Орли, сын Орлика
Шрифт:
– Пошел вон…
– Я?.. – не поверил собственным ушам несчастный московит.
– Ну не я же! – улыбнулся Григорий и сложил ладони определенным образом: своеобразный пароль в подтверждение его статуса. Точь-в-точь, как научил отец [45] … Генерал Кейт ответил таким же жестом, абсолютно непонятным старшине, и рявкнул на него:
– Вон отсюда, сволочь!
Потом сразу же кротко обратился к недавнему пленнику, а отныне достопочтенному гостю, указывая на стул около стены:
45
Есть
– Присаживайтесь, сделайте одолжение! Как добрались, как себя чувствуете? Не хотите ли с дороги чего перекусить перед ужином?
– Спасибо, не откажусь. Ведь этот мерзавец кормил меня еще утром, – Григорий кивнул на старшину, который плелся к дверям комнаты, едва передвигая непослушные ватные ноги. – Впрочем, чего же и взять-то с него, с дубины этой стоеросовой?!
Оба весело засмеялись. Генерал позвонил. Оттолкнув старшину, в дверях появился молодцеватый денщик.
– Принеси-ка нам чего-нибудь поесть, – коротко приказал Кейт, подкрутил пышные усы и вновь обратился к гостю: – Дозвольте осведомиться, с какой целью вы посетили наше убогое захолустье и… В общем, простите за нескромность, но о цели вашего пребывания здесь, так сказать, я обязан быть осведомлен. А то знаете ли…
Комендант деликатно умолк, однако Григорий сразу же подхватил весело:
– Вы имеете в виду приказ о моем задержании?
– Совершенно верно!
– А-а-а, не обращайте внимания! – гость порывисто махнул рукой, словно отгоняя докучливую муху. – Все это не более чем происки недоброжелателей. Я тут по делам ордена розенкрейцеров, подыскиваю подходящую кандидатуру провинциального мастера…
В самой глубине глаз Джеймса Кейта на миг сверкнуло нечто похожее на радость. Усмехнувшись одними лишь уголками рта, Григорий продолжил:
– Но вы же знаете, что далеко не все там, в Санкт-Петербурге, настроены доброжелательно по отношению к великому делу вольных каменщиков…
Комендант сочувственно кивнул и снова подкрутил усы. В этот момент денщик занес большое блюдо с фруктами. Гетманыч сразу схватил сочное румяное яблоко, с удовольствием откусил кусок, проглотил и продолжил говорить:
– Вот отсюда интриги да козни всяческие – сами понимаете! Потому я и решил отправиться в поездку инкогнито. А так… Путешествие вышло, должен заметить, вполне сносным. Людишки тут мелковаты, разумеется…
– Да уж, это не Европа… – согласился генерал Кейт.
– Но при этом все же по-своему любопытны. Весьма и весьма любопытны, должен вам заметить – как, к примеру, тот священник, у которого я заночевал позавчера в этом городишке-то… Как, бишь, его?
Григорий пощелкал пальцами, словно припоминая название селения.
– В Батурине?
– Да-да, благодарю вас – в Батурине, совершенно верно! Прелюбопытнейший, знаете ли, малороссийский тип этот священник! И попотчевал меня знатно. Кстати…
– Да?..
В этот момент с генерала можно было лепить аллегорическую скульптуру Внимания.
– Я надеюсь, то обстоятельство, что ваши посланцы, так сказать, задержали
меня в его милом домишке, не скажется отрицательно на его дальнейшей судьбе? А то, знаете ли, прелюбопытнейший старичок…– О-о-о, что вы, что вы! – комендант широко развел руками. – Разумеется, этот человек никоим образом не пострадает!
– Ну вот и славно, – кивнул Григорий. – Так, о чем это, бишь, я говорил-то?
– О путешествии по Малороссии с известной целью, – напомнил Кейт.
– Да-да, благодарю вас, генерал! Так я о поездке, совершенно верно. Вот посетил я, знаете ли… этот… как, бишь, его? Ах да – Нежин! И знаете, что я вам скажу? Это не просто милый городок, но совершенно благодатный край, знаете ли!..
Глава 8. Судьбоносные дары
1 июля 1759 г. от Р. Х.,
Франкфурт-на-Майне, временная квартира одного из командующих французским войском
графа Григора Орли де Лазиски
Карета подкатила к парадному входу, и двое солдат под надзором великана Кароля начали загружать вещи.
– Герр генерал, но ведь вы еще как следует не долечили рану…
Не отходя от окна, Орли оглянулся на Иоганна Вольфганга, который сидел на диване и исподлобья смотрел на него.
– Почему ты так решил?
– Вы ведь курите шишу через день. А Кароль приносит ее, когда вам становится плохо…
– Ты наблюдателен, – улыбнулся граф.
– Да ну, я это давно уже знаю.
– А кто еще знает об этом?
– Не понимаю, герр генерал…
– Ты с кем-нибудь еще делился этим наблюдением?
– Я? Не-е-ет… – мальчик смущенно пожал плечами.
– Хорошо, хорошо, не обращай внимания, это я просто так.
– Ерунда, герр генерал. Да и не в этом дело…
– Не хочешь, чтобы я уезжал отсюда?
Под насмешливым взглядом графа Иоганн Вольфганг потупил взор.
– Что поделаешь, мальчик: такова она – жизнь наша! Сначала встречаемся, потом разбегаемся кто куда… Привыкай.
– Мне будет грустно без вас, герр генерал!
– Уверяю, что долго это не продлится.
– Откуда вы знаете?
– Мы познакомились ровно полгода тому назад, на Рождество.
– Целых полгода, ого! – пришел в изумление мальчуган.
– Всего лишь каких-то полгода, – Орли махнул рукой. – Помнишь, как ты рыскал по кастрюлям, проверяя, что именно едят месье французы на праздник: жаб или что-то другое? Тогда еще адъютант принца Лотарингского Филипп поймал тебя на кухне и приволок в столовую как шпиона-отравителя.
– Такое вспоминаете, герр генерал!..
Иоганн Вольфганг аж зарделся от стыда и отвернулся.
– Я к тому веду, что до прошлого Рождества ты как-то обходился без моего общества – обойдешься и отныне, ничего страшного.
– Ну-у-у… возможно, и обойдусь, – в конце концов согласился Иоганн Вольфганг. Хотя и не слишком охотно.
– Вот увидишь, так и произойдет!
– Но ведь я все равно буду грустить…
Граф лишь руками развел: дескать, что здесь еще скажешь, когда все и без того понятно?