Огненный Странник
Шрифт:
– На-лево, на-право, на-лево, на-право… Да пошла ты на…! Знаешь, где-то в глубине души мне жаль, что ты сдохла. Могла бы и подождать еще пару лет. Может быть, у меня и получилось бы тебя вы… высвободить от твоего богатства. Ну, правда, кто тебе еще мог подойти, кроме меня? Кто бы смог вытерпеть тебя, психопатку? Правильно распорядиться деньгами, что рекой текли к тебе? Только я! Но ты столько лет игнорировала меня! Я для тебя был недостаточно хорош!
Коридор закончился. Опять развилка. Марк опять повернул налево.
– Я тот, кто столько для тебя сделал! Я, только я, всегда был рядом с тобой! И где твоя благодарность? Мне доставались лишь крохи. Ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти, ради того, чтобы добиться того, что я имею… Имел, пока ты не сдохла? Я
Человек шел по коридору, крича во все горло монолог, обращенный к той, которой он уже никогда ничего не сможет сказать. Камни впитывали его крики, как губка, поглощали звуки, поглощали его эмоции. Они слушали его, запоминая каждое слово. Сколько всего они слышали и видели! Сколько людей проходило здесь, но этот человек был уникален. Они ловили каждое его слово. Камни не сочувствовали, не осуждали, они просто слушали. Это было его право. Право шедшего по левому коридору. Его последнее право. Право, которое никто не мог у него отнять. Камни уже тошнило, от той грязи, которой их пачкал шедший по левому коридору – ведь его крики, его эмоции и были грязью, но они терпели молча. Они почитали покой тех, кто был захоронен тут. Нельзя нарушать покой мертвых, даже каменным шепотом. Нельзя! Табу! Молчим! Терпим!
Марк сбился уже со счета этих поворотов и коридоров. Когда же он дойдет? Вроде бы все даже этой дряне Вальбранд высказал. А коридоры все не заканчиваются. Он посмотрел на часы – в кургане он находился уже долго, впереди – еще один коридор. Марку казалось, что сейчас его очень внимательно слушают. Ему хотелось рассказать все, все, о чем он столько лет молчал. Он продолжил свой монолог:
– А помнишь, как мы с тобой познакомились? Тогда были не лучшие мои времена. Я был тогда на грани. Ты действительно поверила в то, что я просто гениальный программист? Я был так рад, что смог обмануть тебя. И приблизиться к тебе. Ты для меня тогда стала как проблеск. Когда я тебя впервые увидел, то подумал, что ты богиня, сошедшая с небес. Я влюбился в тебя, как мальчишка. Ты была для меня всем! Я боготворил тебя! Как же я был глуп, но ты вовремя указала мне, где мое место. Как я благодарен тебе за это! Любовь ослепляла меня. Это чувство скоро умерло, было занесено снегами твоего безразличия, твоего презрения. Я понемногу начал тебя ненавидеть.
Марк в очередной раз дошел до тупика. В этот раз не было развилки. Только один поворот налево, похоже, он скоро дойдет. Он присел, чтобы отдохнуть и сменить батарейки в фонарике. Свою исповедь он прерывать не стал:
– Думаешь, я не знал обо всех твоих связях? Видя, как ты обходишься с теми, кто испытывает к тебе чувства, будь то просто похоть или возвышенная влюбленность, я был рад, что не интересен тебе. Я пытался заглушить чувства к тебе всеми способами, которые только были мне доступны. И да, ты была права, в моих связях мне было все равно кто со мной, потому что это была не ты. Жажда твоей любви сменилась на жажду к деньгам. Ты из меня сделала алчного монстра. Я любил тебя, безумно любил. Ради тебя я готов был отдать жизнь. Я всегда любил риск. Удивлена? Ты многого обо мне так и не узнала. Я ведь профи в своем деле, лучший из лучших, я в своем роде эксклюзив, но… Об этом ты уже не узнаешь.
Марк встал и пошел по коридору. Может, ему показалось, а может действительно, на этот раз коридор оказался короче обычного и заканчивался на этот раз не тупиком, а входом в большое помещение. Вот он и пришел. А что дальше?
Марк оказался в центральной камере кургана. Как было написано в путеводителе по курганам, то где он находился сейчас, была самая загадочная из комнат во всем комплексе. Особенная комната!!! Как
и в коридорах, ее стены были покрыты высеченными на камнях знаками, единственное отличие – в одной из стен было три ниши, посередине стоял небольшой камень-постамент, но не в этом заключалась особенность комнаты. Особенным в ней было то, что только в течение пяти дней в году эта, и только эта комната освещалась светом, проникающим из отверстия в потолке.– Вот и свечи пригодились! – Марк достал из рюкзака упаковку свечей, зажег их от огня зажигалки и разместил в нишах.
Он начал исследовать помещение, но ничего не обнаружил. И где же ему искать? А главное что? Он даже несколько раз обошел помещение и простучал стены по периметру, пытаясь найти хоть какой-нибудь тайник. Но эти действия не дали никаких результатов.
Марк в отчаянии сел и прислонился к стене. Он в этом помещении уже час и ничего. Он ничего не смог найти. Умом он понимал, что это все бесполезно, но угасающая искра надежды не давала ему остановиться. Он начал вспоминать все, что ему известно об этой комнате. Не могла же Вальбранд просто так это все вытворить. Должно же быть хоть что-то! Тут он вспомнил о разговоре с бродягой в баре. А может попробовать? Бред, но все же…
Через несколько минут он уже стоял посреди помещения и призывал на помощь все мыслимые и немыслимые силы. В своих мольбах он решил обращаться к Огненному Божеству. Он громко высказал свою просьбу. Как и следовало ожидать, ничего не произошло. Может, не так просит? Он высказал еще раз свою просьбу. Тишина. Тогда он просто стал требовать бога Огня явиться к нему. Сначала он кричал, когда голос сел от криков, стал просто шептать.
То ли огненное божество услышало просьбу страждущего смертного, то ли луна наконец-то вышла из облаков, но в помещении вдруг стало очень светло. «Неужели! Наконец-то! Не совсем то, что я ожидал, но и так сойдет!» – Марк был рад увиденному, очень рад и от радости задул все свечи.
Теперь в них не было нужды. Теперь ему было достаточно света. Из отверстия в потолке стал проникать лунный свет. Большое пятно лунного света почему-то сфокусировалось на камне-постаменте, который был в центре помещения. Марк понял: это знак! Вот где все деньги зарыты! Он взял кирку и со всей силы ударил по камню. От камня отлетели осколки, Марку было интересно, может это кусок золота или огромный бриллиант? Он взял в руку кусок отколовшейся породы и тут же порезался. В руке у него был обычный камень, но довольно острый. Кровь из его раны щедрой струйкой потекла на оскверненный и разрушенный им жертвенный камень. Была задета вена, но Марк не стал обращать внимания на рану, и ударил по камню снова, потом еще раз, и еще раз, и еще раз. В порыве азарта, он не заметил, как из камня начал сочиться дым, который плотной пеленой начал заполнять все помещение. Все, что он видел – это осколки камня, перемешанные с собственной кровью, которые никак не хотели превращаться в золото и бриллианты. Тем временем дым заполнил все пространство. Сначала Марку стало тяжело дышать, потом он начал задыхаться. Дым заполнял легкие, впитывался в кровь, вгрызался в мозг. Через несколько секунд Марк потерял сознание от удушья. Лунный свет исчез так же, как и появился. Марк оказался в каменной западне.
Если бы камни могли, они бы кричали. Но нельзя нарушать покой мертвых, даже каменным шепотом. Нельзя! Табу! Молчим! Терпим! Только что был уничтожен их собрат. Самый древний и самый почитаемый. Нельзя! Табу! Молчим! Терпим! Тот, кто пришел по левому коридору, по левому коридору кровавой жертвы, уничтожил жертвенный камень! Молчим! Терпим! Он своей кровью обмыл останки нашего собрата! Молчим! Терпим! Как хочется закричать от радости! Нельзя! Табу! Молчим! Терпим!
Однажды всему наступает конец: крови, молчанию, дыму, жизни, смерти… Терпению…
Глава 14. Тушите свечи: шах и мат!
После пробуждения Фрида первым делом занялась своей внешностью. Она сделала все, чтобы пробуждать к себе интерес, пробуждать самые древние из инстинктов… Вечером ее выбор пал на платье цвета красного бургундского и утро не изменило ее решения. Она только дополнила свой образ темно-красной помадой и элегантным шарфом в тон к платью. Когда она была полностью готова к покорению «великолепных вершин», она вышла к Адаль, которая уже ждала ее в гостиной.