку. И как только вообще смогла уснуть после всего, пусть и не на долго? Наверное, сказались две минувшие бессонные ночи. Я помнила, как пересела назад, когда мы наконец оторвались, по просьбе Рустама уступив переднее пассажирское Максу. Помнила, как решила закрыть глаза на минутку.
– Проснулась, - странным тоном донеслось с водительского сиденья, на котором был Макс. Захар с ним рядом на переднем пассажирском. Возле меня Вова. Оборачиваюсь и натыкаюсь взглядом на Юлю и Диму. Их настороженные взгляды полны сочувствия.
– А где Рустам? – все мерзко сжалось внутри.
Не отвечая, Макс съехал на обочину и затормозил. Вылез из машины под слепящее солнце, я следом. И все остальные тоже.
В босые ноги впились мелкие камушки, но я едва это заметила.
– Ответь мне! – вцепилась в короткие рукава зеленой сорочки. В памяти замелькало как мы сбегали, как ехали…
– Наташа, - мое имя, одно слово, шесть букв. Интонация… Такая, что знаешь еще несказанное, - …мы их грохнули… а когда забирали стволы… я даже не заметил, как один его зацепил…
Отрывки фраз донеслись словно сквозь вату.
Говорят, словом можно убить. Так и есть. Каждое из сказанных Максом было как пули, попадавшие в сердце. Снова и снова…
Меня затошнило. Согнувшись в три погибели, содрогнулась от спазмов. Желудок пуст, блевать нечем. Голова закружилась.
– Ната, - у меня хватает сил сбросить руки Макса и даже отскочить от него, как от ядовитой змеи.
– Он…, - выдавила из последних сил.
– Выбрал момент, попросил, чтоб я тебя увез и ушел. Не хотел, чтоб ты видела, как… Это его желание, Наташа.
– Его желание! Его? А ты и рад поддержать, да? Все еще на его место хочешь?
Замолотила его по груди сжатыми кулаками изо всех сил. Рыдания душили. А Макс просто стоял и терпел с убитым видом.
– Где он? Где-е-е, - ноги не держали. Я соскользнула на асфальт. Ободрала кожу на коленях и локтях.
От физической боли в голове немножко прояснилось.
Он улюлюкал вместе с нами, когда мы, наконец оторвались окончательно. Целовал меня – чуть повернув голову и скосив глаза на дорогу. Были ли слишком горячими его губы? А кожа влажной? Не помню, не вспомню.
Макс попытался взять меня на руки, а я забрыкалась как сумасшедшая. Сквозь пелену перед глазами увидела автомат на
заднем сиденье. Вырвалась, обогнула машину, заллезла внутрь и схватила «калаш».Приставила холодное дуло себе к подбородку.
– Ната, Наташенька, послушай…, - начал Захар.
– Где? Вы? Его? Оставили? – заорала отступая назад.
– В городке, - едва слышно прошептала Юля, - на окраине, точнее. Тут недалеко…Мы недалеко уехали. И выстрелов не слышали.
Я продолжала отходить. Дальше и дальше под ошарашенными взглядами предателей. Ненавижу! Ненавижу-у-у!
Повернулась и побежала. Босым ногам больно, очень. Плевать! Плева-ать! От слез дыхание сбилось очень быстро. Пришлось остановиться. Вдох-выдох, помедленнее и повторить.
Увидела вдалеке постройки. Потерла глаза кулаками, сдавила до боли. Когда зрение сфокусировалось обратно, дома все еще там. Вновь бросилась бежать.
Успеть бы, только бы успеть. Не смей, Рустам. Не сме-ей! Не смей. Только бы успеть. Господи, пожалуйста, только бы успеть!
Я увидела силуэт на крыше пятиэтажки или мне показалось. Приблизилась. Медленно, слишком медленно!
– Руста-а-ам! – заорала изо всех сил.
И силуэт двинулся.
А еще из парадного вылезли зомби. Один, потому другой, третий.
Я пальнула по ним из автомата. Отдача швырнула ослабевшие руки вверх. Зомби повалились на землю, некоторые попытались встать.
– Ната-аша, – услышала сверху, - сюда!
И махнул, куда бежать. Я бросилась к нужной двери, влетела внутрь. Перепрыгивая через валяющихся на ступеньках зомби с расквашенными черепами, побежала по ступеньками. На втором пролете, бегущий сверху Рустам сгреб меня в охапку.
– Ты….как?
– Как ты мо-ог? – прорыдала, вцепившись в горловину его кофты, - Как ты мог без меня…
Он взял меня на руки и понес наверх. Выбрался на крышу. Еще одна крыша.
Глава 48
– Ты должен был мне сказать, Рустам, - всхлипнула.
– Что бы это изменило?
– он спрятал взгляд.
Мы сидели на крыше. Рустам ко мне нарочно правым боком. Переползла на коленках к левому. Даже если не задирать рукав, его видно. Укус. Маленький совсем, больше похожий на несколько глубоких царапин. Припухший и воспаленный.
Заплакала, касаясь кончиками пальцев к покрасневшей коже вокруг него.
– Не плачь.
– Я не буду без тебя жить, - хнычу.
– НЕТ! – голос Рустама сорвался на крик, - Какого хера, он тебя отпустил?!
– Я приставила ствол к подбородку, - медленно перехватила «калаш» и приставила к себе, - вот так. И ему пришлось.
– Убери, - не просил, умолял. Глядя покрасневшими, отекшими глазами. Ему, наверное, так холодно. На улице градусов пятнадцать, а Рустам в одной этой долбанной форме. А если еще и температура…
Я же не чувствовала ничего кроме боли. Она раздирала изнутри, разъедала похуже кислоты.
Убрала автомат от лица и Рустам торопливо его отнял, повесил на плечо рядом со своим. Глупенький. Будто это что-то изменит.