Чтение онлайн

Ладно, надо теперь Федьку отыскать. "Тазик" сорвался с места и понес меня, звонко тарахтя, в сторону базара, где сейчас должен был Федька ошиваться. Промелькнул отрезок Советской, затем я свернул на Кривой Ручей, и оттуда - на улицу Либкнехта, в конце которой, разбитой и грязной, базар и раскинулся. С правой стороны к нему приткнулись несколько кирпичных сараев, в которых, судя по виду, и до "исторического материализма" были какие-то мастерские, и сейчас ничего не изменилось.

Гараж Тёмы найти было нетрудно - в распахнутых воротах был виден стоящий над ямой "Блиц"

Федьки. Под ним с задумчивым видом прохаживался чрезвычайно чумазый парень с фонарем, а вот Федора видно не было.

Остановившись у самых ворот, я заглянул внутрь. Парень под машиной не обратил на меня ровным счетом никакого внимания, и я постучал по металлическому борту кабины, откликнувшемуся гулко, как железная бочка.

– Алё, гараж!

– Чего хотел?
– соизволил тот обернуться, наконец.

– Хозяин экипажа где?
– я снова постучал по машине.

– Федька-то?
– переспросил тот.
– А на базар пошел, в чайную.

– Ага, благодарствую, - кивнул я и пошел на улицу.

Чайную я помнил, хоть и не заходил. Она почти вплотную примыкала к логову армянских обувных мастеров, пытавшихся убить во мне чувство всякой эстетической меры туфлями с длинными носами, типа шоковая терапия. Стандартный для этого базара маленький желтый флигель, кривоватый и частично осевший в землю, на котором висела вывеска "Чайная Бомбей" и был изображен сизоватого оттенка слон на фоне восточного облика башен, здорово напоминающий картинку с пачки "Чая индийского" - единственного его сорта, продававшегося во времена моего детства.

Федька действительно блаженствовал в общепите, сидя за столиком, на котором стоял фаянсовый чайник, накрытый колпаком, чтобы не остывал, и при этом он жевал пирожок с чем-то вкусным, судя по тому, как довольно он щурился. Еще кучка таких же пирожков возвышалась перед ним на тарелке.

Усевшись напротив, я сразу дернул один, надкусил - с клубничным вареньем, надо же! Вкусно.

– Вкусно, - оповестил я его.

– Ты только пироги жрать пришел, или по делу?
– вежливо поинтересовался Федька, отодвигая от меня тарелку.

– По делу, дай запить, - сказал я, сграбастал его стакан с чаем и хлебнул из него.
– Блин, как ты пьешь это? Жопа не слипнется? Это же чайный сироп.

– Это чтобы такие как ты не воровали, - сказал он, отбирая стакан назад.

К нам подошел сутулый лысоватый мужик с бородкой, спросил меня:

– Будете что-нибудь?

– Обязательно! Чаю... обычного, черного, и... два пирожка с клубничным вареньем... с чем еще есть?

– С яблочным.

– И два с яблочным, - дополнил я.

– Один с клубникой вернешь, - предупредил Федька.

– Жлоб, как есть - жлоб, - вздохнул я.
– Ладно, теперь к делу. Был я у Милославского, и пришел оттуда с новостью.

– С большой или так себе?

– С большой. Нас с тобой из Горсвета откомандировывают в его управление. С сохранением зарплаты и должности.

– Это на хрена?
– скривился Федька.
– Мы с тобой если с суточной работы уйдем - на зарплату жить будем. Если каждый день - я бросаю службу на хрен,

все равно годовой ценз у меня вышел, могу идти куда хочу.

– Не все так плохо, если на первый взгляд, - взялся я его успокаивать.

И рассказал все, что мне рассказал Милославский. Федька слушал внимательно, иногда кивал, иногда переспрашивал, а морду больше не кривил. Предложение профессора ему тоже чем дальше. тем больше нравилось.

– То есть мы с тобой будем гонять туда, куда сами научники ссут лазить?
– уточнил он.
– И куда разведбат подписывать не хочется, потому как он в другие руки работает? Я все правильно понял?

– Правильно. По крайней мере, Милославский так все подал, а как на деле будет - там посмотрим.

– Оно неплохо, - кивнул Федька.
– Кстати, а что ты мне отказался в караулке рассказывать? Чего там у тебя за секрет страшенный?

Поведал ему и об этом, про эффект "обратного времени" на границе Тьмы. Увидев скептическую его морду, сказал:

– Федь, ты про беременности слышал?

– Ну... да, слышал, - признался он.

– Есть другое объяснение?

Он подумал, поглазел сначала на потолок, затем на стену, словно ожидая, что ответ проступит как слова "Мене, текел, фарес" на Валтасаровом пиру, затем покачал головой.

– Нет объяснения.

– Второй вопрос...
– снова заговорил я.
– Опеля своего брал - Тьма дальше была?

– Дальше, верст на восемь, - подтвердил Федька.

– Резинки рассохлись?

– Было дело, намучился, пока ехал.

– А тут две машины гнали, и хоть бы хны, так, капельки покапали. Верно?

– Это да, верно, - согласился он.
– И так быть бы не должно, если они рядом стояли и считай, что одинаковое время.

– Вот и я о том, - обрадовался я его согласию.
– А теперь прикинь, что будет, если получим карту колебаний Тьмы со свежими обновлениями.

– Это я понял, - сказал Федька после довольно длительных размышлений.
– Но и риску туда соваться много, сам же видел.

– Много, согласен, но и прибыль тоже ничего. А я бы хотел под такую работу с Милославского какую-нибудь броняшку выбить, вот к чему веду. Если бы мы с тобой там на танке, скажем, катили, что бы нам грозило?

Федька растерялся немного, затем сказал:

– Ну... если только призраки через щели бы пролезли... А так да, заперся и порядок. Но танки нам не положены, да и в город на них нельзя.

– А на Ферму?

Тут он отставил стакан, из которого продолжал отхлебывать, в сторону, и посмотрел на меня с явным уважением.

– Вован, а ты соображаешь... Ферма-то в глуши стоит, в тупике типа, в том направлении никакие правила не действуют, потому что в них смысла нет.

– Вот об этом я и говорю, - обрадовался я пониманию.
– Только я гусеничную водить вообще не умею. Сидел в бээмдэшке в свое время, да и все.

– Должен будешь - я умею, - сказал Федька.
– Механик-водитель боевой машины пехоты по ВУСу. Хотя и не ездил давно, так что сам понимаешь... Тока это... Ты траки менять умеешь? Гусянку натянуть?