Чтение онлайн

— Пойдем поближе, — вставая, произнес Шаман. — Сейчас там полная неразбериха и огромная толпа любопытных. Под этот шум и беготню проникнем на завод, где доблестная охрана нас и поймает.

Под видом пожарников они без труда оказались на территории, которую так недавно и в большой спешке покинули. Забросив все спецоборудование в ближайшее пылающее здание, нетрацы почувствовали себя не совсем уютно, будто остались голыми на глазах у толпы. Самум не удержался и обломком подобранного куска металла нацарапал в двух местах на стенах буквы ПФ. Теперь

любому контрразведчику будет понятно, что это не просто авария, а очередная акция Патриотического фронта.

Спрятавшись в разрушенном взрывом здании, они терпеливо ждали, когда их найдут и доставят в лагерь. Ожидание затянулось часа на три. Уже в полной темноте по стенам забегали лучи мощных фонарей и послышались тяжелые шаги солдат поисковых команд. Вскоре луч уперся в двух измазанных сажей и пылью пленных.

— Двух мышей я нашел, — рявкнул кому-то в темноту гаюн, делая характерный жест стволом автомата.

Дрожащие пленники вышли из своего укрытия и встали перед властителем их судьбы, низко опустив головы.

— У-Сом, я их убью, — рявкнул гаюн. — Зачем нам возиться с этой грязью?

Оба нетраца, не спуская глаз с пальца вояки, лежащего на предохранительной скобе оружия, были уже готовы провести гипнотическую атаку на мозг садиста, но их остановил повелительный голос из темноты:

— Только попробуй. Отправлю до конца войны доить копаров.

Штурмовик разочарованно крякнул и нанес два быстрых удара в область животов беззащитных рабов, которые отбросили бедолаг метра на три.

— Веди их сюда, — донесся приказ из темноты.

— Сейчас очухаются. Похоже, контуженые, — довольным голосом сообщил боец.

— Волоки, если не шевелятся, некогда ждать, — сквозь режущую боль услышал Самум.

Гигант тяжело вздохнул, но не посмел ослушаться приказа. Подойдя, он своими лапами захватил каждого за ворот его одежды и поволок по битому кирпичу, доскам и остаткам разбитых рам наружу.

«Эй ты, мелочь пузатая», — мысленно позвал психолог.

«Я не мелочь и живота у меня нет», — обиженно отозвался в голове голос Шип-топа, любившего точность в выражениях редко поступающих приказов.

«Короче. Прочисти мозги этому уроду».

«Стереть всё?»

«Нет. Сделай его пассивным педерастом».

«Зачем?»

«Объясню позже. Шевелись, а то придется прогуляться к сурусу, и тогда они прочистят твои».

В голове Самум физически ощутил какое-то шевеление, быстро затихшее.

«Как дела?» — спросил он.

«Не мешай, я все сделал», — ответил мелкий пакостник.

Перестройка центров чужого сознания в сущности занимала доли секунды. Психолог, погасив боль в животе, но, оставаясь по-прежнему расслабленным, с нетерпением ждал момента мести.

— Получи, — недовольно проговорил штурмовик, разжимая пальцы, от чего нетрацы грохнулись с высоты полутора метров лицом на бетон.

— Целые?

— Целее не бывают. Я думаю, за них ты проведешь со мной ночку, — в конце фразы голос штурмовика сорвался на фальцет.

—

Ты там случайно не ударился, — подозрительно разглядывая подчиненного, спросил У-Сом.

— Все в полном порядке, командир, просто ты мне очень нравишься.

По всей видимости, штурмовик полез целоваться, так как после секундной тишины послышался удар, грохот падающего тела и лязг металла о камень.

— Заберите этого придурка, — рявкнул кому-то офицер. — Позже разберемся, что за глюки у него в голове.

Послышались приближающиеся шаги. Кто-то шумно выдохнул, поднимая на плечи грузное тело.

— Этих в автобус, — приказал штурмовик.

Повторная транспортировка тел пришедших в себя диверсантов ничем не отличалась от проведенной первоначально. Только в этот раз в ней участвовали двое носильщиков. Колени и голени болезненно пересчитали ступеньки подъема, и их тела небрежно бросили на сиденья тюремного транспорта.

— Сколько всего нашли? — спросил чей-то голос за стеной автобуса.

— Всего пятнадцать, мазан.

— А сколько должно быть?

— Ровно сотня единиц.

— Конвой?

— Не нашли ни одного. От цеха, где они работали, ничего не осталось. Наверно, конвой погиб в первую секунду взрыва, а часть этих успела разбежаться.

— Мне доложили, что некоторые их них были с оружием и стреляли во все подряд. Откуда у них взялись автоматы?

— Не могу знать, мазан. В двух местах на стенах обнаружены знаки этого проклятого Патриотического фронта, да не пролилось бы семя их отцов, создавших этих тосыров. Может, они дали автоматы?

— Если все, что здесь творится, проделали эти тупары, — заскрипел зубами штурмовик, то когда мы всех найдем, я буду резать их по кусочкам.

— Я бы присоединился к вам, мазан. Другой кары они не заслуживают.

— Что дает сканирование?

— Слишком много помех. Когда здесь все потушат, придется перевернуть каждый камень. Расплавленный металл разлился на сотни метров. Возможно, часть единиц просто сгорели без остатка.

— Хорошо. Отправляйте этих в лагерь. Усильте оцепление.

— Будет исполнено, мазан.

Вскоре автозак вздрогнул от заработавшего двигателя, и в салон вскочили трое в форме конвойных. Машина двинулась в лагерь, куда как можно скорее хотели попасть нетрацы, уже пришедшие в себя и свободно сидевшие на скамье.

Путешествие длилось недолго. Через полчаса огромные ворота, проскрежетав по рельсам, сопровождаемым воем электромоторов, распахнулись, и автобус въехал под крышу приемного блока. Мелодия, рвущая перепонки, повторилась, и только после ее завершения начали открываться внутренние ворота, ведущие непосредственно в тюремный двор.

Водитель провел машину вдоль стены и остановился у распахнутой металлической двери, в проеме которой, широко расставив ноги, стоял местный высокий чин. Конвоиры, увидев начальство, сразу подобрались. Выпрыгнув из остановившегося автобуса, они сразу вытянулись в струнку.