Ода стали
Шрифт:
– В нашем королевстве запрещена торговля рабами, – продолжил Парс.
– Так мы и не продаем.
– Ага, выгуливаем, – поддержал Мароуз и раскатисто засмеялся. – А ты че, страж какой иль хер простой?
– Я прибываю на королевской службе. Поэтому вы арестованы! – сердито ответил юноша.
– Подожди-ка, друг. Зачем же так сразу? У нас же и разрешение есть.
С этими словами Кауд ловким движением вытянул из-за пояса дубинку и попытался сбросить Райгона с лошади, но парень опередил его. Выпрыгнув из седла, он ударом ноги в голову отправил дылду на землю. Мароуз накинулся на противника с ножом, однако Парс коротким финтом в направление головы
– Ого! – удивленно произнес он. – Весьма неплохо. Да и как ты вообще освободился?
– Ловкость рук и немного времени творят чудеса, – ответил теперь уже бывший раб.
– Да ведь ты тот, кто мне нужен! Меня, кстати, Райгон зовут, – парень протянул руку незнакомцу.
– Замечательно, – бросил в ответ худой высокий парень, освобождаясь от оставшихся пут.
– Э-м, а тебя как зовут?
Райгон был обескуражен поведением этого человека.
– Салтер, – нехотя ответил ловкач.
– Очень приятно. У тебя странный акцент. Ты не местный? Откуда…
– Слушай, – перебил его Салтер, – спасибо за помощь и всё такое, но мне пора. Обязательно увидимся.
– Ты даже не выслушаешь мое предложение?
– А ты догадливый, – парень уже полностью освободился. – Прощай! – Салтер махнул рукой Райгону.
– И куда ты собрался? Домой? К родным и друзьям? Если бы тебе было куда идти и были те, кто тебя ждет, ты бы не оказался среди рабов!
Салтер несколько приостановился.
– Может, ты и вытащил меня из этого дерьма, но еще одно слово… – юноша незаметно глянул на окровавленный клинок. – Короче, моя дальнейшая судьба тебя не касается.
– Стой! Химера, – Райгон взглянул на остальных рабов.
Все они собрались вокруг лежащей ничком женщины, что упала в обморок от вида произошедшего насилия. Парс быстро освободил людей от пут и отдал арбалет обезглавленного Мароуза напуганному старику, затем же рысью погнал коня за уходящим Салтером.
– Что тебе от меня нужно, неужели я тебе понравился? – раздраженно произнес беглец после того, как Райгон все-таки настиг его.
– Выслушай же меня!
– Ладно, но если я не соглашусь – ты сваливаешь ко всем бесам.
– Идет. Я собираю людей, чтобы закончить эту войну.
– Вау! А ты не слишком наивный для своего возраста?
– Это не детские мечты. У нас есть план и средства. Не хватает только таких людей, как ты.
– И что же это за план? – поинтересовался Салтер.
– Я не могу сейчас тебе его озвучить…
– Знаешь почему? Потому что никто и ничто не остановит Нивера и его войска, пока вся Наридия не окажется под властью тирана.
– Я понимаю твой страх, ты видел, как рухнул Адригор.
– По акценту узнал? Да, я из Адригора. Да, я смотрел, как горят здания, а люди погибают от стали. Но, мать твою, не говори, что ты понимаешь, каково это! – злобно прошипел Салтер.
– И что, тебе не хочется отомстить за все эти зверства? Будешь снова убегать, пока не схватят очередные работорговцы
или не прикончат за кражу? – перешел на крик Райгон.– Ты прав, мои глаза застилает ярость, когда я вспоминаю, как умирали мои близкие. Но я не настолько глуп, чтобы сдохнуть за обреченное на провал дело.
– Знаешь, я ошибся в тебе. Мне не нужен такой трус! – гневно произнес Парс.
– Ну вот и вали нахер! – так же ответил Салтер.
Райгон резко повернул коня прочь и помчался галопом в «Кривой Меч», оставляя за собой клубы пыли.
«Трус!» – пронеслось в голове парня.
«Идиот!» – подумал про себя адригорец.
Темная фигура медленно брела по узкой улочке Бринда. Юноша с короткими светлыми волосами и смуглой кожей осмотрелся вокруг. Те же дома с деревянными раскрытыми ставнями и те же пыльные дорожки, что и в родном городе. На угловатом лице с узкими губами и маленькими карими глазами застыло задумчивое выражение с нахмуренными тонкими бровями. Салтер по кличке Волк аккуратно достал из старых лохмотьев золотую монету – приант Тут же перед его глазами всплыл тот самый роковой день.
Жаркое солнце нещадно нагревало огромный и шумный Мордустант – столицу Адригора. Но, несмотря на это, небольшая площадь в Ювелирном квартале была заполнена народом. А в самом центре этой толпы развлекала народ уличная труппа. Здесь были и певцы, и музыканты, и трюкачи, что исполняли акробатические приемы и даже танцевали с огнем. Всё это яркое и красочное выступление делало этот день еще жарче. Народ же радовался и смеялся, не забывая платить артистам звонкой монетой.
– Видели, как они нам аплодировали? Я же говорил, что мы произведем фурор в этом городе! – гордо заявил Воргон по кличке Змей после концерта, хитро сощурив глаза. – Так что вечером будем выступать уже перед Великим Домом.
– Угомонись ты! Денег нам еще на пару дней хватит, да и не ровен час здесь объявится Нивер со своими головорезами, – ответил басом крупный Сирент.
– Силенок не хватит, Бык. Это тебе не мелкие городишки захватывать. К тому же король Бруз его быстро поставит на место своими наемниками, – непринужденно произнес светловолосый трюкач.
– Тут ты прав Салтер, так что главная городская площадь ждет нас! – громко сказал Фурд – другой акробат из труппы. – Слушай, а почему у тебя еще нет клички? Мы ведь артисты, а они все имеют псевдонимы.
– А ведь и правда, Сокол. Как насчет Обезьяны? Он ведь ловкий парень! – воскликнул Змей.
– Может, лучше Вулкан? Или хотя бы Трюкач? – предположил сам Салтер.
– Почему не Аполлон сразу? Ты мог и не заметить, но у всех нас прозвища взяты от животных, – насмешливо ответил Сокол.
– А может, Лев? Помните, как он неделю назад раскидал тех уродов с Кузнечного квартала? – предположил Сирент Бык.
– Львы ленивые, – ответила красивая блондинка с голубыми глазами и татуировкой розы на шее, по имени Лиазель, или для друзей – Кошка. – Может, лучше Волк? За храбрость и любовь к свободе.
– А что, звучит! Теперь ты официально в нашей труппе. Кошка, передай ему знак.
– Держи, Волк! – девушка потянула старую и потертую монету парню, – это наш первый заработок. Мы передаем ее новичкам нашей группы. Теперь она твоя. Храни ее и защищай, как и своих товарищей.
Лиазель мягко поцеловала Салтера.
– Видимо, у тебя влечение не только к воле, – с усмешкой произнес Сокол, положив руку на плечо Волку.
Салтер будто почувствовал это касание наяву и тут же резко развернулся. Но, к сожалению, это была костлявая кисть грязного беззубого старика.