Отделённые
Шрифт:
— Маатар меня сожги, если это не для того, о чём я думаю, — пробурчал Геррет.
— Для Тварей, — выразила общую мысль ледяная статуя в форме эльфийки.
Точнее не скажешь. Именно такое снаряжение было в ходу на Тёмном Тракте и в Чащах. Сталкиваясь с Тварями, никто не пытался справиться с ними чисто в лоб. Обездвижить, ослабить и только потом убить. А лучше слинять, если можно.
— Исследовательская экспедиция, да? — Голос Геррета сочился ядом. — А не наши ли кишки предполагаются в качестве объекта исследования?
Действительно... Вопрос только, кто будет исследователем? Твари? Или всё-таки орки?
Фаргрену ещё подумалось,
Но ведь их посылают на север, в орочьи земли!
— Очень вдохновляет, — буркнул Геррет, глядя на доставшиеся им сокровища.
***
Выйдя следующим утром на пока ещё тихую улицу, Фар поёжился — дул не слишком приятный ветер, и в волчьей шкуре было бы гораздо теплее.
У Таверны его ждали напарники. Сегодня все выглядели по-другому. Геррет и близнецы — и сам Фар — облачились в любимый всеми чащобниками доспех: из стальных пластин, нашитых на кожу и покрытых ею же. Вот только у всех доспехи были, хоть добротные и подогнанные по фигуре, но обычные, а у коротышки на каждой заклёпке красовался крохотный символ Айсена. И выглядело всё новёхоньким!
Остальное облачение припрятали в дорожные мешки — достанут, когда до границы станет совсем близко.
— Кольчуги брали? — спросил Геррет, когда они уже шли к конюшням. — Весь вечер мучился, взять или нет. Но взял.
— Мы тоже, — ответил Лорин. — Мало ли.
И Фаргрен взял, но сомнения Геррета он понимал: на Тёмный Тракт вооружались как следует, а вот на другие походы в Чащи кольчуги не брали. Слишком уж они шумные, а шуметь в Чащах — смерти подобно. Но если придётся с орками столкнуться... И хотя таскать зря лишние тяжести приятного мало, Фар решил, что лучше уж так, чем пасть смертью глупых из-за недостатка защиты.
— Переложите потом в мешок от заказчика, — проледенила Мильхэ.
Увидеть, что надела она, не получалось из-за плаща, но Фару показалось, будто эльфийка стала чуть толще.
Пока они шли, Всесвет, окутанный утренней дымкой, потихоньку просыпался. Появлялись первые прохожие, открывались ставни на окнах. Сейчас город выглядел совсем по-другому, не так, как днём. Жаль, и в этот раз Фару не удалось задержаться подольше. А может, после задания провести здесь недельку? И потом — в Айсен!
Внезапно он почуял волчий запах. Тот же, что вчера, совсем свежий... И ведущий в ту же сторону, куда они шли.
После очередного поворота по улице Фаргрен обрадовался — след не пропал. Знакомый запах будоражил память — кто это может быть? Фар даже подумывал сказать напарникам, чтобы те подождали его у конюшен, а самому пойти по следу — очень уж хотелось увидеть, какой такой неожиданный гость пожаловал с севера.
Но ничего не понадобилось. Когда отряд снова свернул, впереди оказался высокий светловолосый мужчина. Запах тянулся именно за ним. Едва Фаргрен понял это, как незнакомец обернулся, смерил его взглядом, осмотрел остальных. И снова уставился на Фара. Потом кивнул в сторону небольшого переулка и направился туда.
— Я вас догоню, — сказал Фар напарникам, последовал за оборотнем, и только когда они отошли подальше, заговорил: — Не ожидал встретить раатанца здесь.
— Я, кажется, знаю тебя. Фаргрен, да?
Фар удивился — его ещё помнят.
—
Ага. А ты?— Маррак.
Теперь и Фар вспомнил. Да уж, тут и мать родная не признала бы: широкоплечий рослый мужчина прежде был тщедушным мальчишкой, чуть ли не заморышем.
— И зачем ты так далеко от Да-Раата?
Фаргрен и не надеялся, что Маррак станет откровенничать. Оборотни всегда жили отдельно, обособленно чуть ли не от всего Иалона. И с такими, как Фар — волками без племени, выросшими среди людей, — дел не обсуждали. Да что там: им и жить в племенах не позволяли. Да-Раат на какое-то время разрешил Фару остаться, но только до тех пор, пока он не научился владеть собой. А когда пришлый волчонок достаточно вырос, его отослали прочь. Ни одно племя не принимало чужих волков. Потому таких, как Фар, и называли ар-вахану: «отделённые».
Но Маррак ответил:
— На севере лес... неспокоен. Что-то не так. Меня послали на юг, посмотреть, как там. И порыскать среди людей, может, есть какие слухи. Ничего необычного о Тварях, Чащах не слышал?
— Нет, — ответил Фаргрен и тут же подумал о своём задании.
Их ведь посылают на север к оркам, снарядив на Тварей. Совпадение?
Приказы
В тесной, провонявшей дымом землянке звенит тихая трель.
— Мастер! — восклицает черноволосый паренёк, смешно дёргая головой.
— Я не глухой, Шэквет, — говоришь ты. — Собираемся.
Ты надеваешь доспехи, хотя они не очень нужны. Это больше для того, чтобы юный Шэквет не разленился и не отвык совсем от дисциплины. И так вы очень долго сидите здесь, в этой забытой Богиней глуши.
Если прозвенела охранка, значит, на юг пробежало животное больше лисицы. Возможно, лошадь, а значит, и человек, ведь диких лошадей здесь не водится. Следует проверить. Ваша задача предельно ясна — не позволить никому покинуть север.
Шэквет... Паренёк даже не догадывается, что у вас одинаковые имена. Потому про себя ты всегда называешь его «юный Шэквет». Хороший мальчишка. Способный. Интересно, какое имя носил твой Мастер?
Выбравшись к дороге из рощи, где выкопана землянка, ты, как всегда, осматриваешься. Эти места тебе знакомы. Недалеко отсюда ваш с Мастером отряд расправился с семьёй оборотней.
Было это почти тридцать лет назад. Но до сих пор тебе снятся чёрные волки. Особенно волчица-мать — огромная, разъярённая, рвавшая всем глотки за своих детей. Это от её когтей на твоей левой руке уродливый шрам. Знак. Напоминание о дне, когда в твоём детском мозгу вдруг проснулись сомнения. А после того как ты узнал, для чего всё это было... Почему же до сих пор следуешь приказам? Потому что сам стал Мастером?
Вскоре показались всадники. Всего двое. И тебе вспоминается другой раз, когда пришлось проверять охранку.
Случилось это ночью, и ты ходил один — юный Шэквет приболел от холода. Дойдя до дороги, ты увидел: можно ничего и не делать — на коня и повозку кинулась большая крылатая тень, потом вторая. Мантикоры. Можно было не вмешиваться, но два маленьких комка воды в кибитке... С Тварями ты расправился быстро. Оттащил туши подальше, чтобы потом Шэквет никак не мог их увидеть. А после смотрел, как мальчишка не старше твоего юного напарника, согнувшись под тяжестью второго ребёнка, наглухо замотанного в тряпки, мелкими шажками бежит по заснеженной, залитой лунным светом дороге. Точнее, пытается бежать. Добрались ли они до дома?..