Осколки надежд
Шрифт:
С этими словами Бритва резко, чуть ли не прыжками, спустился по Соколиной тропе. Затем, стоя между аномалиями, чьи порывы источали зелёный ядовитый дым, вызвал по рации своих приспешников. Но вместо бойцов Монолита ответил знакомый Бритве голос. — Что-то я сейчас не понял. Ты чего не мёртвый, Бритва? Как лось сохатый бегаешь из стороны в сторону.
– Где-то я это уже слышал. — Промямлил Бритва.
– Что? Повтори-ка е щё разок. Плохо слышно. — Отвечал спокойный голос по рации.
– Говорю, тебе-то какого лешего нужно? Неужто за камешком пришёл, Гром? — Улыбка вернулась на лицо Бритвы и это после потери семерых солдат. Но меня удивил не факт веселья начальника мертвецов, а то к кому он обращался по рации. Антонов дал разъяснения следующего характера: «Корнеев и его брат по оружию Дэлфи были убиты в той перестрелке, где потерял глаз Бритва. Больной раком Гром, ещё не почувствовал симптомов, потому бодрствовал вместе со своим другом и коллегой — Котом». Что ж, не знаю, тем временем
– Шути, шути. Я тебе язык подрежу. Выходи, не заставляй меня искать тебя, монолитовец. Кстати твои напарники, теперь кормят местную фауну. — Хладнокровно и с цинизмом сказал Гром. — Ты не обижайся.
– Даже не думал, только, вот не задача, у меня из огнестрельного оружия только мой «Гвоздомёт». А у вас там сейчас столько оружия, лучше я попозже загляну. — Бритва последовал примеру Сокола и побежал, но в другую сторону. Монолитовец оставил рацию возле ядовитой аномалии, меньше чем через минуту пластик разъело кислотой, и средство связи с характерным скрипом на соседнем устройстве прекратило своё существование.
Кстати про «Гвоздомёт». Это очередное хитроумное изобретение Бритвы. «Пустынный орёл» неизвестно как заделанный под гвозди, причём внешне мало отличался от оригинала. Лишь слегка расширенная обойма да удлинённый ствол выдавали неправильность конструкции. Увеличена она была для гвоздей более крупного размера, дабы не стрелять мелкими. Заряжалось устройство двадцатью зарядами, плюс ещё один находился в стволе. Каким образом столь короткая пушка швыряет гвозди со скоростью сто семьдесят метров в секунду Антонов, толком, объяснить не сумел.
– Убежал, скотина. Ну, ничего, пойдём по пути меньшего сопротивления. Заявимся в гости к нашему дорогому Триа. — Гром и Кот пошли в противоположную сторону от Бритвы.
– К дорогому Триа? Сдаётся мне они тебя не просить ходили. — Я оторвал глаза от телевизора.
Антонов повернул голову ко мне. — Нет. Благодаря стараниям этих четверых, моё сознание разделилось на два. Одно из них — с кем ты сейчас разговариваешь, осталось заточённым в артефакте, второе — главный ум, остался как живой человек. Просто я допустил очередную ошибку, ты сам её увидишь. — Триа повернулся обратно. — Я немного проясню тебе о той ситуации в лесу между Соколом, Громом и Бритвой. Монолит, будучи одержимой организацией, всегда искал способ защиты так называемого «Центра Зоны». В ход шли любые устройства, приспособления, уловки. Последней такой выдумкой стал «Выжигатель мозгов», он оградил довольно обширную территорию, порабощая любого, кто сунется за невидимую черту действия антенн. Но Монолит хотел чего-то большего, чем клочок земли. Зона, по их мнению, была не достойна, терпеть на своих землях сталкеров, бандитов, военных и наёмников. И тут, толи им на ушко шепчет сам «Монолит», толи историй сталкерских наслушались, что есть такой человек под кличкой Триа. Остальную часть истории ты наверняка вспомнил. После того, как я отдал три осколка на исследование учёному, этот дурдом нашёл своё основание. Монолит-то кашу и заварил. Осколки разлетелись по разные стороны, добавив ненужных персонажей в игру. Двое игроков знакомы тебе, вместо тебя на сцену вышел Бритва. Последний осколок угодил именно в него.
– Тогда всё понятно, три хранителя встретились в лесу и решили выяснить отношения. Как итог, почти все живы. И ещё, значит, у меня есть все шансы встретиться с Бритвой наяву? Если здесь он обладатель, то в нашей реальности он также заведует операцией, но без всяких преимуществ. — Ответил на свой же вопрос.
– Браво, Александр, ты прав. — Триа медленно хлопнул в ладоши три раза. — С ним вы ещё встретитесь, вот только в нашей реальности немного поменялась полярность. Как именно, расскажу после финала альтернативной истории…
3
– Вот она, аномалия «Троица». Единственная в своём экземпляре, потому уникальна, подобно солнцу. Красивая, жалко будет, если она пропадёт в череде серых будничных дней. — Похвалил творение Зоны Гром, смотря куда-то далеко вверх.
– А разве она называется не «Триа»? — С интересом спросил Кот, поправляя оружие на спине.
Гром опустил взгляд на товарища. — Да чёрт его знает, я бы её по-другому назвал, например «Дубрава». И душе знакомо и… — Говорящий достал нож.
На самом деле аномалию назвали в честь её открывателя. Сам открыватель получил свою кличку от одного знакомого — Бритвы. Он не долго размышлял, после того, как услышал имя, фамилию и отчество человека, чью голову заказало высшее начальство. Алексей Алексеевич Антонов, три первых буквы, они же первые в алфавите, потому три и а — Триа — легко, правдиво и выговаривать не нужно. А аномалию, в свою очередь, Антонов окрестил аналогичным названием не только потому, что именно он её открыл, подобно Колумбу, чисто случайно забредшему на Американский материк. Причиной тому ещё послужили три огромных дерева, чьи столбы знаменовали вход в аномалию. Да, именно вход, но об этом позже. Из деревьев
здесь присутствовал огромнейший дуб, высотой около ста метров, он и заставлял задирать голову, да так, что рот не закрывался. В двух метрах от чуда природы расположилась толстая берёза, своим толстенным стволом она компенсировала маленькую по отношению к дубу длину. Ещё в двух метрах, образуя правильный треугольник, стояло хвойное дерево. По словам своего гида по «фильму» данное растение постоянно менялось, то есть, если вчера здесь стояла Ель, то сегодня вполне могла появиться Сосна, а завтра самая обыкновенная Ёлка. Сколько этих хвойных растений существует в природе, я знать не знал, но суть вопроса уловил. Три дерева, вдобавок к сокрытию аномалии, приписывали себе ещё одно странное свойство. Каждый раз неизвестное явление перемещалось на несколько метров, самопроизвольно выбирая направление. От чего зависел данный факт, Триа говорить не стал, или не захотел, но в любом случае объяснение такому чуду найти весьма сложно и не факт, что всё понимающий Антонов мог знать ответ на подобный вопрос.Гром вертел ножом, пока стоял с умным лицом и пытался что-то вспомнить. Кот в это время осматривал аномалию. На его лице безразличия было куда больше, чем у напарника, особого энтузиазма Кот не проявлял. Друг Грома обошёл аномалию чисто ради интереса, что делать с тремя деревьями он понятия не имел. Немного поразмыслив, Громов достал, как его назвал Триа, детектор аномалий и подозвал Кота. — Следуй за мной. Помниться Корнеев рассказывал мне, как следует поступить при данных обстоятельствах. Будем искать вход в эту чёртову дыру.
Перед тем как дуэт наёмников начал искать проход чёрт пойми куда, Триа поведал мне об очередной особенности «Триа». Всё дело было в том, что Гром и Кот вышли на хвойное дерево, с обратной стороны аномалии показались Бритва и Сокол, у дуба и берёзы соответственно. На месте встречи появились все вместе, одновременно. Казалось бы, стычки не избежать, но нет, три дерева удачно крыли каждую сторону друг от друга. Создавалось ощущение, будто Гром и Кот, Бритва, Сокол находились в разных измерениях, не видя, не слыша и не чувствуя своих врагов. Через несколько минут все как один попали внутрь, пройдя секретную тропу, виляющую между тремя деревьями. Развязка интересного противостояния ждала впереди.
Я не удержался и задал очередной вопрос Алексеичу. Меня интересовало, как наёмники и сталкеры узнали о данной аномалии, не говоря уже про секретный проход, являющийся чем-то вроде кодового замка на сейфе. Ответил Триа сразу, без выкрутасов, в правдивости его ответа сомневаться не приходилось, да и смысла в этом никакого. Собеседник скинул всё на свою нерасторопность, в результате которой он сам выдал все свои тайны. Мол, связался по глупости с каким-то, ныне покойным, сталкером, растрепал ему про аномалию, а тот через месяц предоставил Монолиту информацию в полном её объеме. Незадачливого торговца словами по пути за наградой чисто случайно пристрелили бандиты, вот уж впору говорить об иронии. Правда, перед смертью жадные до наживы люди выбили из несчастного некоторые факты, которые позже продали «Птицам» и группе Корнеева.
Аномалия изнутри выглядела ни к месту радужно и красочно, если сравнивать с тем, что творилось снаружи. Триа показал мне вид сверху, дабы я имел некоторое понятие об устройстве данной системы. Дуэт и двое одиночек входили с разных сторон, потому каждый из них очутился на разных участках аномалии. Эти самые участки представляли собой рощи, состоящие из тех деревьев, через которые прошли «визитёры». Рощи, в свою очередь, не являлись жалким гниющим подобием таковой, а — вполне яркими цветущими садами. В каждом обитали животные и насекомые, росли разные цветы, чьи лепестки красочно переливались на лучах Солнца. Да, здесь ещё было своё Солнце, не такое яркое конечно, но для пространства около ста метров квадратных его хватало с лихвой. Все три рощи вели к одному и тому же месту, где предположительно для меня назревала дискотека. Словно большая квартира, если три человека залезут через окно в спальню, кухню и детскую комнату, как ни крути, но к главной комнате выйдут все обязательно. Здесь наблюдалось подобное. Местный центр оказался пуст, видимо, он оставался специальным местом для Солнца, чьи лучи распространялись на каждый уголок.
Бойцы очень осторожничали, все, кроме Бритвы. Он ничего не боялся, а если что и всплывало боком, то он, наверное, всегда отшучивался и находил способ решения проблемы, так сказать, не отходя от кассы. Человек, каким бы фанатиком он не являлся всегда чем-нибудь подкрепляет свою уверенность, в противном случае это уже показуха, либо самодовольство, ни то, ни другое к хорошему не приведёт. Бритва самодовольным мне не показался. Показуха? — Вряд ли умный человек станет выпендриваться лишний раз, когда практически перед его носом мелькает заветная цель, за которую, кстати, начальство не постесняется отсечь его голову. Потому подкрепление всё же имело место быть. Сокол осторожно, шаг за шагом ступал на непривычно мягкую траву, пробрасывал камки земли вперёд себя. Наёмники едва не ползли, боялись даже травинку лишнюю задеть. Может они были и правы. Не всё то золото, что блестит, не всё то растения, что растёт. В Зоне данная пословица приближалась к правилу, равно как и «Семь раз отмерь, один раз отрежь».