Чтение онлайн

– Под чутким руководством если только, - честно ответил я.

– Я в свое время подумывал опеля бронировать, - поделился мыслью Федька.
– Но не вышло - на кабину не навесишь железа - просядет, а переделать и дорого, да делать никто не станет. А так серьезная броня и не нужна, нам же больше от когтей, чем от пуль. Хотя...

– Во-во, это еще куда зашлют, - кивнул я.
– Поскольку в той картинке, что себе Милославский вообразил, сектанты присутствуют... ну дальше сам понимаешь, трудности бывают разными.

– Оно понятно... ладно, надо тянуть с них все, что можно вытянуть. Всякая любовь предполагает

взаимность, или она обречена на забвение, - сбился Федька на высокий слог.
– И чего дальше делать будем? В Сальцево-то поедем?

В Сальцево надо бы, тут вопросов нет. Мне. Например по покойной скандалистке Скляр один момент немного не дает покою: а как она все же оказалась у этих самых адептов, или сектантов, черт их маму разберет? Я в Горсвете без году неделя, но и то успел выяснить, что зарегистрированных случаев проникновения этих самых адептов в город не зафиксировано. И внешность у них неправильная, и глаза выдают... И в Сальцево, насколько я слышал, то же самое, там не дурнее нас народ. Как среднестатистическая баба, пусть и дурная на всю голову, могла оказаться за периметром и попасться тем, о ком в ближних окрестностях городов пока и не слышали? Загадка? Ага, типа того.

Не, я расследование вести не собираюсь, не мое это дело, но вот интерес все же имеется. И если бы получилось узнать, то узнал бы с удовольствием. Потому что меня всегда напрягают непонятности в тех делах, в которые я вынужден ввязываться. И вот это - непонятность. А я уже ввязался.

– Федь, а там вообще что-то вроде ментовки есть?

– Где?
– не понял он.

– Да в Сальцево этом самом.

– Естественно. Служба безопасности называется, они там и армия, и ментовка, и все что хочешь, вплоть до нашего Горсвета. А что?

Я ему свои мысли изложил кратенько. Федька кивнул, задумался, затем сказал:

– Вообще ты прав, эпизодик странный. Так могут захватить в двух случаях - если за городом напали, или если... если кто-то... хм, даже странно, пока не слышал подобного. В любом случае любой выход за ворота у них тоже регистрируется. Фамилия есть, если тетка эта ушла в Сальцево, а потом оттуда вышла, то записи быть должны.

– Есть у кого спросить?

– Да есть, в принципе..., - слегка поморщился он.
– Не очень люблю обращаться, но можно, можно... Да и нужно, мне это тоже как-то... так же, как и тебе, не нравится, в общем. Когда?

– Давай я тогда свою летную подготовку передвину, и сгоняем завтра, только Настю с утра на аэродром отвезу.
– прикинув, предложил я.

По-другому и не получалось, послезавтра Милославский нас уже по своим делам дернуть может, а лучше бы хоть что-то выяснить до того времени. Есть у меня такая привычка - никому до конца не верить, особенно когда кто-то предлагает тебе чуть ли не особые права. Как профессор в данном случае.

– Лады, - кивнул Федька.
– Заезжай с утра... во сколько это получается?

– В десятом часу.

– Давай, буду внизу ждать. Оружие получи, туда хоть дорога и не дальняя, но всякое случается. Народ с товаром катается, машины туда-сюда, так что бандитов тоже хватает.

– Да это понятно, - кивнул я, принимая от подошедшего буфетчика чайничек и тарелку с пирожками.

– Это моё, - сказал Федька и ловко скрал с тарелки пирожок с клубничным вареньем.

Да,

чем больше суеты в этой жизни, тем больше ценишь добытый в трудном походе "тазик". Туда, сюда - даже по населенному центру Углегорска делать эти крюки пешком я бы задолбался, а теперь все прилично, на машине, как их сиятельство. Заехал в Горсвет, в честь завтрашней поездки получил карабин с двойным боекомплектом, оттуда сразу на аэродром рванул, время уже поджимало.

Сегодня весь персонал был в сборе. В ангаре было шумно, работали у всех машин, пахло лаком - Серега замазывал эмалитом заделанные дыры в плоскостях Настиного самолета. Сама "товарищ красный военлёт" с грозным видом стояла на нижней плоскости самолета, одетая в широкие штаны с подтяжками и рубашку с засученными рукавами. Несмотря на такой наряд и общую чумазость, выглядела она удивительно сексапильно на мой взгляд, а всякие не мои взгляды мне по большому счету, до лампочки.

Здороваясь со всеми на ходу, я пошел в ее сторону. Увидев меня, Настя ловко спрыгнула на пол, придержав рукой кобуру, и направилась навстречу, заранее подставляя щеку для поцелуя. Но обманулась, поцеловал я ее в губы.

– Закончила?

– Почти что, минут через десять закончу и поедем, - ответила она, неопределенно махнув рукой в сторону самолета, желая показать, с чем она должна закончить.

– Я подожду, - кивнул я, присаживаясь на грубо сколоченную скамейку, приткнувшуюся к кирпичной стене ангара.

– Лучше в учебный залезь и к органам управления привыкни, - сказала она.
– Завтра занятия.

– Завтра не выйдет, - вздохнул я вполне искренне, потому как учиться летать хотелось.
– Изменения в служебном статусе, завтра другие дела возникли.

– Блин, началось, - вздохнула она.
– У нас и так одно занятие в четыре дня, куда еще его переносить?

– Ну... сложилось так, дома расскажу, - развел я руками.
– Обещаю учить матчасть усиленно пока.

– Матчасть?
– переспросила она.
– Ну... взлетный вес у По-2 какой?

– Девятьсот двадцать два кила. И шестьсот шестьдесят пять у пустого.

– Мда?
– глянула она скептически.
– А скорость в момент отрыва?

– От семидесяти пяти до восьмидесяти.

– Ну ты смотри, запомнил, - засмеялась она.
– Но ты все же не пропускай потом, ладно? Я на завтра подготовилась, целую лекцию сочинила, а тут...

Как бы то ни было, а в стоящий у дальней стены самолет я забрался. А что тут изучать? Приборчики все простые, вариометр, указывающий скорость снижения или подъема, альтиметр, указатели давления и температуры масла. Тахометр на стойке, пусковое магнето и заливной насос. Две педали, сектор дросселя, рукоятка управления с резиновой ручкой, как у велосипеда. И все. И что тут учит?

Похватался руками, сначала так, потом с закрытыми глазами, поерзал задницей в неудобном кресле - да и все, что еще делать в кабине?

– Пошли, я все!
– крикнула Настя.

"Всё" была не только она, собирались и остальные. Складывали инструмент, стаскивали рабочие комбинезоны, собираясь по домам. Мне было видно через открытую калитку, как Марат завел полуторку, оставив ее прогреваться.

– Развозите народ по домам?
– предположил я.

– Конечно, темно же на улице, - кивнула Настя.