Чтение онлайн

Барлети оказался неподалеку в компании другого янычара, лейтенанта, который, на первый взгляд, просто рассматривал ассортимент в оружейной лавке. Эцио заметил, что торговцы стараются лишний раз не привлекать внимание янычаров.

— Что нового? — спросил Барлети, останавливаясь рядом с лейтенантом.

— Мануил согласился встретиться с тобою, Тарик. Он ждет у ворот Арсенала.

Эцио насторожил уши.

— Старый проныра не хочет упустить выгоду? — откровенно поинтересовался Тарик. — Пойдем.

Они покинули Базар и пошли по городским улицам. Арсенал находился на северной стороне Золотого Рога, далеко на западе от Базара,

но янычары не делали попыток взять лошадей, поэтому Эцио тоже шел пешком. Чуть позже ему пришлось (со всеми предосторожностями) проникнуть на паром, плывущий через Рог. Но янычары были слишком поглощены разговором и не обращали на окружающих внимания. Поэтому на улицах Константинополя, переполненных людьми изо всех стран Европы и Азии, было легко затеряться в толпе.

— Как выглядел Мануил? Нервничал? Или был спокоен? — спросил Тарик.

— Как обычно. Нетерпеливый и грубый тип.

— Хмм. Думаю, у него есть на то причины. Были курьеры от султана?

— Последний — неделю назад. Письмо Баязида было коротким и полным горьких вестей.

Тарик покачал головой.

— Думаю, он даже представить себе не мог, что будет воевать с собственным сыном.

Эцио проследовал за янычарами до здания возле ворот в Арсенал, где их уже ждал крупный, тучный, хорошо одетый мужчина лет семидесяти, носящий седую бороду и усы. Его тюрбан был инкрустирован драгоценными камнями, а на коротких и толстых пальцах переливались золотые кольца. Рядом с ним стоял худощавый тип, который, если судить по одежде, был родом из Туркменистана. Эцио надежно спрятался от чужих глаз в густых ветвях тамаринда, который рос рядом. Когда с формальными приветствиями было покончено, Эцио уже выяснил, что его предположения оказались верными — толстого щеголя звали Мануил Палеолог. Эцио вспомнил, что Юсуф рассказывал ему об амбициях Мануила, и подумал, что это должна быть любопытная встреча. Как вскоре выяснилось, худощавого типа, телохранителя Мануила, звали Шах-Кулу.

Эцио уже слышал о нем. Ходили слухи, что Шах-Кулу поднял восстание против турецкого правительства в своей стране. У него была репутация жестокого и безжалостного человека.

Да, это будет очень интересная встреча.

Когда были улажены все тонкости — Эцио считал их слишком сложными для понимания — Мануил сделал Шах-Кулу знак, и тот удалился в здание, которое было неким сторожевым постом, ныне пустующим. Вскоре он вернулся, неся в руках небольшой, но явно тяжелый деревянный сундук, который поставил к ногам Тарика. Лейтенант открыл его и стал пересчитывать золотые монеты.

— Можешь пересчитать, Тарик, — сказал Мануил. Голос у него был таким же масляным, как и все его тело, — но деньги останутся у меня, пока я не увижу груз собственными глазами и не удостоверюсь в его сохранности.

— Разумеется, — проворчал Тарик — Я все понимаю, Мануил.

— Доверяй, но проверяй, — тем же маслянистым голосом ответствовал Мануил.

Янычар закончил пересчет и закрыл сундук.

— Все верно, Тарик, — кивнул он. — До монетки.

— И, — сказал Мануил Тарику, — что теперь?

— Идите в Арсенал. Когда вы все проверите, груз доставят туда, куда вы пожелаете.

— Твои люди готовы к долгому пути?

— Разумеется.

— Poi kala — византийский князек заметно расслабился. — Очень хорошо. В течение недели я составлю для

тебя карту.

Потом они разошлись. Эцио дождался, пока площадь опустеет, а потом слез с дерева и, никем не замеченный, отправился в штаб ассассинов.

Когда Эцио вернулся к Арсеналу, на город уже опустились сумерки. Недалеко от ворот стоял Юсуф.

— Один из моих людей видел, как сюда принесли большую партию оружия. И мне стало интересно.

Эцио обдумал его слова; судя по всему, его подозрения оправдались.

— Оружие, — он помолчал. — Я должен все увидеть своими глазами.

Но внешние стены Арсенала хорошо охранялись, а врата выглядели неприступными.

— Недостаточно просто убить всех солдат, — озвучил мысли Наставника Юсуф. — Даже не представляю, как ты попадешь внутрь.

Площадь, на которой они стояли, была набита людьми — одни спешили домой после рабочего дня, другие в кофейни и таверны, гостеприимно распахнувшие свои двери. И тут от главных ворот донеслись крики — между тремя янычарами и одним из торговцев вспыхнула ссора.

— Тебя предупреждали уже дважды, — угрожающе произнес офицер. — У ворот Арсенала запрещено торговать! — Он повернулся к подчиненным. — Уберите все это!

Рядовые подхватили ящики с фруктами и потащили их прочь.

— Лицемеры! — прорычал торговец. — Если бы ваши люди не покупали у меня, я бы не стал здесь торговать!

Офицер проигнорировал его слова, солдаты продолжали свою работу, но торговец и не думал останавливаться. Он вплотную подошел к офицеру.

— Вы хуже византийцев, вы — предатели!

В ответ янычар ударил торговца кулаком. Тот со стоном упал на землю, схватившись за окровавленный нос.

— Замолчи, ублюдок! — огрызнулся офицер.

Он отвернулся, наблюдая, как солдаты конфискуют товар, а из собравшейся вокруг толпы на помощь торговцу выбежала женщина. Юсуф и Эцио увидели, как она помогла ему встать и прижать к разбитому носу носовой платок.

— Даже в мирное время, — мрачно сказал Юсуф, — беднякам постоянно достается.

Эцио задумался, вспоминая, что совсем недавно в Риме была точно такая же ситуация.

— Но если мы поднимем их на борьбу, это сыграет нам на руку?

Юсуф посмотрел на друга.

— Ты хочешь спровоцировать их? Подбить на бунт?

— Да, сейчас толпа не очень внушительна. Но, если их будет много…

Мужчины смотрели, как янычары беспрепятственно забрали остатки фруктов, оставив прилавок торговца пустым, и ушли через главные ворота в Арсенал.

— Притвориться сочувствующим ради своих целей? — с презрением выдохнул Юсуф. — Как благородно!

— Я знаю, это некрасиво. Но это сработает, верь мне.

— Как-нибудь да сработает, — Юсуф пожал плечами. — И я не вижу иного способа проникнуть внутрь.

— Пойдем. Здесь уже достаточно большая толпа. Похоже, торговца здесь уважали. Пойдем, поговорим с людьми.

Более получаса Юсуф и Эцио бродили в толпе, намекая и убеждая, уговаривая и вдохновляя простых людей, которые оказались крайне восприимчивы к идее наконец-то положить конец своим угнетениям. Казалось, им был просто нужен кто-то, кто зажег бы в них это желание. Когда толпа разрослась, Эцио обратился к людям. Рядом с ним стоял решительно настроенный торговец фруктами. Юсуф заметил, что большая часть мужчин и женщин вооружены. Торговец фруктами держал большой изогнутый нож.